Голубая луна - Лорел Гамильтон

– А мне надо изображать человека? – спросила она.

Хороший вопрос.

– Для горожан – да.

Без дальнейших вопросов она пристегнулась. Верлеопарды признали меня их Нимир-Ра. Они настолько были рады любому защитнику, даже человеку, что особо не выпендривались.

– Надо было предупредить, что придется смешиваться с толпой. Я бы оделась по-другому.

– Ты права, надо было.

На самом деле до меня это только что дошло.

Дорога пошла вниз, к тому, что здесь называли равниной. Деревья стояли так плотно, что напомнили мне о моей клаустрофобии. Но благодаря небольшим пригоркам можно было определить, что мы все ещё едем в горах.

– Тебя подождать около участка? – спросил Джамиль.

– Нет, вы, ребята, так сказать, слишком выделяетесь.

– И как ты собираешься потом попасть в коттеджи? – спросил он.

Я покачала головой.

– Не знаю. На такси?

Он посмотрел на меня, его взгляд был более чем красноречив.

– В Маертоне? Не думаю.

– Черт, – сказала я. – Тогда поехали к коттеджам. Я возьму фургон и вернусь в город.

–С Джейсоном? – спросил он.

Я кивнула.

–С Джейсоном.

И посмотрела на него.

– Что-то вы все подозрительно заботливые? То есть я знаю, что могут возникнуть проблемы, но вы, по-моему, уж слишком осторожные.

Я села чуть прямее и посмотрела на Джамиля. Он следил за дорогой с таким вниманием, будто от этого зависела его жизнь.

– Так что вы не договариваете?

Он включил поворотник, пропустил встречный грузовик и свернул налево в просвет между деревьями.

– Так мы будем ехать дольше.

– Джамиль, что происходит?

Шерри старательно пыталась вжаться в сиденье, но согласитесь, довольно трудно притворяться невидимкой, с ростом, как у модели, и когда сидишь посередине. Одно ее движение сказало, что она тоже в курсе. Что они оба знали что-то такое, чего не знала я. Я посмотрела на неё.

– Шерри, признавайся, что происходит?

Она вздохнула и выпрямилась.

– Если с тобой что-нибудь случиться, Жан-Клод нас убьёт.

Я нахмурилась, глядя на неё.

– Не понимаю.

–Жан-Клод не может приехать сюда сам, – объяснил Джамиль. – Это было бы воспринято, как объявление войны. Но он волнуется за тебя. И сказал нам всем, что если ты погибнешь, и он сможет пережить твою смерть, то он убьёт нас, всех нас.

Говорил он, не отрывая взгляда от дороги, и через некоторое время свернул на гравиевую дорожку, которая была такой узкой, что по бортам фургона скользили ветви деревьев.

– Что значит «всех»? – спросила я.

– Всех нас, – ответил он. – Мы твои телохранители.

– Я думала, ты телохранитель Ричарда, – сказала я.

– А ты его лупа, его половина.

– Если ты настоящий телохранитель, то не можешь охранять двух людей одновременно. Только одного.

– Почему? – спросила Шерри.

Я посмотрела на Джамиля. Он не отвечал, так что объяснять пришлось мне.

– Потому что у тебя не получится поймать пулю больше, чем за одного человека, а в этом работа телохранителя и заключается.

Джамиль кивнул.

– Ага, в этом.

– Ты действительно думаешь, что в Аниту будут стрелять?

– Пуля – это метафора, – сказал Джамиль. – Но это не имеет значения. Пуля, нож, когти, всё равно что, я возьму это на себя.

Он плавно повернул на засыпанную гравием площадку, и мы выехали на большую поляну. На поляне тут и там были маленькие белые домики, словно какой-нибудь мотель разбили на кусочки и разбросали по округе. А ещё была почти невидимая на солнечном свете неоновая вывеска: Коттеджи «Голубая Луна».

– Анита наша Нимир-Ра. Предполагается, что она должна нас защищать, а не наоборот.

И я была с ней согласна. Я выбрала Шерри и Зейна не за их способности быть хорошими телохранителями, а потому что они не против поделиться кровью с вампирами. Даже среди верлеопардов это редкость. Они, кажется, считали, что выступать в роли коктейля из крови для вампиров – даже хуже, чем секс за деньги. Я не до конца была с ними согласна, но и никогда не заставляла делать это насильно. Я никому не давала своей крови, да, и ещё спала с одним из немертвых.

– Нет, – сказала я. – Даже слышать не хочу. Спасибо, конечно, большое, но я могу позаботиться о себе сама.

Я открыла дверцу и почти вылезла, но Джамиль схватил меня за руку. На фоне моей бледной кожи, его рука выглядела ещё темнее. Я медленно повернулась и посмотрела на него. Это был далеко не дружелюбный взгляд.

– Отпусти меня.

– Анита, пожалуйста, ты – один из самых жестких людей, которых я встречал. И ты самая опасная женщина-человек, которую я когда-либо видел.

Он сжал руку еще чуть, так что я почувствовала его невероятную силу. Он мог спокойно выжать слона, если, конечно, тот не будет слишком дергаться. И уж тем более сломать мне руку.

– Но ты – человек, а те, кто против тебя – нет.

Я смотрела на него. Шерри была всё ещё между нами, вжатая в сиденье телом Джамиля.

– Отпусти меня, Джамиль.

Его рука напряглась. Ну вот, теперь чертов синяк останется точно.

– Хотя бы в этот раз, Анита, не рвись вперед, иначе умрем мы все.

Джамиль растянулся вдоль сиденья, поперек Шерри. Я сидела на самом краю, половина попы уже была практически на улице. И он, и я еле балансировали. Он схватил меня за предплечье, не слишком хорошее место для захвата.

– Вот о чем всегда забываете вы, пушистые шарики, так это о том, что сила – еще не все. Рычаг – вот в чем секрет.

Он нахмурился и явно растерялся. Его рука сжалась чуть сильнее, и мы определенно были на пороге серьезного повреждения.

– С этим тебе не справится.

– Что ты хочешь, чтобы я сказала? «Легко»?

Джамиль усмехнулся.

– Легко? Ладно, скажи легко. Но признай, что в данном случае ты сама о себе позаботиться не можешь.

Подогнув ноги, я оттолкнулась и выпала из фургона, так что ему пришлось удерживать весь мой вес за предплечье. И моя рука выскользнула из его пальцев. Я упала на землю, одновременно вытащив меч из-за спины, пока не беспокоясь о том, чтобы встать. Моя правая рука метнулась за браунингом, но я знала, что не успеваю. Я была уверена, что Джамиль не собирается меня убивать. Мы просто рисовались друг перед другом. Если я не права, то была на пути к смерти.