Профессорская служка - Ардмир Мари

Спешно собрав все указанное правообладателем, я вылетела из гардеробной с криком:

— Хозяин?!

Рассчитывала, что, услышав мой зов, новая подруга профессора покинет свое убежище. Но не тут-то было, со стороны ванной послышался отчаянный женский скулеж, да простит Всевышний мое предубеждение к этой особе.

— Хозяин, проснитесь! — воскликнула я, словно бы обнаружила Лесски только что в коридоре. И вот тут сюрпризом стал щелчок металлического замка в запираемой в ванной двери. Интересно получается. В панике металлистка в поисках защиты к девятому не кинулась, а заперлась, услышав о его бессознательном состоянии. Очень интересно. Выходит, о полном истощении резерва Лесски она знает, но вины за собой вовсе не чувствует. Хладнокровная… не-леди!

Я прибежала к нише на лестнице, передала заждавшемуся стихийнику одежду и поинтересовалась, куда умчался Ганс.

— В горящих каминах дымоходы перекрывает для правдоподобности. Запах гари чувствуете?

— Еще как… Хорошо сработано.

От такого сообщения даже вздохнула свободнее, все-таки дворецкий свой уровень энергии не преувеличил, теперь можно не сомневаться в том, что ночная гостья в пожар поверила. И осталось решить лишь один небольшой вопрос. Как освободить ванную в покоях профессора? Я посмотрела на него с прищуром, спросив:

— А не подскажете, чего леди боится?

— Огласки, — ответил Лесски, срывая с себя несвежую рубашку. — Ее она боится больше, чем пожарища.

— Спасибо! — И я умчалась наверх, уже точно зная, как поступлю.

Стучаться голыми руками в дверь, неожиданно покрывшуюся металлической чешуей, было боязно, поэтому воспользовалась кочергой.

— Леди! Леди-и-и, выходите немедленно, сюда едут пожарные… — Из ванной ни звука. Быстро смекнула, что только из-за спасателей она оттуда не выйдет, и заголосила громче: — А с ними пресса и маги из патруля НВН!

Не зря я упомянула службу Несанкционированных Всплесков и Нападений. Их сотрудники не ходят по комнатам с просьбой: «Откройте, пожалуйста», а сразу вышибают двери и спасают людей. Далее идет лечение, допрос, составление протоколов, задержание или суд, и почти все это на глазах у кровожадной прессы. Если верить моим словам, для металлистки королевских кровей ситуация складывается не из приятных. И я даже аббревиатуру не успела озвучить, а дверь уже распахнулась.

— Кто-кто едет? — В ванной Эвения облачилась в длинный халат и теперь нервно теребила его отвороты. — Служба НВН?

— Да.

Но вопреки моим ожиданиям, она, бледнея, смотрела на горящую комнату за моей спиной и не двигалась с места. А время бежит!

— Не волнуйтесь. На заднем дворе есть карета, никто вас не заме…

Моих слов она уже не слышала, с места сорвалась, побежала не разбирая дороги. Ни огромного «спасибо», ни короткого «пожалуйста», она обошлась даже без «Где Дейр? Жив ли он? Здоров ли?». Истинная леди королевской крови вспомнила лишь о том, как дорога ей эта самая кровь. А я поняла, как сложно быть всепрощающей, и раз уж я отдаю Эвении профессорский экипаж, то халат вправе оставить девятому. По мановению моих пальцев воздушные потоки перенесли огонь с лестницы на полы халата и быстро распространили его по темно-синим нитям и золотым рисункам.

Далее последовали писк, визг, судорожное разоблачение из горящего халата, поиски сапог и шубы, на удивление, завершившиеся скоро и удачно, хлопок дверей и ржание убегающих лошадей.

Когда экипаж уехал, я легко сбила с платья последние язычки пламени и громко сообщила:

— Ганс, пора гасить!

И бушующий огонь замер, игриво загибая золотисто-рыжие язычки и издавая протяжное: «Ву-у-у-у-у-у-р!» А затем, вздохнув печально, пламя нерешительно поползло со стен по деревянному полу к моим ногам, все уменьшаясь и уменьшаясь. Огненное кольцо стало тоньше кружевной ленты, всколыхнулось у самого подола платья, обиженно вякнув: «Пфя!», и бесследно исчезло.

— Уже ушла? — вторично за это утро удивился девятый, спускаясь по лестнице. Он небрежным движением поправил шейный платок, и без того идеально повязанный. Профессор в пиджаке цвета темной стали, белой рубашке, темно-бордовом жилете, черных брюках и черных сапогах, смотрелся чуть дерзко и в то же время строго. И я в который раз подумала о том, что у меня прекрасный вкус.

— Да, — ответила я.

— Так быстро?

— Да.

— И опять в одной лишь шубе. — Неуловимый дворецкий бесшумно оказался рядом со мной и прищурился, ехидно прошептав: — Не стыдно?

— Отнюдь. Эта пакость заслуженная, и вы участвовали в ней как сообщник.

Я кинула взгляд на бесстрастное лицо Ганса, и уголки его губ дрогнули.

— О чем шепчемся? — Профессор подошел с улыбкой.

— Ваш экипаж угнали! — Почти правда, но рядом со мною все равно раздался наглый хмык.

— И кто это был? — не понял Лесски.

— Кто-то с аппетитно большой и голой… — начал говорить дворецкий, абсолютно спокойным голосом абсолютно неприемлемые детали.

— Совестью, — закончила я фразу за якобы сдержанного огневика. — Несомненно, экипаж вам вернут. — И менее уверенно: — Надеюсь.

Просительно посмотрела на Ганса. Он взгляд мой понял, хохотнул и исчез со словами: «Сейчас все решу».

И я, посчитав свою миссию выполненной и извинившись, удалилась на кухню. Завтрак еще никто не отменял.