Голубая луна - Лорел Гамильтон

Джамиль перекатился через сиденье, протягивая ко мне руки, в свою очередь уверенный, что я не снесу ему голову. Он знал, что у меня есть пистолет. Он обходился со мной как оборотень, который знал правила. За такую ерунду не убивают. Пускают кровь, но не убивают.

Все еще лежа ничком, взмахом клинка я чиркнула его по руке. И в тот же момент его лицо обрело выражение абсолютного удивления. Он не знал про мой третий нож и про его длину, а открытые ранения всегда приводят в шок. Он отскочил так, будто его что-то резко дернуло, но я знала, что это. Он сам двигался с такой скоростью.

Я успела подняться на одно колено до того, как он вспрыгнул на фургон, припав к крыше, как хищник, которым и был на самом деле. Но я уже целилась в него из браунинга. Я встала на ноги, ствол мило и надежно смотрел ему ровно в середину туловища. Это не то, чтобы помогло. В положении стоя я стреляла не намного лучше. Но, так или иначе, я хотела оставаться на ногах.

Джамиль наблюдал за мной, но не сделал попытки меня остановить. Может, просто боялся. Не оружия, а самого себя. Я его ранила. Кровь залила весь его сияющий белый наряд. Его тело вибрировало от желания сократить расстояние между нами. Он был в ярости, всего за четыре дня до полнолуния. Скорее всего, он бы меня не убил, но у меня не возникало никакого желания проверять эту теорию. Он мог сломать мне шею одним движением. Чёрт, он мог расколоть мне череп, как яйцо. Давать ему такую возможность я не собиралась.

Я держала браунинг в правой, а нож – в левой руке.

– Не вздумай, Джамиль. Я не хочу потерять тебя из-за какой-то глупости.

Послышалось низкое рычание. Один только звук заставил встать волосы у меня на затылке.

Остальные вылезли из фургона. Я уловила сзади движение.

– Всем стоять, – приказала я.

– Анита, – позвал Джейсон, голос его был очень спокойный, никакого поддразнивания, никаких шуток. – Анита, что происходит?

– Спросите нашего мистера Мачо.

Шерри заговорила, не выходя из фургона. Она даже не пошевелилась.

– Джамиль попробовал объяснить Аните, что она не справится с оборотнями и вампирами сама.

Она медленно соскользнула на край сиденья. Я пристально смотрела на Джамиля, но боковым зрением заметила пятна крови на её бледной коже.

– Сиди в фургоне, Шерри. Не вынуждай меня.

Она перестала сползать и замерла.

– Джамиль хотел, чтобы, когда начнется действие, она заняла место в последнем ряду.

– Все равно она человек, – прорычал Джамиль. – Все равно она слаба.

– Вместо руки она могла перерезать тебе горло. А если бы ты бросился, она могла выстрелить тебе в голову, – поставила его в известность Шерри глубоким, ласковым голосом.

– И сейчас могу, – подтвердила я. – Если не сбавишь обороты.

Он распластался на крыше фургона, вцепившись в него пальцами. Его тело трясло от напряжения. Внутри человеческого тела что-то таилось, медленно всплывало в его глазах. Его зверь напирал, проминал его плоть, как левиафан под самой поверхностью воды, когда можно увидеть только темный проблеск чего-то огромного и всецело иного.

Я слегка повернулась, отведя за спину и уперев в поясницу руку с клинком. Я становилась в позицию, которой пользовалась в тире, когда стреляла по мишеням. Теперь дуло смотрела прямо ему в голову, потому что остальная часть тела была скрыта из вида. Однажды я спасла Джамилю жизнь. Он был достаточно надежным человеком, чтобы прикрывать спину Ричарду, даже при том, что меня он недолюбливал. Я тоже не всегда была от него в восторге, так что мы квиты. Но я уважала его, и до сих пор думала, что он меня тоже. Его маленькое шоу в фургоне показало, что он всё ещё воспринимает меня как девчонку.

Когда-то убийства людей значили для меня больше. Может, дело было в годах, которые ушли на убийства вампиров. Они выглядели как люди. Но где-то посреди этого пути, меня перестало беспокоить то, что я нажимаю на курок. Я смотрела на Джамиля, смотрела ему прямо в глаза и чувствовала, как меня заполняет спокойствие. Это как стоять посреди белого поля, наполненного жужжащим шумом помех. Я всё слышала и видела, но это все, кроме пистолета, Джамиля и пустоты, отодвинулось на край сознания. Тело стало лёгким и послушным. В нечастые моменты просветления, я обычно беспокоюсь, что становлюсь социопатом. Но сейчас оставалось только чёткое знание того, что я это сделаю. Я могу спустить курок и наблюдать, как он умирает у моих ног. И ничего не чувствовать.

Джамиль наблюдал за мной, и я видела, что напряжение постепенно проходит. Он замер, пока не схлынула эта вибрирующая энергия, а пугающее присутствие его зверя не растворилось снова в темных глубинах. Затем он очень медленно сел на колени, не отрывая глаз от моего лица.

Я всё ещё держала его на прицеле. Я знала, как быстро они могут двигаться, быстро как волки, может, даже быстрее. Быстро, как ничто по эту сторону ада.

– Ты бы действительно сделала это, – сказал он. – Ты бы убила меня.

– Можешь поспорить.

Он глубоко вздохнул, его тело передёрнулось, что почему-то напомнило мне птицу, взъерошившую перья.

– Хватит, – сказал он. –Ты лупа. Ты выше меня.

Я осторожно опустила пистолет, но всё ёще смотрела на него, одновременно пытаясь следить и за остальными.

– Пожалуйста, скажите мне, что это все не из разряда бреда, кто кого круче.

Джамиль почти смущенно улыбнулся.

– Я думал, что в этом есть смысл, но на самом деле его нет. Я провел здесь целый месяц, пытаясь объяснить местной стае, как мы докатились до того, что наша лупа – человек. Как я могу подчиняться женщине-человеку.

Я покачала головой и опустила пистолет окончательно.

– Глупенький сукин сын. Твоя гордость задета тем, что в стае я выше тебя.

Он кивнул.

– Ага.

– Вы меня с ума сведете, – рявкнула я. – У нас нет времени на этот бред оскорбленных мачо.

Зейн прислонился к фургону рядом с Шерри. Он старательно держал руки на виду и двигался медленно, пытаясь не делать резких движений.

– Ты бы не справилась с Джамилем без ножа и пистолета. И ты не сможешь держать их при себе вечно.

– Это угроза? – поинтересовалась я.

Он поднял руки вверх.

– Просто замечание.

– Привет, народ!

Из одного из коттеджей вышел человек. Высокий и стройный, седые волосы до плеч, усы – чуть темнее волос. Волосы и морщинки под глазами говорили о том, что ему больше пятидесяти. А вот остальное, облаченное в футболку и джинсы, выглядело подтянутым и молодым.

Он остановился в дверном проёме, опираясь руками в деревянные косяки.

– Полегче там, маленькая леди.

Я уже целилась в него, потому что под этой спокойной внешностью было достаточно силы, чтобы я покрылась гусиной кожей, а он пока даже не пытался воспользоваться своими возможностями.