Герои умирают дважды - Даниил Аксенов

— Вы с какой стороны пришли сюда?

— Собирался подойти прямо к дому, но заплутал и обошел дом вокруг, — ответил Антипов. — А что? Что-то случилось?

— Видели кого-нибудь?

— Какого-нибудь человека? — уточнил гость. — Да. За домом кто-то работал в одной из ниш.

— Заприте дверь! — приказал старик. — Живо!

— Что? — не понял Виктор.

Ун-Мусеп не стал повторять. Он довольно резво для своего возраста подскочил к двери, закрыл ее на задвижку и даже придвинул к ней тяжелый стол.

— Что это значит? — молодой воин спросил хозяина дома сразу, едва тот оставил стол в покое. — Я получу объяснения?

— Вы кем приходитесь ун-Катору? — вместо ответа спросил старик. — Он повстречал вас случайно и направил ко мне или…

Виктор колебался всего мгновение. Потом достал из легкой наплечной сумки письмо и протянул его.

Старик поднес желтый лист к одной из свечей и быстро пробежал глазами. Антипову показалось, что ун-Мусеп перестал горбиться и прибавил в росте.

— Значит, ритуал? — Губы старика сложились в злую усмешку. — Ун-Катор решился на ритуал! Он его сам проводил, что ли? Но нужны несколько магов!

Виктор неопределенно пожал плечами. Говорить о богах не следовало. Провальный ритуал не привлечет внимания жрецов даже в случае неблагоприятного стечения обстоятельств, а вот рассказ об Аресе или Кеале произведет настоящий фурор.

— Можете не отвечать. — Ун-Мусеп словно увидел мысли гостя. — Ун-Катор вам сказал, зачем посылает ко мне?

В этот момент дверь отчетливо скрипнула, словно на нее кто-то надавил, пытаясь войти.

— Отвечайте на вопрос, господин дворянин! — Требовательный голос старика не позволял Виктору даже обернуться.

— Он сказал, что мне поможет Хранитель Слов. — Антипов все-таки повернул голову, чтобы убедиться, что с дверью все в порядке. — А кто там? Снаружи.

— Вам известно, что такое Хранитель Слов? — Ун-Мусеп не обратил на последний вопрос никакого внимания. Он подошел к визитеру поближе и смотрел так пристально, словно пытался заглянуть своими серыми глазами в мысли.

— Да, — ответил Виктор.

Хранителем Слов была книга, куда орден Предчувствия Рассвета заносил свои наблюдения за всеми неудачами с ритуалом. Орден был стар, и книга накопила массу систематизированных сведений. Маги установили, что самое важное значение имеет то, о чем думал человек во время инициации. Они считали, что ритуал менял местами причину и следствие и нередко сам приводил к событиям, которые ему предшествовали. Ун-Катор полагал, что в злоключениях Риксты в тот день виноват именно ритуал. Благодаря инициации слуга оказался в тюрьме, а Виктор переживал и думал о нем.

Дверь внезапно содрогнулась от ощутимого удара.

— Да что там такое?! — возмутился Виктор. — Кто за дверью?

— У вас есть возможность выйти через другой ход, — сказал старик. — Пойдемте, я покажу дорогу.

Антипов положил руку на эфес меча и насупился. Он был рассержен. Сначала ун-Мусеп, на дорогу к которому пришлось потратить несколько часов, отказался узнавать своего приятеля, потом забаррикадировал дверь, куда непонятно кто ломится, затем все-таки признал ун-Катора, но прояснять ситуацию не стал. Виктор был сыт по горло загадками. Ему захотелось сделать две вещи: распахнуть дверь, встретить того, кто за ней, лицом к лицу и вытрясти информацию из упрямого старикана.

— Я никуда не пойду, господин ун-Мусеп, — сказал он слегка раздраженным голосом, — пока не пойму, что происходит.

— Не нужно мне угрожать, господин дворянин. — Старик не пошел на попятный. — Лучше сделайте так, как я сказал, и останетесь целы. Некоторых вещей не нужно знать.

— Еще непонятно, кто кому угрожает, — произнес Виктор, оглядываясь на дверь, в которую что-то вновь ударило. — Я останусь здесь, вот на этом самом месте, пока не получу разъяснений!

Глаза ун-Мусепа прищурились. Они стали совсем злыми. Черная хламида упала на пол — Антипов заметил, что к изнанке подшиты щепки ресстра. Но одновременно с этим он увидел и кое-что другое: старик был самым настоящим магом! Его Длань пребывала в целости и сейчас мощным серым щупальцем устремилась к потолку.

— Мне сказали, что вы — больше не маг! — удивленно воскликнул Виктор.

Лицо старика перекосилось — казалось, что он сейчас нападет. Длань заструилась вдоль стены, а ун-Мусеп произнес теперь уже хриплым голосом:

— Господин дворянин, или кто вы там на самом деле, полноценному магу не позволили бы работать на кладбище. Я — бывший маг… для всех, кроме вас.

Виктору эта фраза показалась весьма двусмысленной. Он был отлично знаком с произведениями о шпионах и понимал, что если один человек что-то скрывает от всех, то ему нет смысла «обнажаться» перед другим человеком. Если, конечно, этот «другой» — не кандидат в покойники.

«Моя карьера идет в гору, — с печалью подумал Антипов. — Я только что был гостем, которому дозволено уйти, но превратился в человека, который слишком много знает. Ну что же… пока дело не дошло до схватки, попробуем другой путь».

Очередной удар в дверь был так силен, что стол содрогнулся.

— Угрожать мне с помощью Длани — не очень удачная мысль, — произнес молодой воин, опять быстро оглядываясь. — Если вы, уважаемый маг, решите напасть на меня, и я почувствую, что этого боя мне не выиграть, то, пожалуй, успею оставить несколько меток.

— Каких меток? — Старик явно удивился реакции гостя.

— Вот таких. Смотрите! — Виктор внезапно выхватил меч из ножен и высоко подпрыгнул, оставляя на потолке длинную зарубку.

Потом отступил на шаг и с удовлетворением оглядел выполненную работу, уже не обращая внимания на стук в дверь.

— Уважаемый маг, на что это похоже?

Ун-Мусеп поднял голову, с недоумением нахмурился, а потом резко выдохнул.

— Вот именно, господин тайный маг! На работу трехрукого бойца-мага! Что сможет резать потолок? Только меч в Длани! Никто ведь не подумает, что какой-то воин ради развлечения прыгал и портил потолок, — произнес Виктор с легкой улыбкой. — Меня в этом городе ждут друзья, которые знают, куда я пошел. Если я не объявлюсь, то они обратятся за помощью к властям. Власти начнут расследование и обязательно пришлют кого-нибудь сюда для проверки. И что же увидят проверяющие? Отметины, оставленные магом-бойцом! Я даже не знаю, есть ли в этом городишке хоть один трехрукий, и уверен, что вы будете осторожны, чтобы не оставить никаких следов. Но это все равно. Я оставлю следы за вас.

Антипова понесло: он был сильно рассержен.

— Вот уж не знаю, что вы, уважаемый маг, делаете на этом кладбище и кто ломится в дверь за моей спиной, но уверен, что жрецы Зентела этим заинтересуются. Смотрите, что получается, если я проиграю: проверяющий видит отметины, удивляется, сообщает жрецам о появлении трехрукого (которые, видимо, наперечет), жрецы проводят свое расследование и… выясняют, какими делами тут занимается некий ун-Мусеп, притворяющийся обычным человеком. Ну а если я выиграю бой с вами, то… Короче, вам нет никакого смысла ввязываться в сражение.