Профессорская служка - Ардмир Мари

— Ганс, я помогу.

— Не стоит. После того, что вы проделали, я в неоплатном долгу перед вами.

С виду мощный и тяжелый, дворецкий порхал по кухне как мотылек, не задевая громоздких чанов, кастрюль и сковородок, что грелись на плите. Он споро выложил на тарелки жаркое, кашу, жареное мясо и яблочный пирог, нарезал фрукты и аккуратно разложил их на блюде.

Я с удивлением смотрела на его уверенные движения, не веря, что наблюдаю за мужчиной.

— К тому же у матушки Агафьи крайне ревностное отношение к кухне и кладовой, она не любит, когда к ее кастрюлям прикасается чужой.

— У нее прекрасное чутье на чужаков?

— Я бы сказал — нюх, и весьма посредственный для оборотня. Но для готовки изысканных вкусностей его хватает. — Произнеся это, он залил фрукты карамелью и выудил из кладовой мороженое в деревянном ведерке.

И не успела я подробнее разузнать об оборотне, как удивилась другому обстоятельству:

— Мне чудится, или это действительно лакомство королевского двора? — К слову, очень изысканное и дорогое и оттого известное простому населению лишь по магическим слайдам в газетах.

— Да, оно, — подтвердил дворецкий с серьезным лицом, а в голосе слышалась улыбка: — Господа были слишком заняты вчера, поэтому мы съедим его сегодня.

— Ганс, но разве… разве профессор и повариха не хватятся?

Услышав мой вопрос, он неожиданно улыбнулся, от чего черты его лица вдруг приобрели живость, а в глазах полыхнуло пламя. Это было как вспышка молнии на грозовом небе, дворецкий стал чрезвычайно красивым. Притягательным, потрясающим. Улыбайся он чуть дольше, я бы потеряла покой.

— Что вы, Ирэна. — Укоризненно покачав головой, Ганс вновь стал сдержанным джентльменом с каменным выражением лица.

А быть может, его улыбка мне просто почудилась?

Я повела плечами, сбрасывая оцепенение:

— Имеется в виду, что это баснословно дорогое лакомство и статус слуг не позволяет нам его расходовать…

— Дорогая наша служка, — улыбка огневика вновь мелькнула, просияв. Я улыбнулась в ответ, и он со смешком вкрадчиво продолжил: — Вы себе и представить не можете, насколько устои этого дома отличаются от прочих. Дейр Лесски — стихийник и по сути своей редкая личность, которая ищет столь же редкое окружение. Фактически же его постоянно тянет на экзотов. И, думаю, вы понимаете, о чем я говорю.

Веселый взгляд дворецкого заставил вспомнить металлистку и ее большую голую… совесть.

— Так к чему я веду. — Ганс ложкой выкладывал мороженое поверх фруктов, не забывая посыпать его сладко пахнущей белой стружкой. — В доме профессора работают: камердинер-василиск, повариха-оборотень, две горничные-вампирши, кучер… он простой человек с интересной судьбой, конюх-гном, а дворецкий-огневик.

По мере объяснений мое удивление росло в геометрической прогрессии:

— Как такое разнообразие рас уживается под одной крышей?

— Все просто, здесь нет слуг и господина. — Ганс заварил ароматный чай и достал чашки с блюдцами. — Мы равны и просто работаем. А теперь к нам примкнули вы, и, надо сказать, очень вовремя.

— Почему вовремя?

— Профессор отбыл на три недели, а в доме должен быть хоть кто-то.

— Вы оставляете здесь одну меня?

— Ну… для исполнения своих обязанностей служащие будут здесь появляться день ото дня, но, в принципе, да. Весь дом будет в полном вашем распоряжении. Едой вас обеспечат, насчет охраны не волнуйтесь, если кто и ворвется, то он получит сполна…

— Как мисс… Даная этим утром? — прищурилась негодующе.

— Она вошла случайно, — отмахнулся дворецкий и, прихватив поднос, вышел из кухни. Я следом за ним.

— Допустим. Но у нее были ключи…

— Ирэна, каюсь, — вздохнул огневик, — ее нечаянно впустил я. — И он тут же дал обещание: — Подобное более не повторится.

— Буду надеяться.

Ганс накрыл в столовой, идеально оформил маленький круглый столик, украсил его букетом из огненных язычков, разложил приборы, тарелки и, выдвинув стул, помог мне сесть. Мы завтракали в тишине, каждый думая о своем. И лишь взявшись за мороженое, я словно бы очнулась от забытья:

— Ганс, а что мне все это время делать?

— На ваш счет распоряжений не поступило.

— Значит ли это, что я могу занять сама себя и найти подходящую работу?

— Вполне. — Он посмотрел на меня и произнес с хитрецой: — Только не переусердствуйте. После сегодняшнего утра я даже не представляю, с чем еще вам придется столкнуться.

Недоуменно воззрилась на мужчину и даже забыла о королевской сладости — мороженом.

— Но вы все воспринимали так спокойно, что я, право, решила, будто бы это утро ничем не отличается от других.

И вновь улыбка-молния мелькнула на его лице, чтобы бесследно скрыться.

— Хвала Всевышнему, это первое такое за двенадцать с лишним лет!

* * *

После завтрака Ганс все самостоятельно собрал, помыл, заодно показав, что и где должно лежать на кухне и в кладовой, а затем отбыл. Я быстро разложила свои вещи в комнате, написала сестрам и отправила послание по домашней магпочте из все еще не убранного кабинета профессора, затем нашла библиотеку и большую часть дня провела за просмотром имеющихся в доме изданий. Выбор оказался колоссальным, в большинстве своем развлекательного характера: дневники путешественников, детективы, юмористические опусы, романы, исторические заметки и лирические сборники стихов. Также пара весьма пыльных энциклопедий о флоре и фауне соседних государств, жизнеописания природоведов, их составивших, и… ничего о магии, словно бы в этом доме не профессор живет.

И является ли Лесски стихийником? Ведь у таких людей библиотеки должны быть научного характера, просветительского, а у него дома — нет. Неужели для практики у него есть личные лаборатория и библиотека в Академии МагФорм? Если так, то проводить обучение в домашних условиях не получится. Я приуныла: придется договариваться с девятым и уповать на его доброе отношение к служке. Размышляя о том, как подвести его к данной нелегкой теме, я приняла ванну, переоделась и присела к зеркалу, чтобы завершить приготовления ко сну. Как вдруг дверь в мою комнату открылась и из нее ко мне шагнул профессор — всклокоченный, с развязанным шейным платком и с рубиновым браслетом в руках, от которого он не отрывал взгляда.

— Вы? — Мой возмущенный выдох вырвал его из размышлений. Лесски поднял голову и удивленно оглянулся.

— Проклятый Всенижний! — Поймав мой изумленный взгляд, он тут же спохватился, пробормотал: — Простите, Ирэна, попал не туда…

Я кивнула и потянулась за халатом, прикрыться. А девятый уже шагнул за дверь и закрыл ее со щелчком. Успела завязать пояс, как вдруг открылись двери моей ванной и разозленный стихийник появился на пороге.