Пленница - Мия Фальк

Мы с Галатеей знакомимся. Я глажу лошадь по бархатной шее, даю ей привыкнуть к себе. Всегда любила животных и общения с ними мне страшно не хватало.

Виктор с интересом наблюдает за мной. Я поглядываю на него украдкой.

— И как ты только справляешься? — говорит он.

Пожимаю плечами.

— А ты… — я ловлю себя на том, что даже не знаю, какая у него работа.

— Как-то привык, — он смотрит на свои ногти и вновь с интересом глядит на меня.

Я демонстрирую Виктору как правильно чистить лошадь.

— Не боишься? — следует новый вопрос. — Гнедой первым делом попробовал меня укусить… где-то в этот момент я заподозрил, что иппотерапия не мое.

Пожимаю плечами и уклоняюсь от хвоста, которым обмахивает себя Галатея.

— Надо просто делать это спокойно. С добром, — говорю я, глядя Виктору в глаза. — Они все чувствуют.

Как и люди.

— В принципе не мое все эти живые твари, — Виктор пожимает плечами и смотрит на меня. — Ну… я слышал, ты вроде брала какие-то призы. Продемонстрируешь?

Не слышал, а прочитал. Но я предпочитаю не заострять на этом внимание.

Седлаю лошадь. Я не делала этого целых полтора года, но старые навыки сами по себе всплывают в памяти.

Я одеваю уздечку, затягиваю подпруги у седла, дополнительно уперевшись ногой в живот лошади — мне всегда не хватало сил, чтобы сделать это одним усилием рук. Галатея правда очень спокойная. Она сносит все это смиренно.

Виктор смотрит на нас с интересом исследователя.

— Удивительно как она тебя слушается.

Пожимаю плечами, выводя лошадь из денника.

— Может, ты и семьей моей поладишь?

Мы с Виктором встречаемся взглядами.

— Неважно, — усмехается он. — Я хочу посмотреть на твое мастерство жокея. Это же так называется?

Мы оказываемся на плацу. Логинов и Виктор отходят к забору. Я вывожу лошадь на середину. Для конного спорта нужна физическая подготовка. Тот фитнес, которым я занималась в клубе, был призван сделать мою попу максимально накачанной и пресс упругим. Вот и все.

Однако старые навыки легко восстанавливаются.

Сделав два круга по плацу шагом, я пускаю Галатею в рысь, привставая на стременах.

В этот миг я совершенно, оглушающе счастлива. Как будто не было полутора лет полной безнадеги. Я снова прежняя!

На миг я ловлю взгляд Виктора, полный восхищения и вдруг понимаю: мы с ним полные противоположности. Он подобрал такую женщину, которая умеет то, чего не может он сам.

И тут я смотрю за забор. С лошади можно разглядеть то, что скрыто за высокими стенами: лес, озеро, река.

А где же жилье? Я смотрю на хозяина. Что это за место?

— Отлично справляешься! — кричит Виктор, видимо, заметив в моем лице перемену. — Оставляю на тебя гнедого! Не уверен, что кто-то вообще кормил эту тварь!

С этими словами хозяин удаляется, и я вскоре заканчиваю тренировку. Нам обоим с Галатеей еще предстоит привыкнуть друг к другу.

Логинов встречает меня у дверей конюшни и помогает с лошадью.

— Похоже, теперь я официально конюх, — закатывает глаза он.

Я смотрю на него. Главное, чтобы не отравитель и не мертвец. У меня так и не хватает духа спросить у психолога про побег.

— Ты ведь знаешь историю Виктора? — говорю я, когда Андрей помогает мне донести снаряжение до каптерки.

Логинов кивает.

— Кем он работает? — мне принципиально важно узнать хоть что-то про хозяина, прежде чем Андрей возможно исчезнет.

— Держатель отцовских капиталов.

Я вещаю уздечку на крючок, а Логинов оставляет седло на специальном креплении.

— Скорая помощь, я думала…

Логинов отрицательно качает головой.

— Он из богатой семьи. Его отец поднялся в девяностые. Виктор был ему вроде боксерской груши, повода сорвать злость. Я не знал про эпизод со скорой. Думал, он экономист, по крайней мере, так он представился. Когда Виктору было двадцать пять, его отец перенес инсульт и с тех пор его семья где-то далеко, а он… тут.

Логинов смотрит мне в глаза.

— Весь капитал он присвоил, — Андрей вздыхает. — Но, как я понял, это месть.

— Только не оставляй меня тут одну! — говорю я Логинову.

Он вздыхает.

— Лика, я…

— Давай вместе его изменим!

— Смеешься? — хмурится Андрей.

— Ты же психолог! — хватаю его за руку. — Сейчас ведь от этого зависит не твой заработок, а жизнь…

И душа — последнее я не озвучиваю.

— Ладно, — вздыхает Логинов, потом растирает лоб пальцами и кивает, видимо, своим мыслям. — . Только сначала…

Он смотрит в конюшню.

— Надо с обязанностями конюха справиться.

Мы проводим там до вечера. Гнедой в самом деле обладает крутым нравом. То ли Виктор не подумал перед покупкой, то ли нрав коня испортился — уже не понять.

Ближе к ночи мы расходимся усталые по кроватям. Хозяина нет на месте и меня это даже немного смущает. Засыпать одной в чужой пустой постели странно. Но я так вымоталась за день, что отключаюсь легко.

Утром в комнату тактично стучит Логинов.

— Есть одежда для фитнеса?

— Да, — открыв, пристально смотрю на психолога. — Решил остаться?

Логинов в спортивных штанах и футболке с хозяйского плеча. Он кивает.

— Решил, что ничего не теряю. Сделаю что-то хорошее впервые за шесть лет. Карма.

Я улыбаюсь. Тогда Логинов хмыкает.

— Слушай, я видел Будду в бреду и это мои самые яркие, пожалуй, на данный момент впечатления. Он сказал… — психолог машет рукой. — В общем, у меня плохая карма. Три дня я думал как это исправить. Готова?

Я улыбаюсь. Звучит странно, но это конечно лучше его побега.

Вскоре мы проходим в зал рядом с бассейном с огромными панорамными окнами, который видимо задумывался как оранжерея. Пальмы тут сейчас не в лучшем состоянии и невольно я вспоминаю про то, что Виктор выставил всю прислугу.

Логинов стелет на пол два коврика. Я задумчиво смотрю на него.

— А где Виктор?

— Выползет, — хитро щурится Андрей. — Всего-то семь утра, а он…

— А он что?

— Привык решать проблемы алкоголем. У него даже график по этой причине ненормированный. Но это же не касается нас.

Логинов оборачивается к окнам, и складывает руки перед собой лодочкой.

— Намасте.