Порочный ангел - Аля Кьют

Что же за сволочь, господи.

Потом была фотка в его кровати. Да, та самая вспышка, когда я почти уже уснула после оргазма. И еще одно фото, видимо, утреннее. Я спала абсолютно голая, едва прикрытая простыней.

Может быть, в другой ситуации я бы оценила игру теней и позу, краски туманно яркого утра, свое расслабленное лицо, но сейчас хотелось завыть.

Я схватилась за чашку кофе, как утопающий за соломинку. Есть расхотелось совершенно. И конечно, Глеб не мог оставить меня в покое, не удостоверившись, что продавил. В очередной раз.

Г. Так мы договорились?

Л. Нет, я не буду с тобой ни о чем договариваться.

Г. Но будешь спать в моей постели. Или…

Л. Черт с тобой. Да.

Г. И ты кончаешь только в моей постели и с моей помощью.

Л. Отвали.

Г. Неправильный ответ, малыш.

Л. Малыш у тебя в штанах.

Г. Разве? Ты вчера не рассмотрела. Наверно, надо повторить.

Л. Все, Глеб, хватит. Мне плевать.

Г. Конечно. Именно поэтому ты сейчас красная как рак и ерзаешь.

Я вскинула голову и тут же встретила его насмешливый демонский взгляд. Он почти сразу опустил глаза и написал мне очередное сообщение.

Г. Если хочешь кончить, просто поднимись в спальню сейчас и ляг на кровать.

Л. Это приказ?

Г. Нет. Предложение.

Л. Тогда я лучше сдохну.

Последнее сообщение рассмешило его. Вашу мать, он усмехался, пока я пыталась выжить. Если моя голова не взорвется, это уже будет победа.

Глеб что-то писал, а я зачем-то снова пролистала фото.

Удалить их? Нет смысла, наверно. Все равно они остались в его телефоне.

— Такое ощущение, Глеб, что ты с Лесей переписываешься, — неожиданно проговорил Ник каким-то обиженным тоном. — Что, вы оба в телефонах, даже не поговорите с нами? М?

Я тут же закрыла мессенджер и отодвинула мобильный, взглянула на Ника и уже собиралась извиниться, оправдаться. Неужели это так очевидно? Или он случайно угадал? Скорее всего, что случайно.

Боже, да все сидели в мобильниках и, так же, как и я, отложили их после замечания Ника. С тем же успехом я могла переписываться с Артуром или с Андреем.

Сказать что-то в свое оправдание мне не дал Москвин. Пока я пыталась подобрать слова, он спокойно проговорил:

— К сожалению, юные красивые девочки редко отвечают мне на сообщения, Ник. Я с Романом Исаевым общался. Он просил ни за что и никогда не давать тебе ключи от машины. Даже трезвому. На всякий случай. К чему бы мне эта информация, м?

Ник тут же опустил голову, словно одно упоминание б Исаеве и машине било ему в самое больное место. Я догадывалась, что это связано с той аварией, когда Рид сбил девушку. Об Исаеве я ничего не знала, а Ник еще и забормотал что-то про какую-то Настю. Среди его невнятных оправданий я разобрала только:

— Ну какая машина, у меня и прав нет.

Глеб с Артуром переглянулись, обмениваясь многозначительными улыбками, и Москвин как ни в чем ни бывало вернулся в телефон. Мне больше не приходило сообщений. Возможно, он писал не только мне. Все успевает, гад.

Наверно, чтобы перевести тему, Ник начал у всех интересоваться планами.

— Советую сегодня развлечься на свежем воздухе, — тут же откликнулся Глеб. — Повар приедет через час. Тереза вам тоже поможет. Завтра можно взять катер. Я договорюсь в городе.

— А ты разве не с нами сегодня? — не упустила момент поинтересоваться Лика.

— Нет, мне нужно уехать. Дела в городе.

Сестрица надула губки.

— Плохо.

А я выдохнула с облегчением. Правда, мое тело не оценило отъезд Москвина. Я вся была как струна и отчаянно нуждалась в разрядке после нашей переписки. Как оказалось. Можно было бы пойти в душ и…

«И ты кончаешь только в моей постели и с моей помощью», — вспомнила я приказ Глеба.

Как он, черт подери, собирается это проверить? Абсурд. Но при всей нелепости его требований я не осмелилась ослушаться.

После завтрака Москвин уехал. Ник, Слава и Андрей не дали мне подняться к себе, сразу утащили к бассейну. Повар сегодня колдовал у гриля на заднем дворе, а гости накачивались коктейлями с самого утра. Я отказалась от алкоголя, просто валялась в шезлонге, не участвуя в общем веселье.

— Не помешаю? — услышала я голос Айзы.

— Нет, конечно, — отозвалась я.

Она опустилась в соседний шезлонг и вытянула длинные красивые ноги.

— Потрясающая погода. Не жарко и не холодно, — заговорила она. — А я не хотела ехать. Думала, в ЭлЭй лучше.

- Лос-Анджелес?

— Да, у нас там друзья.

— Здорово.

— На Новый год точно полетим. И детей возьмем. Давай с нами, — тут же предложила она. — Глеб тоже должен соблазниться.

Я вскинула брови, собираясь спросить, в качестве кого я должна туда отправиться, и при чем тут Глеб, но Айза тут же сама поправилась.

— Ай, да куда я вас зову? В психушку, где все мелкие орут и носятся. Даже мягкая зима Калифорнии это не искупит.

— Вообще, я не против детей. Они прикольные.

— Поверь — нет. Один или два — это еще ничего, а там их будет пяток. И трое из них мальчики.

Она приставила палец к виску и спустила воображаемый курок.

Я рассмеялась и спросила:

— А в Лос-Анджелесе правда тепло на Новый год?

— Да, там очень классно. Я люблю снег, но не полгода кряду, как в России.

Едва я обрадовалась, что мы разговорились о погоде и дальних странах, как Айза резко сменила тему.

— Артур сказал, что ты видела нас в самолете.

Вот так вот. Видимо нейтральные реплики были исключительно для завязки беседы. Я постаралась сохранять спокойствие, но голос, конечно, немного дребезжал.

— Да. Это случайно вышло. Простите.

— Не случайно, Лесь, — проговорила Айза, шокируя меня снова. — Я должна была позаботиться о закрытой двери, но…

— Забыла? — подсказала я, пользуясь ее заминкой.

Айза отрицательно покачала головой, запутывая меня окончательно.

— Нет, я оставила ее открытой нарочно. За что и была наказана.

Наверно, мои глаза вылезли из орбит на лоб. Челюсть я точно уронила.

— Мне так жаль, — прошептала я, совсем не зная, что говорить в таком случае.

- А мне нет. Я хотела этого и, наверно, зря увлеклась. Это ты меня извини, Лесь. Приятели Глеба все порочные до мозга костей. Их вряд ли бы так потрясло увиденное, но тебя я совсем не хотела напугать или смутить. Правда.