Роковой секрет - Мэри Ройс

— Все-таки расстроилась?

Я вздрагиваю, когда обнаженного плеча касается теплая рука жениха. Он присаживается рядом, повторяя мою позу. Сейчас на нем только шорты. Матвей вовсе не качок, я бы ни за что не повелась на стероидного мутанта. У него красивая, стройная фигура, как и у его отца. Только там улучшенная версия: с рельефным торсом и жилистыми руками… Боже! Почему мои мысли опять возвращаются к этому мужчине? Встряхиваю головой и кладу ее на плечо Матвея.

— Нет. Просто устала, — шепчу я и тянусь поцеловать его в щеку, но он ловит мои губы, жадно облизывая их языком, а потом спускается дорожкой легких влажных поцелуев на шею.

— Искупаться не хочешь? — Я моментально возбуждаюсь от его осипшего голоса, вспыхиваю, будто пропитанный бензином фитиль, к которому поднесли зажженную спичку. — Говорят, вода расслабляет. — Он проходится языком по краю уха, и на меня обрушивается целый рой мурашек.

— Матвей, мы здесь не одни. — Останавливаю наглую руку, что стремится прокрасться мне между ног, хотя и знаю наперед: секс неизбежен.

— Малышка, — он осыпает шею нежными поцелуями, — прислуга по ночам спит, а спальня отца в другом крыле дома, так что мы с тобой абсолютно одни.

Матвей спускает тонкую бретельку с плеча, ладонью мягко высвобождая мою грудь. Я со свистом втягиваю воздух и откидываю голову назад, наслаждаясь невесомыми прикосновениями к соску. Мягко обведя ареолу подушечкой пальца, парень нарочито задевает пирсинг и в тот же миг накрывает его губами.

— Ааах! — Невольно выгибаюсь навстречу требовательному рту и запускаю пальцы в копну густых волос. Иногда в руках Матвея я ощущаю себя нимфоманкой, ради порочного удовольствия готовой на любое безрассудство. — Матвей, — шепчу с придыханием, чувствуя между ног шероховатые пальцы.

Он ловко избавляет меня от кружевных трусиков, убирая их в карман шорт. Оторвавшись от моей груди, ощутимо проводит языком выше, вдоль шеи, и прикусывает угол острой скулы.

— Не обращай внимания на слова отца, — нежно скользит кончиком носа по краю уха, — это просто проверка.

Не буду ничего отвечать, чтобы не спугнуть нахлынувшее возбуждение. Тем временем ловкие пальцы жениха уже теребят тугую горошинку клитора, отчего внутри у меня все тает, словно топленое масло на солнце, а щедрый глоток воздуха бьет в голову не хуже затяжки горького дыма.

Матвей снимает с меня платье и укладывает на спину, нависая сверху.

— Ты хочешь, чтобы я в тебя вошел?

Киваю, закусывая губу, и развожу ноги как можно шире. Внизу все изнывает и пульсирует от желания ощутить его в себе. Демонстрирую жениху свои гладкие прелести, и он буквально поедает их сверкающим от страсти взглядом. Затем приспускает шорты и высвобождает налитый кровью член, удобно располагаясь между моих коленей, однако входить не спешит. Водит горячей головкой у самого лона, размазывая по складочкам мои соки. А меня от каждого прикосновения будто током прошибает, завязывая внутренности в тугой узел.

— Сожми сиськи, — хрипит Матвей, не отрывая от меня похотливых глаз.

Я обхватываю руками грудь и слегка зажимаю пирсинг между пальцев, пропуская очередную волну жара по телу. Под воздействием его страстного взора прикосновение превращается в острое покалывание, и терпеть я больше не в силах.

— Матвей, — хныкаю, подаваясь ему навстречу бедрами. И в этот же миг он вгоняет член до самого основания, вырывая у меня громкий стон.

— Тише, малышка, неужели ты своим сладким голоском хочешь привлечь зрителей?

Парень располагает руки по обе стороны от моей головы и, склонившись, обдает мое ухо жарким дыханием, а затем кусает мочку.

— Мат… вей… — томно выдыхаю я. Грубые толчки лишают меня возможности говорить четко, я способна лишь сладко стонать и время от времени всхлипывать.

Парень немного отстраняется и сжимает руками внутреннюю часть моих бедер, надавливая и тем самым раскрывая их еще шире, а потом слегка приподнимает, делая проникновения еще глубже.

От ярких ощущений, что дарит мне его твердый член, я буквально извиваюсь. Выгибаюсь и прикусываю руку, чтобы сдержать рвущиеся изо рта крики.

Матвей склоняет голову и грубо впивается в грудь, истязая зубами сосок с пирсингом, отчего меня охватывает сладкая дрожь, отправляя прямо в космос. Шероховатый язык успокаивает боль и в то же время сильнее разжигает желание. Чувствую на своей коже гортанный стон, и тут замечаю замерший вдали мужской силуэт с дымящейся сигарой в руке. Воздух мгновенно острой пикой застревает в горле.

— Мат… аах!

Моя попытка сообщить о том, что мы уже не одни, обрывается, когда жених быстро переворачивает меня на живот и, жестко схватив за бедра, насаживает на себя, разливая вокруг звуки влажных шлепков.

Я пытаюсь взять себя в руки и остановить его, только Мот не позволяет, прижав меня за шею к земле и неумолимо наполняя острым наслаждением.

Мое лицо повернуто в сторону непрошеного зрителя, и не остается ничего кроме как смотреть на него. Стыдно. Очень стыдно. Только вот я испытываю нездоровое возбуждение от того, что за нами наблюдают.

Мужчина медленно выпускает в воздух густые облачка дыма, и я ни капли не сомневаюсь, что это отец моего жениха.

Темные желания всегда имели надо мной власть, кажется, в ту ночь во мне что-то сломалось, и я больше не боялась им поддаваться…

На последнем мощном толчке силуэт Рафаэля рассыпается на мельчайшие искорки, и я закатываю глаза, погружаясь в невероятный оргазм, который выходит только ярче от осознания того, что будущий свекор смотрел на нас из темного укрытия и все это время нагло пожирал меня жадным взглядом.

Матвей резко выходит и кончает мне на спину, ладонью размазывая тягучее семя по моей коже.

— Рокси, ты такая пиздатая, — шепчет он, сминая мою попку руками.

Я неудержимо дрожу, дыхание сбилось, но когда возвращается ясность зрения, любопытного зрителя больше нет. Закрываю глаза, укоризненно качаю головой и утыкаюсь лбом в землю, мысленно отчитывая себя за то, что позволила Рафаэлю увидеть наш секс.

Матвей падает рядом и, переворачивая меня на спину, требовательно притягивает к себе.

— Искупаемся? — игриво шепчет мой неуемный самец.

Не дожидаясь ответа, он подхватывает меня на руки и с разбега прыгает в бассейн, разбивая мое томное состояние вспышкой адреналина. Я выныриваю и судорожно хватаю ртом воздух.

— Ты ненормальный?! — выкрикиваю в перерыве между рваными вздохами.

— Правда, мы с тобой стоим друг друга? — игриво подмигивает жених.

Потом он уходит под воду, стремительно приближаясь ко мне. Я не успеваю отплыть, когда он выныривает и резко притягивает меня к себе, грубо сжимая ягодицы. А я вновь замечаю в окне дома мрачный силуэт, и былая легкость вмиг улетучивается.

— Матвей, — начинаю мяться, не зная, как спросить, — ты уверен, что твой отец спит?