Через границу - Майя Лунде

Мы с Даниэлем подбежали к окошку и выглянули на улицу. Так и есть – полицейские и несколько человек из «Национального единения». Спереди мы увидели Дюпвика в отвратительной темно-синей униформе. Он шагал прямо к двери. Мы отошли подальше, чтобы он нас не заметил.

Дюпвик приблизился. Судя по лицу, настроен он был решительно – от его взгляда у меня похолодели ноги.

Теперь через главный вход нам не выйти. А дверь на кухню хорошо видно со двора, она тоже не годится. Оставался единственный выход.

– Наверх! Пожарная лестница! – прошептала я.

Мы бросились наверх, но вдруг на полпути Сара остановилась.

– Элиза!

И она потянула Даниэля вниз.

На полу в прихожей валялась кукла, которую полицейские нашли в подвале. Наверное, это и есть Элиза. Но Даниэль не хотел возвращаться.

– У нас нет времени!

– Я не могу без нее! – захныкала девочка.

Даниэль побежал вниз, схватил куклу и вернулся. Бегал он быстрее белки, но легче от этого не стало. В дверь забарабанили.

– Эй, дети, вы дома?

Мы вбежали в нашу комнату, я захлопнула дверь, и вдруг мне в голову пришла блестящая идея.

– Давай! Поможешь! – я показала на комод.

К счастью, Даниэль сразу догадался.

Вдвоем мы придвинули к двери громоздкий комод. Теперь зайти в комнату было куда труднее.

Отто помогать не стал – он стоял посреди комнаты, по-прежнему сжимая в руках куртку.

Даниэль открыл окно, выглянул и подозвал Сару.

– Я пойду первым и помогу тебе. Хорошо?

Она посмотрела вниз.

– Нет, слишком высоко!

– Сара, ты должна.

– Но я не хочу!

Дзинь! Внизу что-то зазвенело. Похоже, они разбили окно.

– Давайте быстрее! – скомандовала я.

Дом опять заходил ходуном от топота.

– Сара! Ты должна! Иначе никогда больше папу не увидим! – воскликнул Даниэль, и я поняла, что он того и гляди заплачет.

Он ступил на пожарную лестницу и потянул за собой сестру.

Я быстро вылезла следом. Мы осторожно спускались вниз. Сара до смерти боялась и все время плакала. Однако она справилась – наверное, потому что Даниэль все время ее утешал и уговаривал. Какой замечательный старший брат – храбрый и добрый.

А вот мой братец, напротив, смелостью не отличался. По-прежнему не решался вылезти из окна. Солдаты так громко колотили в дверь детской, что их из сада было слышно. Еще немного – и они прорвутся. Но Отто не двигался.

– Ну давай же, – прошептала я ему.

Нет, ничего. Отто будто окаменел.

Дикие звери у меня внутри скакали как бешеные, а к горлу подступил комок.

Неужели Отто останется? Неужели? Спустившись, Даниэль и Сара, не оборачиваясь, побежали к лесу.

Я посмотрела на Отто. В последний раз. Он стоял возле окна, бледный и напуганный, а дверь готова была вот-вот слететь с петель.

Я развернулась и побежала.