Невольница князя - Эми Мун

На голову опустилась теплая ладонь, мягко огладила.

— Утри слезы, Забава. Никого они здесь не разжалобят. Но каждой из нас есть ради чего жить. И ты найти, постарайся. Может, дома кто ждёт.

— С-се-е-естры, — провыла в ответ.

А Ирья снова погладила.

— Вот и ладненько. Пошли им весточку, а?

И сей же миг на душе сделалось легче. Забава даже плакать перестала.

— Весточку? А можно?!

— Ну конечно, глупенькая. Не думаю, что князь в такой безделице откажет. Просто не забудь попросить…

Боги светлые! Глаза вновь защипало, но на этот раз от радости.

— …А пока давай, пей отвар, — велела Ирья. — Тело нужно хорошенько очистить, и от лишней крови тоже, — добавила, слегка выгибая темную бровь.

Забава схватилась за кружку.

Ну конечно!

Женские дни!

Хоть маленькая, а все же передышка. Князю точно не будет интересна «грязная» наложница.

Проглотив все, что было в кубке, она скорее отдала его Ирье.

Но больше поговорить они не успели. Без стука в покои зашёл волхв. Забава сразу его признала по темным одеждам и тяжёлому посоху.

— А-а-а, стало быть, очнулась, — прищурился, окидывая цепким взглядом. — Оставь нас, — неприязненно велел Ирье, — займись бабьими делами.

Каков грубиян!

Забава не любила служителей Сварога. Женщин они держали за скотину, а то и хуже. Считали даже маленьких девочек недостойными покровительства Богов.

И громче всех кричали, что все беды из-за женщин. Стало быть, богам нужны особые жертвы… Слухи шли, что в некоторых поселениях действительно пропадают светлокосые.

Но Ирью оказалось не так-то просто испугать.

— Приказывать мне может лишь князь милостивый и великий! — вздернула подбородок. — Его волей я присматривать назначена, по его слову и уйду!

Волхва аж перекосило.

Обвисшие щеки затряслись, рот скривился.

— Не смей перечить! — взвизгнул так, что уши заложило. — Вон пошла! — стукнул посохом.

Но храбрая женщина только подбоченилась:

— Попробуй выгони!

Неизвестно, чем бы закончилась перепалка, если бы в горнице не объявился третий гость.

Забава не могла сдержать радостного:

— Господин Ждан!

Мужчина довольно подкрутил усы. В темных глазах блеснула радость.

— Очнулась-таки. Ох, бедовая… Ирья, ступай. А я тут останусь.

И перевел взгляд на волхва.

Тот скис, будто старые щи. А как же! Этого воина так просто за порог не выставить. Ждан ходил сотником при князе. Тоже власть имел.

— Обряд требует таинства, — попытался возражать, но Ждан прошел к окну и грузно опустился на одну из лавок.

— Или ты делаешь, или убираешься отсюда. Девке отдохнуть надобно. Обряды подождут.

Волхв прошипел ругательства.

Однако выхватил из-за пояса флягу и сунул ей.

— Выпей!

Пахло просто ужасно! Но Забава без промедления приникла к горлышку. Фу-у-у! И на вкус гадость едкая! Но, опасаясь разозлить мужчин, она даже не поморщилась.

Однако волхв все равно остался недоволен.

— Сварог, отец наш! — взвыл, потрясывая посохом. — Дай мне сил и взгляд прозорливый! Явись!

И по темечку стукнул тяжёлый набалдашник.

— Ай! — вскрикнула, хватаясь руками за голову. — Больно!

Еще проломит голову! С этого татя черношарого станется!

А жрец все выл дикие песнопения.

Призывал на нее кары божьи, просил небо разверзнуться и покарать прислужницу мертвой богини.

Забава смиренно молчала. Ждан морщился и разглядывал то потолок, то окно. Боги тоже не спешили являться на призыв волхва. То ли заняты были, то ли не хотели — уж больно паскудно выл прислужник. Такому и собаки подгавкивать побрезгуют.

Наконец, волхв устал голосить. Ещё раз ударил ее по голове посохом и скривился пуще прежнего.

— Блудница меченная, — зашипел змеёй. — Настигнет тебя кара Сварога! Запомни!

И все ж таки покинул горницу.

— Тьфу, падаль писклявая, — сплюнул Ждан, когда за прислужником хлопнула дверь.

— Он зол, кажется…

— Всегда такой. От одного вида девки аж трясется. А тебя наверняка думал под нож жертвенный уволочь, только руки коротковаты. Зелье чистоты ты выпила, от молитв не рассыпалась…

— И тебя он испугался, — с улыбкой добавила Забава.

В темных глазах воина промелькнула хитринка.

— Да уж, при свидетелях трудно будет клевету возвести. Однако держи ухо востро. Мстив недаром свое имя заполучил. Ещё как только ты в княжьем тереме объявилась, он уже слюной брызгал, народу вещал о проклятье, что пришло к Сварг-граду.

— Я ж ему ничего не сделала!

— Ты родилась — и этого достаточно. Мстив истинный последователь Сварога. А тот женщин не жалует. К тому же волхв обладает какой-никакой, а поддержкой. Город уже полон слухами, а уж после твоей выходки с лютоволком…

— Он живой? Ушел?

Ждан закатил глаза.

— Я вот все думаю, с какого неба ты рухнула, девка? Ей про опасность, а она о злобной твари печется, — и, заметив ее умоляющий взгляд, Ждан тяжко вздохнул. — Убежал он. Такого попробуй останови… Огонь, а не лютоволк!

Забава улыбнулась. Даже сил прибавилось на постели сесть.

— Спасибо, господин Ждан!

Но воин махнул рукой.

— Лучше бы Мситв в лес убежал! Сегодня я его планы спутал, а завтра отправят меня на какую заставу, что делать будешь? Почему свободы не просила?

Забава понурила голову.

— Не могла…

— Эх, девка! Не могла она… А была б уже под мужской защитой!

И посмотрел внимательно.

Ее в жар так и кинуло. Это что же… Ждан намекает на свое покровительство? Ох… Мужчина он, конечно, видный, да только в отцы ей годится! Хотя теперь для неё, порченной, и это большая удача.

Вцепившись в покрывало, Забава покосилась на сидевшего невдалеке мужчину.

— Т-теперь уж ничего не сделаешь, — шепнула, запинаясь на каждом слове. — Князь не отпустит.

Ждан помрачнел.

— Когда-нибудь отпустит, — сказал не то ей, не то себе.

И, поднявшись с лавки, поправил кожаный доспех и вышел.

А в приоткрытую дверь скользнула Ирья.

— Ох, девонька, — шепнула, оглядываясь назад. — Пей-ка ты зелье быстрее. Следующей ночью князь тебя в покои требует…

* * *

Властимир

В иное время Властимир решил бы, что девка хитрит. Нарочно его дразнит, чтобы на крючок подцепить, но… Уж слишком много страха плескалось в лазурно-зеленых омутах.

Да и женские дни — это неудивительно для молодой девушки, особливо после лихорадки.

— Иди сюда, — махнул рукой, подзывая светлокосую ближе.

Сжав остренькие кулачки и закусив губу, наложница сделала пару шагов.

Боязливая! Но все равно храбрая. Будто лозинка, гнётся, но не ломается. Значит, и то, что сейчас случится, примет…

Обычно, Властимир не трогал женщин, если у тех случались грязные дни. Но сейчас голод плоти терзал так, что ни одной наложнице не утолить. Все дни, пока светлокосая валялась без памяти, Властимир забирал в свои покои по две, а то и три девицы. Но желание только крепло. Новая