Пленница - Мия Фальк

Виктор смотрит на пол, и я прослеживаю его взгляд. Там комбинезон, в котором я приехала. Он весь в саже.

— Можно… одежду?

Виктор встает.

Какое-то время хлопает дверцами шкафов, а я опускаюсь на подушку. Сил сидеть прямо не хватает.

Лежу, уставившись в потолок.

Надо передохнуть. Отойти.

— Лик, твой визит незапланированный! — доносится до меня. — У меня женских трусов нету. Вообще нет ничего женского.

Он назвал мой приезд визитом? Разве это было не похищение?

— Могу дать свои, если не брезгуешь.

Я очень хочу надеть белье.

Киваю.

Виктор помогает мне натянуть его черные боксеры и белую футболку.

Потом он раздевается и тоже остается в белье, ложится рядом.

Вздрагиваю. Я еще никогда не спала с мужчиной в одной кровати, только занималась сексом.

Он накрывает меня рукой, и я задерживаю дыхание.

Притягиваю колени к подбородку. Так спокойнее.

Слышу, как Виктор мерно дышит.

— Я тебя никому не отдам.

Не знаю, что это может значить для меня. Но я так устала, что мне трудно думать. Закрываю глаза.

Меня будит возня.

Я открываю глаза. За окнами серый день. Сыплет снег. Непогода.

Разворачиваюсь и что-то в районе локтя слегка простреливает болью. Приглядываюсь: в вене у меня игла, от нее тянется прозрачная трубочка с жидкостью. Над моей головой укреплен мешок с раствором.

Капельница.

— Ночью заходил доктор! — это голос Виктора.

Я с трудом перебарываю желание завернуться с головой в одеяло.

Виктор в костюме и это вызывает облегчение.

Он поправляет одежду у зеркала, потом подходит ко мне и вновь садится на край кровати. Я думаю о том, чтобы отодвинуться, но не решаюсь. Моего прошлого мужчину бесила такая самостоятельность.

— Прошу тебя больше не сбегать, — говорит Виктор.

Киваю.

Я привыкла выражать согласие с мужчиной.

Он хмурится. Не поверил.

— Сейчас я еду по делам.

Снова киваю.

Тогда Виктор хватает меня за подбородок. Я задерживаю дыхание.

— Пойми, — а ведь он не глуп, словно по моим глазам читает, о чем я думаю. — Ты девушка без паспорта. Как только ты попала в клуб, официально перестала существовать. Тебя купили со всеми потрохами.

— Да… — мне кажется, он именно это хотел услышать.

— Лик, я сделаю тебе документы. Можешь поверить в то, что я не хочу тебе зла?

Судорожно выдыхаю.

Тогда зачем он схватил меня сейчас, а вчера утверждал, что я принадлежу ему?

Виктор как будто понимает это и отстраняется.

— Поэтому дождись, — он отсоединяет капельницу. — Едой заведует доктор, а дом целиком в твоем распоряжении. Прислуги больше нет.

Он отводит взгляд.

— Я усилил охрану, но она по периметру.

Где же мы? В бункере?

— Дома только доктор, — Виктор закатывает глаза. — Он теперь, блях, тоже моя собственность и будет очень осторожен. Если тебе хоть что-то в нем не понравится, я разрешаю навалять.

Виктор хмыкает, наклоняется и шарит рукой под кроватью.

На покрывало передо мной приземляется бита. Настоящая бейсбольная. Я несколько мгновений молча смотрю на это киношное орудие хулиганов. Потом касаюсь пальцами полированного дерева.

Макс бы никогда мне такой свободы не дал.

— Я давно хотел тебя перевезти сюда, Лик, с тех пор как увидел, что они делают с девушками.

Виктор неожиданно чмокает меня в губы. Замираю.

Я не успеваю даже почувствовать омерзения от поцелуя.

Виктор единым движением встает на ноги.

— Ты хозяйка моего маленького поместья. Увидишь доктора и решишь, казнить его или миловать.

С этим Виктор уходит.

А я рассматриваю биту, которую он мне оставил. Все это очень интригующе и странно. Особенно доктор и то, что я стала хозяйкой поместья.

Невиданное повышение по сравнению с безотказной шлюхой!

Какое-то время я сижу в кровати, переваривая все то, что услышала. Наверное, Виктор хочет посмеяться над наивной девчонкой. Вытереть ноги, доломать.

Довольно долго я жду того, что он вернется и начнет командовать.

Но Виктора по-прежнему нет. Внутри рождается обжигающее чувство. Он был серьезен! Однако Виктор далеко не безобидный: забрал меня у Феликса и хочет дальше содержать по своим правилам.

Перевожу дыхание. Если подумать, еще вчера я рассчитывала умереть. А теперь у меня есть призрачный шанс вернуться к сестре.

Плотно ем — я должна поправиться.

Потом еще какое-то время сижу в кровати, пока не затекает тело.

В конце концов, я ведь маленькая хозяйка. Сбрасываю ноги на пол, подхватываю биту и решаюсь выйти из спальни. Мое оружие кажется слишком тяжелым, поэтому приходится волочить его по полу.