Питер Пэн и Похитители теней - Ридли Пирсон

Теперь Питер, Молли и Макгинн и сами отчетливо услышали крики за дверью и топот — топот множества тяжелых башмаков на лестнице.

— Может, это стража? — спросила Молли.

— Нет, — ответил Макгинн, не сводя глаз с дверей. — Стражники у себя в казарме. В этот час здесь никому находиться не полагается.

А топот слышался уже у самых дверей. Дверная ручка задергалась. Кто-то крикнул:

— Тут заперто!

— Ломайте дверь! — отозвался другой голос.

Питер его сразу узнал.

— Это Сланк! — воскликнул мальчик.

— Кто такой Сланк? — спросил Макгинн.

— Он на стороне Других, — ответила Молли.

— О господи! — прошептал Макгинн.

Он вздрогнул, услышав, как чья-то массивная туша врезалась снаружи в дверь. Грохот эхом раскатился по каменному залу. Раздался еще один удар, еще один — все это сопровождалось криками и бранью. Старая дубовая дверь трещала и скрипела, но открываться не спешила.

— Сколько-то времени она продержится, — мрачно заметил Макгинн. — Эту дверь не всяким тараном возьмешь.

— А другие входы тут есть? — спросила Молли.

— Нет, — ответил Макгинн. — Белая башня строилась с таким расчетом, чтобы выдержать осаду. Этот вход — единственный.

— Ага, значит, и выход тоже, — заметил Питер.

Снова раздались удар, грохот, брань и крики.

И внезапно воцарилась тишина.

Макгинн, Питер и Молли застыли, точно статуи, прислушиваясь, еле дыша.

И тут от двери донеслось слабое шипение. Динька испуганно тренькнула. Питеру этот звон был уже хорошо знаком.

— Омбра! — воскликнул он.

— Дверь! — вскрикнула Молли, вспомнив, как Омбра проник к ней в комнату. — Он сейчас просочится под дверь!

И в самом деле, в холодном зале сделалось еще холоднее, а в щелку между полом и дверью начала просачиваться лужа черноты. Динька подлетела к самому уху Питера, настойчиво трезвоня.

— Фонарь! — крикнул Питер. — Поднесите к нему фонарь!

Растерянный Макгинн медлил.

— Он не терпит света! — объяснил Питер. — Осветите его поярче!

Макгинн опустил фонарь прямо в середину черной лужи, ползущей из-под двери. Лужа тотчас отдернулась, но два черных щупальца по обе стороны от фонаря упрямо тянулись вперед. Макгинн помахал фонарем из стороны в сторону, заставив щупальца отступить. Но как только фонарь смещался от одного края лужи к другому, та часть, которую Макгинн оставлял в тени, снова продвигалась вперед. Молли с Питером беспомощно наблюдали, как Макгинн машет фонарем взад-вперед, взад-вперед все более лихорадочно. Сделалось ясно, что фонаря явно недостаточно для того, чтобы остановить тварь, что лезла под дверь.

— Постойте! — сказала Молли. — А Динька не могла бы остановить его снова?

Динька начала было что-то отвечать, но Питер перебил ее.

— Могла бы, один раз, но от этого она так устанет, что уже не сможет сделать это снова. И тварь тут же вернется. Нужно что-то другое…

Он обернулся к Макгинну:

— Еще фонари есть?

— Да! — ответил Макгинн. — Там, внизу!

Он кивнул направо, не отводя глаз от неумолимо расползающейся черноты. Питер пробежал вдоль стены и нашел арку, за которой была лестница.

— Скорей! — крикнул Макгинн.

Мальчик оглянулся и увидел, что старик проигрывает битву с черной тенью на полу — ее щупальца расползались все дальше.

Динька освещала ему путь, Молли бежала следом. Они спускались по узкой лестнице, которая закручивалась крутой спиралью, все вниз и вниз, и наконец вывела ребят на площадку с аркой, ведущей в другой просторный зал. В центре арки висел фонарь. Питер взмыл вверх и сорвал его с крюка, потом опустился вниз. Он заглянул в зал и ахнул: из темноты выступали с десяток человеческих фигур!