Пленница - Мия Фальк

— Ты не имел права это читать! — меня душит злость.

Это моя правда, искренние чувства. То, что я так долго хранила вдалеке от всех этих мучителей. Последнее из того, что оставалось неприкосновенным и вот он туда без спроса влез.

— Ты урод!

Но мне так дурно от того, что он практически тронул мою душу, что я готова на все. Пусть лучше изобьет.

Виктор оказывается рядом. Хватает меня за руки, прижимает их к телу, не давая мне на него наброситься с кулаками.

— Как ты мог?! Монстр! Чудовище! Как все они!

У меня истерика. Виктор только крепче держит. Он не отвечает. Я слышу его частое дыхание над своим ухом.

Еще какое-то время я пытаюсь вырваться, рычу, но потом останавливаюсь. Все это бесполезно. Как и много раз до того. Он просто отнял у меня то, что посчитал нужным.

Я всхлипываю и судорожно дышу. Мы с Виктором садимся на пол, потому что ноги у меня подкашиваются.

— Это правда? У тебя был парень?

Я перебесилась. Теперь мне уже не больно.

— И отец сдал тебя сюда, потому что ты пыталась заложить его ментам?

— Отчим, — мой голос звучит безжизненно. — А еще у меня есть маленькая сестра. Я хочу ее спасти.

Виктор выпускает мои руки.

— Твою мать, — слышу я. — Феликс говорит вы все из семей бомжей и алкоголиков. Опустившиеся люди. Я конечно знал, что все не так просто.

Мне снова становится больно. Я вырываюсь.

— Не трогай меня!

Из глаз катятся слезы, когда я вспоминаю о прошлом, о том какой я была. Он выпускает. Макс говорил, что нельзя позволять женщине своеволия. В каком-то смысле он был прав. Потому что я завожусь еще сильней.

— Ты меня уже трахнул! Получил свое! Все! Отстань! Не лезь мне в душу! Тело твое, душа моя! Ясно?!

Виктор поднимается. Мне кажется, он выглядит взбешенным. Я жду удара, но он просто выходит.

Это так удивительно.

Оставшись одна, я какое-то время отчаянно реву. Мне страшно, мерзко и почему-то одиноко.

Виктор не возвращается больше недели. В случае с Максом у меня был бы праздник. Но не с Виктором. Мне одиноко и грустно без него. Это единственный человек, который был ко мне добр, и мне кажется, он сейчас меня так наказывает за то, что я не ценила этого.

Я уже почти готова простить ему нелепое вторжение.

Наконец я так устаю сидеть в четырех стенах, что принимаю решение выбраться в зал.

И поздно понимаю, что напрасно забыла про Феликса.

В коридоре меня ловит охранник, прижимает к стене, задирает кофту.

— Что вы… — вырывается у меня.

— Сбежать хотела, детка?

Феликсу не нужны реальные поступки. Ему достаточно мыслепреступления. Он точно видел нашу ссору с Виктором на камерах.

В коридоре появляется еще двое охранников. То что нужно для Виктора камеры записали. То, что я якобы обнималась с мужчиной из обслуживающего персонала. Девушкам то строго запрещено. Феликс имеет право наказать меня.

Когда меня подхватывают под руки, я даже не сомневаюсь в том куда меня тащат.

Другой вопрос, что меня ждет — смерть или новый аукцион?

Лишь бы первое!

Я оказываюсь в гостиной у главы клуба. Я знаю, что Феликс чертов маньяк. Однако с жертвами он предпочитает поначалу разговаривать так, что это трудно заподозрить.

— Садись, — Феликс указывает мне на кресло для посетителей.

И я слушаюсь. Этого мужчину не слушать нельзя.

— Когда ты поступала сюда, Анжелика, — это первый раз когда кто-то в клубе назвал меня по имени с момента нашего контракта я была «лот номер пять». — Мы договорились, что ты будешь соблюдать правила. Иначе тебя ждет расплата.

Киваю.

Быстрей бы! Только бы он не тянул!

— Ты хочешь сбежать, а это неприемлемо.

Я холодею. Неужели он слышал? Нет, такое же просто невозможно!

Впрочем, вскоре я понимаю, что Феликс вполне мог прочитать эти мысли по моему лицу.

И тут я расслабляюсь. А чего скрывать, раз это правда? Мне все равно после клуба не жить. Только бы он сейчас меня убил и больше не мучал.

Я гордо вскидываю голову и расправляю плечи. По крайней мере, я приму это как человек, а не как растоптанная и униженная шлюха.

Слава богу, в последние дни я обрела кое-что напоминающее человеческое достоинство. Если бы мне не встретился Виктор, я превратилась в вещь.

Все ни делается, как бы странно это ни звучало — к лучшему.

— Неблагодарная сука, — скалится Феликс.

Он явно прочитал вызов в моих глазах.

И тут за нами открывается дверь.

— Что это значит? — я вздрагиваю когда слышу голос Виктора. — То есть все мои деньги…

Феликс встает.

— Контракт разорван.

— Какого черта?!

— Клуб имеет право сделать это по своему усмотрению, — голос организатора звенит железом. — Ты не можешь справиться со своей женщиной. Тебе не стоит ей владеть. Так она других только развращает.

Я роняю голову на грудь. Ну вот и все.

— Ты не посмеешь, Феликс, — по голосу Виктора я слышу, что он взбешен.

— Нет, это ты не посмеешь, — в словах хозяина клуба сталь. — Ты знаешь, что означает исключение. Если хочешь остаться, то придется поучаствовать в наказании.

Наказании. Все холодеет внутри. Значит, он меня не собирается меня убивать. По крайней мере, не сразу.