Ларт Многодобрый - Елена Плахотникова

Блин! Да тут железобетонное терпение нужно. С двойным запасом прочности.

– Почему глупец делая тиму дел, не делает ни одного, а мудрый, делая одно дело, справляется с целой тимой. Вот.

– И что тебе здесь непонятно?

– Да это же так просто!

Голоса звучат дуэтом. Один принадлежит наставнику, а второй – кому-то молодому и очень, очень нетерпеливому.

– Сейчас я разговариваю с Карси.

В голосе чуть слышные раскаты грома. Типа гроза далеко – может, будет, а может, не дойдет.

– Да, Наставник. Молчу.

– А ты говори.

Нерешительное покашливание.

– Говори, Карси.

Голос тихий и мягкий, как летний вечер.

– Наставник, все знают, что ты мудрец. Но ты выполняешь не одно дело.

– Да?.. Я слушаю.

– Ты разговариваешь с вождем и проводниками, ты учишь мудрости нас, говоришь мужу, какую жену ему взять, делаешь всем защиту в Дорогу, просишь у духов удачной охоты… А еще у тебя четыре жены.

– Так что тебе непонятно, Карси?

– Ты сказал, что только глупец делает тиму дел, а ты… Прости, Наставник, но ты их тоже делаешь.

– Ты прав, Карси. У меня много дел. Когда я говорю: «время большой охоты», охотники приходят с пустыми руками?..

– Нет, Наставник, их руки полны добычи.

– Когда я говорю: «плохое время для охоты», а глупые молодые охотники идут, что случается?

Да заткнется он когда-нибудь?! Тут некоторые спать пытаются!

– …Плохое случается.

– Значит, я не даю глупых советов? Значит, я хорошо делаю свое дело? Можно сказать, что я глупец?

– Нет, Наставник. Но у тебя не одно дело, а…

Блин, достал меня этот тупой шаманенок. А таких многословных учителей я бы…

– Да, Карси. Дел у меня много. И жен много. Когда я вхожу к первой, то не думаю о других. Когда я со второй, то забываю первую и всех остальных. Когда я говорю с вождем, то не думаю о своих женах или об охоте. А когда я учу тебя, то забываю о тропе к Озеру. Мудрец всегда делает только одно дело, даже если его ждут еще дела. Он не отвлекается на них. Теперь ты понял?

Не знаю, понял он или как, а вот я понял, что спать мне больше не дадут.

Что делает мудрец, когда хочет разбудить спящего гостя? Стягивает с него одеяло, поливает из чайника, рискуя нарваться на мат или удар?

Да ни хрена подобного!

Он просто начинает учить своих учеников под окном засони. Долго и старательно.

А если б в этом окне стеклопакет стоял, тройной, что тогда?

Хотя этот шаман – хитрый жучара, он бы придумал чего-нибудь. И это «чего-нибудь» могло понравиться мне еще меньше, чем поучительно-нравоучительная беседа за окном. А так приобщился к мудрости. Вроде бы. И на халяву.

Но Пал Нилыч сказал бы проще: «Делать два дела одновременно все равно что нести два арбуза в одной руке. Без авоськи».

Уважал Нилыч этот фрукт. Мол, для почек он очень полезный. И ел арбузы, глядя на реку. Так типа не только почки, но и мозги очищаются. Всякой суетой и глупостью забитые.

Я бы тоже от визита к реке не отказался. Или хотя бы к ручью. Только выше того мудреца, что любуется плывущими листьями. Блин, никогда не думал, как наши горцы устраивают свои сортиры. И где моют свои телеса… Если вода в горной реке плюс четыре летом. И чего делать избалованному цивилизацией мужику, которому надо срочно помыться?

Стоп, Лёха. А не дурак ли ты? Слово «озеро» тебе чего-нибудь говорит? А если так, то отскреби свое тело от шкуры неведомой зверушки и иди, общайся с народом. Народ он добрый, он поможет. Если захочет.

Вышел. Потолковал.

Дорогу к озеру мне показали в две руки. Шаман и один из его учеников не стали утруждать себя лишними движениями. Ну старик понятно: годы, груз дел и все такое. А пацан чего тормознул? Или это и есть тот самый Карси, что складывает «один плюс один» и получает «одиннадцать»?.. Тогда завтра вечером я могу услышать его версию пути к озеру.

И остальные прохожие чего-то пялятся на меня так, словно никогда – блин! – голого мужика не видели. Хорошо, что народу на улице еще мало.

Надо было хоть штаны надеть. Перед дальним походом. Но не возвращаться же из-за такой ерунды с полдороги? Ну посмотрят на меня аборигены – и чего нового они могут увидеть? А если голого никогда не встречали, то пусть изучают анатомию. Как раз наглядное пособие мимо проходит. Только руками трогать не надо. Хватит уже измываться над моим организмом. Он мыться хочет и отдыхать. Желательно пару дней и в полном одиночестве.

Вот искупаюсь и предложу целительнице пообщаться с нашим колдуном. По тому же принципу: «поймаешь – я твоя, я поймаю – ты мой». Только дурак не поймет, в чем тут прикол. Я вот понял. Когда меня поймали.

Пусть и наш многохитрый вкусит прелестей медового месяца с тиу. Чужой опыт, конечно, великая вещь. Но свой доходчивее. Хотя и болезненней.

Интересно, если сказать целительнице, что так у детенышей силы и мудрости прибавится, она поверит? Или сначала к шаману пойдет спрашивать?.. Но рыжего на всякий случай к ней надо направить. Кажется, он желудком последние дни мается?.. Вот пусть сходит и подлечится. Травницы они лучше с такими болезнями справляются вроде бы. А дальше… как удача улыбнется и природа пошепчет.

– Господин, а?..

Малек. С ним Марла и Меченый. Им-то чего в такую рань не спится? Вчера ж гудели от заката и до Санута. И потом, кажется, продолжили. А Крант где?

Оглядываюсь.

Так и есть. Сзади слева. На своем обычном месте. Интересно, и давно он там?

– Как ты себя чувствуешь?

Крант показывает ладонь. Узкая черная полоса на ней. Лучше, чем вчера, но…

– А ты? – Это Марла. У меня.

– Так, будто меня имели по полной программе. И не один раз. Такими ласками и убить можно. Думаю, это было покушение.

Марла улыбается, а на лице Кранта невозмутимость сменяется задумчивостью.

А вот этого не надо! Когда Крант начинает думать, это может быть опасно. Для окружающих. Плохо с чувством юмора у моего телохранителя. Еще хуже, чем у Савы. Но Сава-то черт знает где, а Крант рядом. Шевелит губами и морщит лоб. Мыслит он так. Даже вспотел, бедняга. Тяжелая это для него работа, мыслить. Поди не мечом махать. Тут он большой спец.

– Спокойно, Крант. Со мной все в порядке.

И я улыбаюсь. Хоть каждая мышца ноет и жалуется. Хорошего массажиста б мне. И горячий душ. Без них я тоже, конечно, выживу. Но могу, блин, я хоть немного помечтать?! Если уж поспать не дают спокойно.