Мой охотник на монстров - Марина Комарова

– И никто ничего не мог сделать? – покосился я на него.

Звучит, честно говоря, как какая-то мистика. Ибо род – это не просто так, это огромная сила, которую можно объединить в мощное оружие. А в Ловране не один род… Но Благику преследовал явно кто-то, кто мог очень многое, раз они не могли ничего сделать.

Отец нахмурился, словно перед его глазами сейчас проходили события давно минувших дней. Потом покачал головой.

– В итоге она провела несколько ночей в церкви святого Юрая, – продолжил он. – Что вымаливала, о чём просила – неведомо. Но потом на рассвете ушла к морю. А затем вдруг поднялся такой шторм, что мы только диву давались. И в то же время поняли, что нужно срочно отыскать Благику. Несколько дней её не могли найти. Дубравка призвала всех своих помощников, о которых живым лучше не говорить, и сумела по нити сна добраться до Благики.

– И где же она была? – спросил я, невольно подавшись к отцу.

Некоторое время он молчал. Я коснулся его плеча. Вздрогнув, перевёл на меня взгляд, потом шумно выдохнул.

– Да? Ах да, Благика. Её нашли на берегу. Там, где остался остов римской колонны, Горан. Тогда был жуткий туман. Мы не понимали, что происходит. Думали, что зря вышли из домов. В такое время стать добычей чудовищ – плёвое дело.

Он снова замолчал.

Мне почему-то стало не по себе. Казалось, что отцу не хочется говорить об этом, но иного выхода нет. И нельзя торопить, и в то же время невозможно ждать.

– Нам повезло, – тихо продолжил он. – Никто не нападал. Но точно скажу, тишина, которая окутала город, была неправильной. Нехорошей. Казалось, что Ловран вымер в один миг. Даже море шептало намного тише, чем обычно.

Я затаил дыхание, не смея перебить.

Отец вдруг резко развернулся и отошёл от окна.

– Потом Благика уехала. Всех поблагодарила и уехала. Куда именно – никому не сказала. Да и честно говоря, никто не отслеживал. Потому что тут родни у неё не было…

Мы какое-то время молчали. Я чуть хмурился, размышляя, как дальше быть. Придётся во многом разбираться с нуля. Но это ничего, ничего…

– Ты уже начал поиски? – поинтересовался отец, пристально посмотрев на меня.

Я кивнул.

– Начал. Правда, пока без результата.

– Много хочешь, – фыркнул он.

– Хочу дочь Благики Грабар.

Тихий смешок. Отец всегда одобрял мою целеустремлённость.

– Дерзай. Но если всё же твёрдо решил взяться за пару, то тогда ещё кое-что…

Я стиснул зубы, зная, что это должно было прозвучать. Что ж… как бы ни хотелось закинуть вещи в сумку, купить билеты и рвануть на поиски, у меня были другие задачи.

Охотник должен быть готов к принятию своей пары. Не только материально и физически, но и духовно. Поэтому предстояло пройти ещё один ритуал. Ведь вся жизнь родов и семей – это ритуалы, которые готовят нас к чему-то и помогают жить легче.

– Да, всё будет, – кивнул я. – Обязательно.

И было.

Принятие полной сути охотника, клятва в церкви святого Юрая, что не причиню вреда своей паре, и… разговор со Златой. Последнее далось тяжелее всего. Но я уже отлично понимал, что с прекрасной ловранской пантерой у меня ничего не получится. Даже видение пары полностью перечеркнуло все чувства.

Злата держалась достойно. Она знала, кто мы. И прекрасно понимала, что, встретив на пути собственную пару, так же оставит меня.

– Иди с богом, Горан Ладич, – сказала она с непроницаемым лицом. – Я отпускаю тебя.

И я ушёл, не рискнув обернуться. Потому что, пусть мы и понимали, что таков порядок в наших семьях, от боли и горечи это не спасает. И, пожалуй, впервые в жизни я страшился посмотреть в глаза женщине, которую любил. Потому что знал, что там плещется такая бездна отчаяния и скорби, что можно утонуть.

Специальность и хорошие связи помогли отыскать Станиславу Грабар достаточно быстро. Нет преград для всемирной паутины интернета, раскинувшейся по всей планете. Она жила во Львове, училась во Львовском университете экономики и туризма.

Я прекрасно понимал, что не могу так просто приехать и сказать: «Здравствуй, Стася. Ты моя пара. Сегодня мы уезжаем в Ловран». И причиной была даже не сама ситуация, со стороны выглядевшая как полный идиотизм, а то, что дар моей девочки спал. Не пробудившийся медиум не сумеет принять свою пару. Да и можно только навредить в таком случае.

Изначально, когда я это узнал, бешенству не было предела. Но в тот же час пойти на сближение раньше времени означало свести Стасю с ума. Причём собственноручно. Этого я точно допустить не мог.

Эх, если бы я знал механизм пробуждения дара. Всё было бы намного проще. Но, к сожалению, пока ещё ни один из родов не сумел добиться успеха в этом деле. Хотя, видит небо, многие пожертвовали бы всем, что у них есть, лишь бы обретение пары стало быстрее и правильнее.

– Не бесись, дечко, – сказала тогда Дубравка, наблюдая за разломанным столом, на который приземлился мой кулак. – Такое тоже бывает. Подождёшь, ничего с тобой не будет. Заодно выучишь её язык, поживёшь в её мире. Приобретёшь полезные навыки.

На кухне снова пахло лавандой и мёдом, на плите в маленьком котелке что-то варилось. Дубравка уже докурила ванильную сигару и собиралась ужинать.

– А если придётся ждать всю жизнь? – с тоскливой яростью спросил я. – Неужто эту пытку невозможно как-то остановить? Быть рядом, смотреть, разговаривать, но при этом не иметь права коснуться и…

– Не придётся, – сказала она чуть резче, чем я ожидал. – На то каждому испытание и даётся, чтобы поняли: пары нельзя менять как перчатки. Одна – и на всю жизнь.

– Мне больше никто и не нужен, – буркнул я, закусив губу и пытаясь успокоиться.

– Езжай на Украину, Горан, – уже спокойнее произнесла она. – На месте разберёшься. Раз судьба тебя направила туда, значит, есть причины. И дело не только в Стасе.

Я молчал, где-то внутри понимая, что она права. Для чего-то это время нужно. Знать бы только для чего…

В конце концов, нередко бывало, что охотникам приходилось срываться с места и ехать в другие страны. Оказывалось потом, что где-то случались прорывы Границы, чудовища бесконтрольно выходили в наш мир. И с этим надо было бороться. Только вот те, кто направлял нас туда, не писали писем и не давали знаков, которые бы сразу понял человек.

Судьба, монстры её побери. И как бы ты не пытался её обойти, всё равно она окажется впереди. Потому что слишком мало сил одного-единственного человека, чтобы переломить то, что создавалось веками.

– Дубравка, а ещё…

– А ещё, дечко, ты мне привезёшь новый стол. И это не обсуждается.

Рассчитаться столом таки пришлось, а то нехорошо вышло бы. А во Львов я улетел через несколько дней, понимая, что оставаться в Ловране нет смысла. Я надеялся… очень надеялся, что дар медиума пробудится у Стаси намного быстрее, если её охотник будет рядом.