Рыжая - Ана Ховская

Я легко видела ложь и хитрость на расстоянии, порой сама прибегала к ним, если не было выбора и явных последствий, но лишний раз не рисковала, избегала конфликтов, не промышляла кражей и не применяла свое секретное оружие.

Я сменила «шикарные апартаменты» Иллаха на свой челнок и перевела его в порт Сурх-Гаха, чтобы не тратить время и кредиты на поездки из одного поселения в другое. Оплатив аренду удаленного летного портала, получила персональный код доступа через главный и запасной вход. Так безопаснее, и у меня было собственное жилье с удобным матрасом и действительно чистым бельем.

Чтобы занять себя чем-то полезным по утрам и ночам я просматривала свои исследования и просчитывала формулу нейтрализатора пигмента, для которого сама же и изобрела стабилизатор. Я ведь обещала Саре… Начала применять на себе активатор маркера ПИ-7, стимулирующий рост волос, чтобы, наконец, вернуть себе мою гордость. Пару раз помогла Тадеско скорректировать чью-то историю за небольшую плату…

За время моего молчания связки окончательно восстановились, голос стал звучать мелодичнее, с полной силой, хрипотца исчезла. Но сама немного похудела.

Каждый день я появлялась в питейном заведении и просиживала там часами. Однако периодически заходила и в другие – меньшего уровня, если здесь вообще можно было говорить об уровне, но убедилась, что искать следовало только в большой питейной: контингент разный и торговцы посерьезнее. И там хотя бы можно было поесть. В других местах еда пахла гнилью. Или это была какая-то особая приправа?..

Чтобы не примелькаться охране и обслуживающему персоналу, я немного меняла внешний вид. Надевала то кожаный плащ, то защитную накидку поверх комбинезона, увеличивала вес и формы, запихивая под комбинезон постельное белье или запасные вещи…

ПИ-7 тоже дал неожиданный результат для маскировки, хотя в испытаниях на «Моби» он так себя не проявлял: волосы заметно потемнели, а отрастая, начали виться крупными локонами, прямо как у Атамуса. Если раньше они были светло-рыжими, то теперь в них играл огонь, яростный, с красными всполохами. Цвет стал насыщенным, дерзким, и зеленые глаза заиграли по-особенному. Однако все равно свои врожденные особенности я скрывала. Даже пару раз меняла цвет кожи и надевала широкие темные очки.

Заметив, что охрана не меняется, как и охранники не переходят с одних ворот на другие, каждый день входила через разный вход и выходила через тот же. Еду и напитки заказывала у разных служащих. Иногда подсаживалась к безобидным посетителям и притворялась пьяной, слушала и аккуратно выспрашивала то одних, то других, у кого найти запрещенный товар…

* * *

В очередной полдень черноглазой пепельной блондинкой я пришла в питейную, не маскируя себя ничем лишним в одежде, и на этот раз села у прилавка служащего. Однообразная еда уже застревала в горле, но она хотя бы свежая. Подперев рукой голову, я почти дремала, настраивая переводчик то на один язык, то на другой и вылавливая что-то полезное из речи окружающих.

– И что нам делать? Нам нужен кто-то, кто сможет пробраться в альянс. На сегодня ни одного контакта. У нас нет туда доступа!– отчаянно проговорил кто-то за соседним столом.

Я мгновенно оживилась. Говорила женщина на общем языке только с незнакомым наречием. На всех планетах альянса оно свое, я знала все. Но этого не слышала никогда.

– Мы оба вне системы,– согласился второй – мужской голос.– А если все-таки Саяку дил Ха удастся найти нам то, что ищем?

– Кто это еще?

– Риг называет его торговцем жизнью. У него можно найти чип с историей гражданина альянса, и тогда путь открыт.

– А кто нам его вживит и настроит? Кто нас в систему внесет? Ты думай, прежде чем говоришь,– возмутилась женщина.

– Сам Саяк дил Ха и сделает!– обиженно буркнул мужчина.

– Сам? Тут одни проходимцы! Зальют в уши. Не успеешь очнуться – ты труп, а еще хуже – пойман хомони. Дантурийцы на все готовы, чтобы заработать. Сдадут флоту альянса только так… У нас нет средств давления на эту породу.

– Не зря же я давно работаю с Ригом… Он троих уже к торговцу отправил, и все живы… Никого не поймали…

Я много читала о дантурийцах еще на «Моби», когда решила, что первым делом прилечу сюда. И пока все, что о них писали, подтверждалось.

«Значит, чтобы заполучить новую историю, нужно найти «торговца жизнью»? Но для страховки должно быть нечто, что заставит его бояться выдать меня. Это что-то очень нужное ему или то, чего он будет бояться больше смерти… Бесконечно плутать в мрачных закоулках Сурх-Гаха больше не могу. Придется рискнуть и выяснить его координаты»,– решилась я.

Я резко поднялась и задела рукой край барной стойки.

– Ай-й!– жалобно заныла я и, покачиваясь, будто пьяная, прижала ладонь к ушибленной руке.

Все сидящие поблизости оглянулись, окинули меня сверху вниз равнодушными взглядами и снова вернулись к своим разговорам. Я раскинула руки в извиняющемся жесте и склонилась в неловком поклоне. А потом попятилась и тут же наткнулась на другой стол.

– Эй!– вскрикнул недовольный мужчина на древнем.– Смотри, куда прешь!

– Ой,– икнула я и криво улыбнулась, глядя на их мокрый стол от опрокинутого стакана с напитком. А взглянув на лица мужчины и женщины, удивленно округлила глаза.– Вы что, тоже из альянса?!

Крупная темноволосая женщина – хемани – почти в таком же плаще, как у меня, только более коротком, снисходительно оценила мой наряд и махнула служащему, чтобы тот налил им еще. Молодой мужчина, скорее мальчишка, с всклокоченной копной темных волос, тоже хемани, хмуро покосился на меня исподлобья и, скрестив руки на груди, откинулся на спинку стула.

– У…у-у тебя такой же плащ, как у меня!– расцвела я, тыча пальцем в молодую женщину.

– У Зила дил Хора побывала?– дружелюбно усмехнулась та.

– Ага… Ик… Ой,– прикрыла ладошкой рот я и оперлась бедром на край их стола, а потом хихикнула:– У него такого… просто горы! Или кучи?..

– У него лучшая одежда в Сурх-Гахе…

– Больше нечего делать, чем трепаться с этой человечкой?– возмущенно проворчал мужчина и снова недобро покосился на меня.

Я наивно обиженно похлопала ресницами и вытянула губы в трубочку.

– Я тебя что, укусила? Даже вон ни капли на тебя не попало,– я мазнула ладонью по мокрому столу и тут же брезгливо встряхнула ею.– И вообще-то, правильно говорить – человек, а не человечка… И я тоже имею право на уважение…

– Не обращай внимания, это мой брат. Он сегодня не в духе,– поднялась женщина и протянула руку.– Я Наджед Терк Кедаро, а это Милхаин.

– А я… Э-э,– я поводила глазами по их лицам и нахмурилась.– У меня что-то в голове помутилось… Ох, нельзя так пить… Ничего не помню…

Та все еще стояла с протянутой ладонью и рассматривала меня, а я не могла понять, что ей надо, и растерянно потирала свой лоб.