Мафия пишет оперу - Елена Нестерина

Арина, которая уже была на подходе к выходу из зала, вернулась, вытащила из сумки листок с ручкой и быстро написала список участников оперетты. Не теряя времени, она бросилась к завучу и вручила ей свой листок.

– Молодец, ну, иди, Ариночка, – сказала Маргарита Алексеевна и подтолкнула Арину к выходу.

Но едва Арина оказалась в коридоре, к ней подошел Жека.

– Слушай, – обратился Жека к предводителю мафии, – я тебе кое-что хочу сказать.

– Говори, – удивленно произнесла Арина.

– На самом деле, – неуверенно начал он, – вы не распространяйтесь, что мы… вашего Мыльченко к своему процессу привлекали.

– Не по его воле, – уточнила, закончив его фразу, Арина.

– Да, – замялся Жека.

Арина пристально посмотрела на него.

– А что, ты боишься, что вы выиграете? – спросила она.

– Боюсь, что мы выиграем? – удивился Жека.

– Да, – хитро улыбнулась Арина. – Вот, например, выиграете вы в номинации «лучший сценарист». И что тогда? Вызовут награждать этого вашего лучшего сценариста – и тут сразу выяснится, что он из другого класса. Так ты этого боишься?

– Ну…

– Или вы уже написали в списке, что автором текста рок-оперы являешься ты или кто-то из ваших? – жестко сказала Арина.

– Нет, не написали… То есть… – замялся Жека.

– Значит, все-таки написали.

– А что нам оставалось делать? – умоляюще посмотрел на нее Жека. – Но теперь я боюсь, что…

– Не бойся. Мы не будем никому об этом рассказывать, – ответила Арина.

– Почему? – Жека хоть и ждал подобного ответа, но почему-то сейчас растерялся.

– Мы же тогда приняли условия вашей игры. – Арина пожала плечами.

– Когда мы вам записку подбросили? – в голосе Жеки слышалось необыкновенное удивление.

– Да.

– Значит, правда не будете рассказывать? – Жека чуть наклонился, внимательнее приглядываясь к Арине. Она внушала ему безотчетное доверие и какое-то трепетное уважение.

– Правда, не будем. Раз мы не сделали этого раньше. – Арина отошла на шаг назад. Она не любила, когда ее разглядывали.

Жека это понял и тоже отскочил.

– Ну уж и вы тогда молчите насчет Мыльченко, сами себя не выдайте, – добавила Арина.

– Конечно! – согласился Жека. – Ну, Балованцева, спасибо!

– Пожалуйста.

Жека отправился к своим, которые нетерпеливо ждали его возвращения.

Тут же к Арине подбежал Витя Рындин, который издалека заметил, что к предводителю подошел вражеский главнокомандующий.

– Что это он? – тревожно спросил Витя. – Чего хотел?

– Можно сказать, мира и дружбы, – улыбнулась Арина.

– Что-о?

– Правда-правда. Попросил, чтобы мы о них не рассказывали никому. Особенно жюри. И я пообещала. Он, по-моему, очень довольный умотал. Так что вряд ли его ребята нам гадости будут делать.

Витя развел руками.

– Как ты ухитряешься со всеми дружить? – искренне удивился он. – Молодец!

– Ой, да какой молодец… – вздохнула Арина, с трудом сдерживаясь, чтобы сладко не зевнуть – ведь поспать сегодня ночью ни ей, ни добровольцу Вите, так и не удалось. – Вот только бы не облажаться с нашей опереттой. Очень, Вить, боюсь, что не дадут нам никакого места… Наши, знаешь, как расстроятся.

– Ну что ты. – Витя взял ее за руку. – Ладно. Как получится, так и получится. Помнишь, что говорит наш Петр Брониславович: главное – участие.

– В этот раз нам одного участия мало… – покачала головой Арина. – А победа… Эх, как бы ей все наши обрадовались!