Пленница - Мия Фальк

К счастью, Виктор действительно соблюдает нашу договоренность и не лезет ко мне, позволяя ждать вечера в обществе психолога.

Когда Андрей рядом, мне спокойнее. Особенно, пока он в штанах.

Не думала, что еще когда-нибудь смогу воспринимать мужчину не как угрозу.

Мы почти не разговариваем. Я сама не хочу, но мне кажется Логинов понимает это как психотерапевт — мне нужно привыкнуть к его присутствию.

Он делает мне чай, заботится об ужине, словом, действительно ведет себя как прислужник.

Вечером доставляют одежду и тогда к нам наконец спускается Виктор.

Я боюсь смотреть на него и силой подавляю желание спрятаться за спину Андрею.

— Ну что? — говорит хозяин. — Пора в кровать, Лика?

Я подхватываю вещи и прячу глаза. Я дико устала от рабства, но сейчас я должна быть сильной. Должна вытерпеть, должна ему понравиться, потому что на воле ждет маленькая сестра.

Логинов придерживает Виктора за плечо, когда тот пытается пойти за мной в спальню.

— Не трогай ее, — слышу я, потом следуют звуки борьбы.

Оглядываюсь.

Виктор прижал психолога к стенке и передавил ему шею предплечьем.

У меня сердце обливается кровью. Иногда лучше пострадать самому, чем смотреть на то как обижают других.

— Виктор, — зову я и тот выпускает психолога.

Мы поднимаемся в спальню.

Он зажигает ночник, я останавливаюсь посреди комнаты, ожидая приказа.

Виктор какое-то время рассматривает меня молча.

— Ты не раба тут, Лик.

Хорошо, тогда зачем это все?

— Просто скажи, чего ты хочешь, — бормочу я.

Он указывает на покрывало, а сам раздевается.

В конце концов, Виктор остается в одном белье, и я невольно обращаю внимание на его рельефную спину. Раньше меня не волновало то, как выглядит мой насильник. Но сейчас я отмечаю, что этот хотя бы приятен взгляду.

— Может, переоденешься? — говорит он. — Ты вроде заказывала ночную рубашку.

Я уже выучила, что у Виктора рядом со спальней туалет. Смотрю в сторону этой комнаты. Он делает жест, позволяя мне удалиться.

Сердце заходится от радости, и я запираюсь в санузле.

Ночнушка у меня шелковая — легкая маечка и шорты, больше напоминающие трусики. Виктор сам мне на нее указал.

В комнате темно, когда я появляюсь в дверях, но даже несмотря на это я замечаю как Виктор пожирает меня взглядом.

Так мы будем делать это или нет?

— Подойди, — звучит как приказ.

Я не готова отдаться, но я ничего не могу поменять.

Приближаюсь.

Он указывает на свое бедро, и я сажусь. Виктор сжимает мои ягодицы, впрочем, не снимая с меня ночнушку.

Я замираю. Если у него куча денег, то почему тогда он не найдет женщину, которая согласится все это терпеть? Почему надо вот так?

Я чувствую как его член твердеет.

— Лик, ложись на кровать.

Я следую приказу.

Когда я уже готова раздвинуть ноги, он нависает надо мной, задирает мою шелковую майку, обнажая грудь и жадно меня рассматривает.

Я слышу его тяжелое дыхание. Сама я почти не дышу.

Шортики все еще на мне и это радует.

Тогда он освобождает из трусов свой член. Я откидываю голову и готовлюсь к тому, чтобы принять его в себя, но ничего не происходит. Я слышу, как он дышит все чаще, а так же звуки трения.

Чуть приподнимаю голову. Он дрочит на меня?

Со мной еще никогда такого не было.

Виктор кончает себе в кулак и откатывается в сторону. Потом идет в ванну.

Там загорается свет, а я приподнимаюсь и смотрю ему в спину. Прислушиваюсь к звуку льющейся воды.

Что это только что было?

Я спешно одергиваю маечку, когда Виктор возвращается. Падаю в кровать и натягиваю на себя одеяло.

— Не хочешь? — хрипло спрашивает он у меня.

Отрицательно качаю головой.

Он выдыхает и ложится рядом.

Сквозь одеяло я чувствую его тепло и чуть-чуть подвигаюсь в его сторону. Он поступил со мной как в девственницей. Это вызывает уважение.