Мой охотник на монстров - Марина Комарова

Гид под аккомпанемент классической музыки рассказывал историю города и о мостах, под которыми мы проплывали. Мне удалось отыскать тёмный уголок, крайне полезный тем, что были видны все члены моей группы. Народ активно фотографировался и восторженно ахал. Дети радостно возвещали, что успели загадать желание под мостами.

Послышался гул. Я подняла голову и посмотрела на мост, под которым медленно проходил корабль. Мост Эржебет, Елизаветы Баварской или знаменитой королевы Сисси, к которой венгры относятся с особой сердечностью. Считается, что именно тут нужно загадывать желания о любви.

Я сразу усмехнулась, но потом закусила нижнюю губу. А почему, собственно, и нет? Пусть наконец-то рядом со мной появится человек, которому я буду нужна. И который будет любить меня всегда. Мне это нужно. Давно.

– Стася? – раздался рядом чей-то голос.

Я вздрогнула от неожиданности, голова закружилась. Я покачнулась, перед глазами мелькнула чернота вод Дуная. Страх заставил заледенеть. Но меня тут же подхватили сильные руки.

– Эй, осторожнее, – хрипло шепнул на ухо Горан, не давая сделать и шагу. – Тут глубина до девяти метров.

«Я знаю», – хотелось огрызнуться, но голова по-прежнему кружилась. И если бы не Горан, который сейчас был единственной поддержкой, то я давно бы уже упала в воду. Из которой вряд ли сумела бы выплыть, потому что никогда не отличалась умением в этом деле. Так уж сложилось, что с водой у меня были очень натянутые отношения. Не ярко выраженная фобия, но какой-то не особо нормальный страх того, что если долго пробудешь в воде, то обязательно случится что-то плохое.

А тут ещё ночь и такая глубина…

Горан, видимо, всерьёз обеспокоился моим молчанием, потому что тут же оттянул подальше от фальшборта. Я осознала, что надо выскользнуть из его объятий. Что-то они затянулись для простой поддержки.

Только вот осуществить это оказалось невозможно. Словно руки и ноги отказывались подчиняться мозгу. И хотелось только прижаться крепче, ткнуться лбом в сильное плечо и прикрыть глаза. В Горане Ладиче было что-то успокаивающее. Что-то такое, что я очень давно искала и вот наконец-то нашла. Тот самый покой и уют, которых так не хватало после смерти матери.

Сердце пропустило удар, губы пересохли. Хотелось поднять голову, посмотреть в ставшие сейчас почти чёрными глаза и ощутить жар поцелуя. Прямо здесь и прямо сейчас. Чтобы его губы обжигали, а пальцы вплелись в волосы, чуть сжимая пряди и оттягивая голову назад.

По телу будто пронеслась молния. Отрезвление хлестнуло плетью. Я резко отстранилась, чудом только не пошатнулась вновь.

Горан смотрел на меня несколько озадаченно и… разочарованно? Нет, не может быть, явно показалось.

– Спасибо, – пробормотала я, чувствуя, что не знаю, куда деваться от неловкости.

Чёрт, щёки прямо горят. Хорошо, что тут темно! И никого больше нет… и Горан не умеет читать мысли. Иначе бы подумал, что я на мужчин вешаюсь и всё такое.

Предательское чувство, что мне понравились его объятия, я тут же загнала куда подальше. Нет, не думать об этом! Не хватало ещё, чтобы он что-то понял!

И тут же стало как-то тоскливо и холодно. Очень неправильно.

– Вы плохо себя чувствуете, Стася? – тихо поинтересовался Горан.

В голосе слышалось лёгкое беспокойство и забота. Разумно. Руководитель группы, который плохо себя чувствует, – это отвратительно. Какой уж тут отпуск, когда ответственный за организацию еле шевелится.

Но в то же время чудилось, что беспокойство Горана вызвано далеко не этим. Он волнуется за меня. Хоть это и странно.

– Нет, всё нормально, – покачала я головой. – Немного задумалась просто. Не обращайте внимания.

– А сбежали ото всех почему?

– Я не сбегала! – возмутилась я. – Что за…

И тут же прикусила язык, увидев смешинки в глазах напротив. Взяла себя в руки и шумно выдохнула, приказывая себе успокоиться.

– Дразнитесь? – спросила уже куда спокойнее.

– Если только чуть-чуть, – не стал отнекиваться Горан. – Но так вы мне нравитесь гораздо больше.

Внутри всё вспыхнуло жаром, дышать стало труднее. Нет, совсем стыд потерял! Опять издевается!

– Хорошо, что нравлюсь, – произнесла я, с трудом удерживая маску невозмутимости. – Так есть вероятность, что вы меня не забудете в каком-то городе, решив, что тур куда краше без сопровождающего.

Горан удивлённо приподнял брови, а потом неожиданно расхохотался. От его смеха по коже пробежали мурашки. Низкий такой, бархатистый, слушаешь – и голова того и гляди снова закружится.

– Конечно, нравитесь, – кивнул он. – Идёмте к нам. Шампанское и правда отличное. Да и вид там лучше.

– Я на работе, – качнула головой, но последовала за ним. – Так что мой выбор – сок.

Горан вдруг резко остановился, и я чуть не врезалась носом в его широкую спину.

– Тогда на ужине в гостинице, – сказал он.

– Что на ужине? – озадачилась я, моргнув.

– На ужине вы со мной выпьете, – невозмутимо произнёс он. – И не спорьте, я вам почти жизнь спас.

Возмущение застряло в горле, но ничего сказать не удалось, потому что он ухватил меня за рукав и потянул за собой.

Произошло всё настолько быстро, что спустя несколько минут я оказалась на освещённой фонарями палубе.

– О, Стася! – обрадовался отец неугомонных близнецов. – Идите к нам, сфоткаемся все вместе!

Я не отказывалась. Фотография группы – это всегда здорово. Люди с разных уголков страны по велению судьбы оказываются в одном автобусе на несколько дней. И этот дух коллективизма так же прекрасен, как и само путешествие.

С кораблика все вышли довольные, немного хмельные и полные эмоций. Я шагала рядом, прислушиваюсь к разговорам. Что ж, народ доволен – это замечательно. Не зря Будапешт – одна из самых красивых европейских столиц именно ночью, со стороны реки.

Мысли невольно возвращались к странному разговору с Гораном. Всё как-то неожиданно. Немного нелепо и… и я понимаю, что отчаянно жалею, что этот разговор так быстро закончился.

С удовольствием так и стояла бы там, во тьме, пронизанной только огнями мостов и зданий, рассыпанных по берегам Буды и Пешта, старинных городов, в какой-то момент слившихся в единое целое. И говорила бы с этим человеком обо всём на свете. Потому что это было как-то неожиданно легко и спокойно.

Я глянула на время. Так, ещё переезд, и можно отдохнуть будет. А утром – полюбоваться берегами озера Балатон.

* * *

Заселение прошло спокойно. Туристы, подхватив чемоданы, разошлись по своим номерам. У меня была всего одна мечта: добраться до душа, а потом – до кровати. Голова странно гудела, видимо, всё же сказывалась усталость. Да и ела через раз, в первый день тура вечно какие-то накладки.