Оттепель - Энн Куин

Торин прилетел в Барселону только к вечеру. Подъехав к дому на такси, он вышел из машины, достал свой чемодан из багажника и направился в фойе. Когда он зашел, его сразу же поприветствовал консьерж.

– Добрый вечер, сеньор! Вы уже вернулись?

– Добрый вечер, Стивен, да, с погодой не очень повезло.

– Бывает.

Торин уже было направился к лифту, везя за собой чемодан, но неожиданно повернулся и спросил:

– Стивен, мисс Траст сейчас у себя?

– Мисс Траст еще не было. После того как вы позавчера вместе уехали, она не возвращалась. Хоть я могу посмотреть в журнале, вдруг она приехала в другую смену.

– Спасибо, Стивен, не надо. Сейчас же ее нет у себя в квартире?

– Нет, сеньор.

– Вот и хорошо, значит, сегодня мы не встретимся, – тихо успокоил он себя.

– Доброй ночи, сеньор!

– Спасибо, Стивен, тебе тоже, – ответил Торин и направился к лифту.

Лифт сразу после вызова открылся, Торин вошел в него, а пока дверь закрывалась, в его голове прозвучало лишь одно слово: «Трусиха». Двери открылись на десятом этаже, он вышел в темный коридор и, подойдя к своей двери, зашел в квартиру. Включил свет и последовал на кухню, открыл холодильник, достал бутылку минеральной воды, сделал глоток. Когда он вышел на террасу, его ноги сами повели его в сторону в надежде увидеть ее. Но увы, в соседней квартире было темно. Торин вернулся в квартиру, принял душ, заказал ужин в ресторане и, дождавшись его, накрыл стол в гостиной комнате. Начав ужинать, он открыл свой компьютер, чтобы просмотреть электронную почту. И только начал открывать письма, как зазвонил мобильный телефон. Торин встал из-за стола и, подойдя к кровати, взял лежащий на ней телефон.

– Да, – проговорил он раздраженно в трубку.

– Я тоже рад тебя слышать.

– Прости, привет, Дин.

– Торин, у меня целый день какое-то нехорошее предчувствие, скажи мне, что все хорошо. А то я уже два дня не звоню, чтобы ничего не испортить, а сам себе места не нахожу. Зачем ты вообще затеял эту поездку?

– Успокойся, все хорошо, – успокаивал Дина Торин.

– Ты меня просто успокаиваешь? Я же чувствую, что что-то не так.

– Я же говорю, все хорошо, когда ты прилетаешь?

– Я думал, завтра, но раз ты говоришь, все хорошо, тогда послезавтра.

– Вот и прекрасно, ты же сам доберешься, мне же не надо тебя встречать?

– Ты не хочешь меня встретить? – возмущенно спросил Дин. – Ты мне врешь, что-то пошло не так.

– Успокойся, я тебя встречу, – сказал Торин, хоть надеялся отложить предстоящий разговор. – А то ты начинаешь напоминать нервную бабу.

– Спасибо! Если ты забыл, то я тебе напомню: нам очень нужна эта победа. Если мы проиграем «LifedreamCorporation», ни один из нас себе этого не простит. А второго шанса посоперничать у нас просто не будет.

– Я тебе уже сказал: перестань паниковать, лучше отправь мне все материалы на мой адрес.

– Уже все отправлено, можешь спокойно готовиться к презентации, – ответил Дин.

– Раз так, давай прекратим этот бессмысленный разговор, я и так очень волнуюсь, а тут еще ты со своей вечной паникой.

– Ты волнуешься? Я не расслышал?

– Пришли мне сообщение с названием рейса и времени самолета, а я тебя встречу. Увидимся послезавтра. Пока, – ему очень хотелось прекратить этот разговор.

– Пок… – Дин не успел договорить, как Торин выключил телефон.

Спокойно вернувшись за стол с ужином, он начал пересматривать электронную почту. До двух часов ночи он не мог заснуть. Поворочавшись с боку на бок, он включил канал fashion с надеждой уснуть под успокаивающую музыку, но в любой девушке встречал что-то схожее с Оливией. Он вспоминал ее медные локоны, теплые восточные глаза и губы. Такие мягкие губы, которые после поцелуев становились насыщенно-бордовыми. Телевизор показывал фотомоделей, с которыми каждый мужчина хотел бы познакомиться, но ни одна не могла притянуть его внимание.

«Я просто схожу с ума! Что в ней особенного?» – говорил он сам с собой.

– В тебе нет ничего особенного! – неожиданно выкрикнул Торин.

Его не беспокоил шум. Его подсознание словно специально издевалось над ним. И вот он вспомнил, как в первый раз увидел ее в своем ресторане в Берлине.

«Она была так уверена в себе. И вот она целует меня в лифте – в ее глазах читается, как она хочет помочь. Затем она не идет, а парит по не очень хорошо освещенному коридору, подол ее легкого светлого платья слегка колышется, придавая каждому ее шагу дополнительной грации, и я не могу отвести от нее взгляд. Наш первый танец – она холодная как всегда, но меня словно тянет эта прохлада с ее стороны. Наш первый ужин, она лежит у меня на плече в лифте, и я слышу в тишине только ее слабое дыхание».

Кожа Торина покрылась мурашками, когда он представил на своей коже ее дыхание.

«И вот она открывает мне дверь с хорошим настроением от любимой песни, и ее лицо меняется, но я знаю, что она ужасно рада меня видеть, а ее блуждающий по мне взгляд и губа, которую она прикусила, показывают, что я желанен! Я несу ее на руках из самолета в здание аэропорта и молюсь, чтобы она очнулась, но не тревожу ее, так как она так прекрасна, когда спит. Она такая маленькая и хрупкая, но только когда спит. А потом она смеется надо мной, и я вскипаю, и изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не послать ее. Наша первая ночь в одной кровати – я же специально лег там! – на губах появилась довольная улыбка. – Ее горящие возмущением глаза и звонкий крик. И вот мы сидим друг напротив друга – наш первый совместный завтрак, она смеется над моей шуткой, и мне так хорошо от ее смеха».