Пуанты и шипы - Diana Luras

— Бороться с грязью в лоб — только самому испачкаться, — философски заметила София, скомкала салфетку и четко попала ей в мусорное ведро. — Нужна тактика. Но не сейчас. Сейчас тебе нужно одно — выдохнуть и отключиться от мыслей.

Она повернулась ко мне, взяла за плечи, и на ее лице появилась хитрая, ободряющая улыбка.

— Слушай, а поехали сегодня со мной? К одной моей подруге. Частная вечеринка, все дела, чисто свои. Тусовка, хорошая музыка, болтовня ни о чем. Никаких Лексов, Витей и прочей ереси из университета. Обещаю.

Я попыталась отказаться. Мысль о том, что нужно быть среди людей, даже незнакомых, казалась сейчас невыносимой. Мне хотелось быть дома, свернуться клубком в кровати, в тишине, и не вылезать оттуда до тех пор, пока все не закончится.

— Я не в настроении, Соф. И нога…

— Нога отдохнет от этих дурацких коридоров, — настаивала она, — а насчет настроения, так его и не будет, если ты все время будешь окружена этой чернухой. Лиза, ты же боец! Ты считай заново научилась ходить! Неужели та дашь какому-то дибилу отнять у тебя не только покой, но и простые человеческие радости?

Она смотрела на меня с таким вызовом и верой, что мое сопротивление начало таять. Возможно, она была права. Запереться в себе — значит дать Лексу то, что он хочет — мою сломленность, мое поражение ему.

— Ты уверенна, что там никого, ну, не будет? — нерешительно переспросила я.

— Зуб даю! — София сделала жест большим пальцем, как будто поддевает зуб. — Чисто мои старые друзья. Художники, музыканты, бездумные тусовщики. Для них ты будешь просто Лизой — моей подругой.

Просто Лизой, слова звучали нереально. Без балета, без травмы, без унизительных сплетен. Звучало просто замечательно.

Я глубоко вздохнула, выпрямила спину.

— Хорошо, — сказала я, и в голосе прозвучала не усталость, а решимость. — Поехали, только ненадолго.

— Ура! — София просияла. — Вот это я понимаю. Тебе понравится, обещаю. Заеду за тобой в семь. Дресс-код — полное его отсутствие. Главное, чтобы тебе было удобно.

Оставшуюся часть дня я провела в каком-то отрешенном состоянии. Лекс на парах так и не появился, в последнее время, казалось, что он приезжает в университет чисто для того, чтобы сказать мне какую-то гадость. Слухи витали в воздухе, я ловила на себе взгляды, но после разговора с Софией, они как будто потеряли свою силу. София в принципе стала моим спасительным якорем в этом бушующем море. Сегодня вечером благодаря ей, я буду не «хромой балериной», а просто гостьей на вечеринке.

Вернувшись домой, я не стала рассказывать родителям о полных своих планах, сказала просто, что иду с подругой в кино. Мама лишь обрадовалась, что я, конец-то, пойду развеяться, и пожелала хорошо провести время.

К семи я была готова. Надела мягкие, широкие брюки, просторный свитер, нанесла минимум макияжа и собрала волосы в высокий хвост. В зеркале на меня смотрела уставшая, но не сломленная девушка. В моих глазах, глубоко внутри, теплилась искорка чего-то похожего на надежду.

Ровно в назначенное время раздался звонок в домофон. Я вышла на улицу, где меня уже ждала София.

— Ну что, готова? — улыбнулась она, заводя машину.

— Больше, чем готова, — ответила я, пристегивая ремень, и глядя в окно, за которым меня ждал другой, незнакомый, и я надеялась, гораздо более светлый мир.

Глава 16. Лекс

Вечер навалился на город свинцовой мутью, идеально отражая мое настроение. Тренировка в бассейне не принесла привычного удовольствия; вода, обычно дающая чувство контроля, сегодня казалась вязкой и липкой. Витя трещал о чем-то своем, но его слова пролетали мимо ушей. Во мне все еще кипела та ярость, что вспыхнула после разговора с Лизой и вмешавшейся ее рыжей подругой. Холодная, невысказанная злость пылала во мне. Она не ломалась, не плакала, не убегала. В ее глаза была лишь усталость, но не поражение, и это раздражало больше всего.

Мы сидели в той же кофейне напротив университета, я бездумно листал сторис в инстаграмм: однообразные фото девушек, машины и дурацкие вечеринки. И вдруг, мой палец замер. Одна из очередных подписчиц, с которой я когда-то пересекался на тусовке, выложила сторис: «Наконец-то собрались все вместе!»

И там, в углу следующего кадра, мелькнуло знакомое лицо — София. Та самая рыжая стерва, что увязалась за моей мишенью. Она обнималась с какими-то девчонками, и с ней — Лизой. Я сделал скрин, и приблизил, сперва, не поверив, что это она.

Мозг, настроенный на поиск уязвимостей, сработал моментально. Я представил, как эта рыжая уговаривает ее пойти, обещая, что не будет никого из универа, в особенности меня — Лекса. Это было именно то место, куда бы София повела свою подружку, чтобы развеяться.

Уголок моих губ дрогнул в подобии улыбки. Идеально стечение обстоятельств.

— Витя, — бросил я, поднимаясь, — поехали. Надо сменить обстановку.

— Куда завалимся? В клуб? — оживился он.

— О нет. Это будет гораздо интереснее. На частную вечеринку. Кажется, нас там не ждут.

Он не сразу понял, но переспрашивать не стал. Адреналин, тот самый, сладкий и жгучий снова начал разливаться по крови.

К дому мы приехали минут через сорок. Дом был довольно неплохим, двухэтажный, в спальном районе. Музыка доносилась приглушенно. Я вышел из машины, поправляя рукава куртки. Витя шел следом.

— Слушай, Лекс, нас не вышвырнут?

— С чего бы? — я усмехнулся, подходя к двери. — Мы же гости. Друзья, — нажал я на дверной звонок.

Мне открыла уже пьяная девушка с бокалом в руке. Она уставилась на меня пустым взглядом.

— Мы к Вике, — пояснил я, одарив ее той самой улыбкой, которая работала безотказно.

— О, круто, проходите, все в гостиной! — она отошла в сторону, пропуская нас, и уже кокетливо мне подмигивая.

Так все просто. Никакой безопасности.

В доме было дымно, шумно, и душно. Сняв куртку, я замер на пороге гостиной, сканируя помещение, и почти сразу заметил тех, кого искал, а точнее ту. Девушки сидели на диване что-то оживленно обсуждая. София сидела со стаканом, и жестикулировала руками, пытаясь не разлить жидкость. А Лиза, Лиза сидела, поджав под себя здоровую ногу. Она выглядела расслабленной и довольной. Я ухмыльнулся, скоро ее веселье закончится.

Я поймал взгляд Вити, и кивком указал в их сторону.

София заметила меня первая. Ее улыбка исчезла с лица, сменяясь непониманием, а затем, чистой,