Два в одном. Случайные враги - Валентина Савенко

Светлому лодочки, оставшиеся в нашем номере, очевидно, приглянулись, потому что вариант обуви нам предложили всего один. Хрис ворчал, что на нас решили сэкономить и принесли мои. Но я-то видела, что это новые лодочки! Надо ли говорить, что туфли сели по ноге? Однако ноги сопротивлялись, и мне пришлось выдержать настоящую мысленную битву, пока мой упрямый золотой запас согласился, что идти убивать эльфа подаренной им же обувью неразумно.

Плотный бархатный корсет, который следовало надеть поверх блузки, и шелковые чулки макушка обозвала пыточными устройствами. И согласилась втиснуться в них, только если светлоэльфийский лорд появится за дверью.

Кроме повседневного комплекта, я смогла запихнуть Хриса в шелковую пижамку. Самую простую и обычную. И еще в пару похожих нарядов и в целых два платья. Одно красное с открытой спиной. Второе комбинированное, выполненное в коричнево-зеленых цветах с золотой отделкой. Главным доводом стало, что мы точно не знаем, сколько времени уйдет у эльфа на то, чтобы сделать нам документы. А мы девочки послушные. Сказал светлый заняться гардеробом — занимаемся.

Поклонившись, модистка ушла, следом за ней уплыл караван не подошедших по размеру и просто забракованных Хрисом вещей.

Хрис стянул жакет, забежал за ширму, выгатил из-под халата книгу, лордовы носки и отмычку. Сунул за пояс юбки так, чтобы панталоны придавливали. Потом закрыл дверь на ключ, подпер ее стулом и завалился на кровать.

«Эй! Ты что, спать собрался? А кто будет томно вздыхать в ожидании его светломордости?» — насмешливо спросила я.

«Его ушибленность изволили уехать».

«Покинул нас во цвете лет, негодяй, — рассмеялась я. — Хрис! Ты запомнил, как себя вести?»

Да, мы не теряли времени даром и совместили примерку с просвещением макушки в вопросах невинных юных леди.

«Угу!»

И прозвучало это с таким злым воодушевлением, что сразу поняла, я — гений педагогики, а эльфу крышка.

Хрис

Стоило закрыть глаза, как уже наступило утро. А вместе с первыми лучами солнца явился и наш соблазнитель. Точнее, прислал слугу, который заунывным голосом, видимо, в его понимании долженствующим вызывать у меня благоговейный трепет, сообщил:

— Леди, лорд Шизлерион ждет вас в малой банкетной!

«Не повезло эльфику с фамилией», — оценила Дэна.

— Леди, поторопитесь, господин не любит ждать, — тем же загробным торжественным голосом поторопил слуга лорда Шиза.

— Минутку, — проблеял я, с ненавистью глядя на чулки и корсет и всеми пальцами ног предчувствуя, как буду ковылять на шпильках соблазнительной походкой от бедра.

Ну, поехали!

Взяв чулок, я сел на кровать, собрат его гармошкой к резинке и попытался натянуть, не наделав затяжек.

Рывок, второй. И по шелку заспешила веселенькая стрелка.

«Вандал!» Судя по голосу, Дэна еле сдерживалась, чтобы не наорать на меня и не обернуться от избытка чувств.

А превращаться нам нельзя. Шиз, конечно, пылает к моему настоящему телу страстью, но совсем не той, которая нам нужна.

«Пироженка, дыши глубже! Это только первая пара чулок!»

«Первая?!»

«Ну, мы же с запасом взяли. Десять!»

«Это не запас. Это необходимый минимум! — И уже спокойней: — Бери вторую, варвар».

Следующая пара приказала долго жить, собственно, на втором чулке. Я почти надел его, когда шелк задорно треснул под сердитый вопль Дэны.

Третью пару брал, чувствуя себя косоруким бегемотом. У них нет рук? Вот именно так я себя и ощущал. Старался, осторожничал, но оба чулка все равно издевательски расползлись сразу несколькими затяжками.

Да что ж это такое?! Я забрался в спальню высшего демона, выкрал один из поясов верности, когда демон с супругой были в той самой спальне, где стоял сейф с коллекцией. А тут не могу справиться с какими-то шелковыми тряпками?!

«Битва Хриса с чулками: три-ноль в пользу чулок. Но это еще не конец! Впереди второй раунд. Ура-ура-ура! Макушка, вперед!» — прокомментировало очередную затяжку мелкое вредное.

— Леди, лорд Шизлерион ждет, — напомнил о своем существовании Шизов слуга.

— Тихо вы! — рявкнул я, чувствуя, как из десен вылезают три нары клыков.

— Леди?.. — осторожно спросил задверный слуга, судя по стуку каблуков, отпрыгнувший от замочной скважины метра на два с низкого старта.

— Мину-у-утку, — елейным голоском пропел я, осторожно натягивая второй чулок.

Да! Я это сделал!

«Настоящий мужик!»

«Корсет, настоящий мужик, надевай, волосы поправь, и пошли».

«Еще и волосы?»

«Обязательно! Мы же не можем предстать перед его светломордостью с вороньим гнездом на голове? Испугается Шиз, передумает нас с собой брать в Нижний мир».

Чувствую, поправлять волосы я буду долго, с потерями для шевелюры.

Я приценился к ряду крючочков, которые предстояло застегнуть на боку, чтобы обшитая бархатом плотная конструкция поддерживала грудь и подчеркивала талию. Да раз плюнуть! После чулочной эпопеи какие-то крохотные железки мне нипочем!

Извернувшись буквой «зю», я, пыхтя и матерясь себе под нос, одолел крючки. Хотел вдохнуть, но не вдыхалось — корсет плотно обнимал ребра.

«Как вы в нем дышите?»

«Красота требует жертв».

«Согласен. Я бы с удовольствием принес в жертву портного, сотворившего это!»

Надев туфли, я сделал пару шагов в направлении туалетного столика.

«Неплохо! Ноги ближе и… плавно, красиво, одна нога чуть вперед. Представь, что ты танцуешь. Не смотри вниз! Взгляд прямой, загадочный», — тут же обрушился на меня град ценных советов.

«Я же упаду! А взгляд будет загадочным до первого ковра, о край которого я запнусь или зацеплюсь каблуком».

«Поверь мне, когда надо выглядеть хорошо, просыпается не только шестое чувство, но и седьмое с восьмым».

«А третий глаз, случайно, не откроется?»

«И третий глаз, и второе дыхание, и нечувствительность к пыткам появится».

«Верю».

«Ты что взял? Положи на место!»

«Почему?» Я покрутил в пальцах расческу без ручки с густыми зубьями.

«Хочешь остаться лысым? Этот гребень обязательно в волосах запутается. Вырезать придется. Возьми массажку».

«Кого?»

Пироженка обреченно вздохнула.

«Круглая расческа с ручкой, напоминает подушечку с толстыми иголками».

«Так вот ты какая, массажка! А по мне расческа и расческа. В гостинице я обычным гребнем волосы чесал, и ничего, не лысый».