Огненные купола - Дэвид Эддингс

– Хорошо, матушка, – хором ответили Спархок иВэнион.

Оба рыцаря зашагали назад, к баррикаде.

– Ты осуждаешь меня, Спархок? – угрюмо спросилВэнион.

– Это не мое дело, друг мой.

– Я и не спрашивал, твое ли это дело. Я спросил,осуждаешь ли ты меня. Ты же знаешь, другого пути у нас не было. Законы нашихнародов не позволили бы нам заключить брак.

– Не думаю, Вэнион, что эти законы применимы к вам. Увас есть одна близкая подружка, которая не признает никаких законов, если ейэто удобно. – Он улыбнулся старому другу. – По правде говоря, я дажедоволен. Мне опостылело смотреть, как вы двое маялись от тоски.

– Спасибо, Спархок. Я и не хотел таиться от кого бы тони было. Впрочем, я ведь все равно никогда не смогу вернуться в Эозию.

– Я бы не сказал, что это такая уж большая потеря. Вы сСефренией счастливы – а прочее не важно.

– Тут я согласен. Тем не менее, когда вернешься вЧиреллос, постарайся как можно мягче сообщить это известие. Боюсь, Долмантвзовьется до небес, когда услышит об этом.

– Возможно, он еще удивит тебя, Вэнион.

***

С некоторым изумлением Спархок обнаружил, что еще не забылтролльего языка. Улаф, дерзко встав посредине узкого прохода, во все горловыкрикивал лесу похожие на рычание слова.

– О чем он говорит? – с интересом осведомилсяКелтэн.

– Это трудно перевести, – отозвалсяСпархок. – Тролльи оскорбления по большей части касаются естественныхотправлений.

– Ох ты. Я уже жалею, что спросил.

– Ты бы куда горше пожалел, если б я перевел, –хмыкнул Спархок и тут же заморгал, услышав особенно отвратительноеругательство, которым Улаф только что осчастливил троллей.

Тролли, судя по всему, относились к оскорблениям весьмасерьезно. В отличие от людей, они явно неспособны были пропускать мимо ушей этотрадиционное предисловие к битве, а потому разражались воем при каждой новойреплике великана-генидианца. Несколько троллей выскочили на опушку, брызгаяслюной и топая ногами от ярости.

– Когда они атакуют? – спросил Тиниен у своегорослого светловолосого друга.

– С троллями никогда не угадаешь, – ответилУлаф. – Не думаю, чтобы они привыкли сражаться отрядом. Не могу сказатьнаверняка, но, скорее всего, один из них потеряет терпение раньше остальных ибросится на нас. А последуют ли за ним другие – кто знает. – И он прорычалгигантским тварям, бесившимся на опушке, еще одно оскорбление.

Один из троллей завизжал от бешенства и рванулся вперед натрех ногах, переваливаясь и размахивая увесистой дубинкой, которую он сжимал всвободной руке. Вначале один тролль, потом еще несколько последовали за ним.

Спархок оглянулся, проверяя в последний раз, как расставленылучники. Он заметил, что Халэд отдал свой арбалет одному из молодых пандионцеви стоял у своей наскоро состряпанной машины, хладнокровно посматривая вдольдревка дротика.

Тролль, мчавшийся впереди всех, уже яростно молотил дубинкойпо заостренным кольям, однако гибкие молодые деревца лишь гнулись под егоударами и выпрямлялись снова. Взбешенный тролль задрал морду к небу иразразился разочарованным воем.

Халэд рассек веревку, оттягивавшую его гигантский лук.Обструганные деревца резко распрямились с почти мелодичным гулом, и дротик,пролетев по длинной плавной дуге, с сочным чмоканьем вонзился в широкуюкосматую грудь тролля.

Тот отпрянул и тупо уставился на древко дротика, торчащее изего груди, потрогал его пальцем, словно пытаясь понять, откуда взялась здесьэта штуковина. Затем тролль тяжело осел на землю, и изо рта его хлынула кровь.Он неловко ухватился обеими руками за древко и дернул. Новый поток кровихлестнул изо рта, тролль вздохнул и завалился набок.

– Отличный удар! – похвалил Келтэн оруженосцаСпархока, который с помощью двоих молодых пандионцев уже перезаряжал свойнемудреный механизм.

– Передай лучникам, – откликнулся Халэд, –тролли застревают возле кольев. Они, похоже, не могут сообразить, что бы этозначило, и становятся отменной мишенью.

– Верно. – Келтэн отбежал к лучникам,расставленным на одном склоне ущелья, Бевьер направился к другому склону.

Полдюжины троллей, которые бежали за первым троллем, точноне заметили его гибели и все так же дружно мчались прямо на заостренные колья.

– У нас могут быть сложности, Спархок, – заметилТиниен. – Если тролли не привыкли сражаться вместе, они не обратятвнимания, что кого-то из них убили. Улаф говорит, что тролли не умирают естественнойсмертью, а потому вообще не понимают, что такое смерть. Не думаю, чтобы ониобратились в бегство только потому, что мы прикончим нескольких ихсоплеменников. Боюсь, это совсем не то, что сражаться с людьми. Тролли будутпродолжать атаку, пока мы не перебьем всех. Возможно, нам придется пересмотретьнашу тактику, чтобы принять в расчет и это.

На опушке между тем появились еще несколько троллей, и Улафпродолжал методично осыпать их ругательствами.

Вернулись Келтэн и Бевьер.

– Мне тут вот что пришло в голову, – сказалКелтэн. – Улаф, среди этих троллей есть самки?

– Вполне возможно.

– Как отличить самок от самцов?

– А тебе что, не терпится?

– Тьфу, гадость какая. Просто я не хочу убивать женщин.

– Женщин? Келтэн, это же не люди, а тролли. Самку можноотличить от самца, только если при ней детеныши – или если подберешься к нейсовсем близко, а это не самая лучшая идея. Дикая свинья оторвет тебе голову стой же легкостью, что и вепрь.

И генидианец продолжал выкрикивать оскорбления.

Еще несколько троллей присоединились к атаке, а затемраскатился оглушительный рев, и вся опушка леса точно взорвалась косматымитварями. Не промешкав ни мига, они примкнули к атакующим.

– Вот оно! – удовлетворенно заключил Улаф. –Теперь в дело ввязалась вся стая. В седло, господа!

Они бегом вернулись к ожидавшим боя рыцарям, а между темсириникийцы, управлявшие импровизированными катапультами Бевьера, и пандионцы упридуманного Халэдом гигантского лука принялись методично обстреливатьприближавшихся троллей. Лучники на склонах ущелья обрушили на косматое войсколивень стрел. Несколько троллей рухнули, изрешеченные стрелами, но прочиемчались дальше, словно не замечая, что в них попали.