Милые Крошки - Сэм Левеллин

— Невообразимая глупость, — сказала Маргаритка.

— Согласна, — сказала Капитан. — Но я давно уже заметила, что глупее последнего встреченного тобою богача есть только один человек — богач, которого ты встретишь следующим. Так или иначе, я считаю это большой трагедией. И поставила себе задачей всей жизни — украсть все части Медведя и вернуть их законному владельцу.

— Этому исландскому дядьке, — уточнила Маргаритка.

— Его Безмятежному Королевскому Высочеству, кронпринцу Рудольфу Исландскому, кавалеру Ордена Трески и Вулкана Первой Степени, Доктору Морских Наук, Рейкьявик 101.

— Понятно, — сказали трое Крошек, хотя, по правде говоря, ни фига понятно не было. — Яснее ясного. Не для себя стараетесь.

— Ну-у… — протянула Капитан.

— Что «ну»,?

— Это, конечно, самый ценный Медведь на свете. За обладание им аукционеры Скотсби отдали бы коренной зуб. А собравший все части… был бы щедро вознаграждён.

— Ага, — сказала Маргаритка. — И вы единственная, кто хочет его собрать?

Капитан смущённо помолчала.

— Не совсем, — наконец сказала она.

— Значит, белый фургон, — сказала Маргаритка.

Это подействовало волшебным образом. Капитан раскрыла рот.

— Что вы знаете о белом фургоне? — спросила она.

— То, что вы нам сейчас расскажете.

Капитан устало покачала головой.

— Ладно, — сказала она. — Вижу, вы не из тех, от кого можно что-то скрыть. Дело в том, что они тоже хотят Михаила.

— Кто они?

— Белый Ван Дал, — сказала Капитан. — И Гильдия-Строительница. И фирма.

— Кто-кто?

— Это началось примерно год назад. Мы были счастливы. Мы только что основали ООО «Оцелот». Мальчики и девочки обожали наряжаться, и мы… так сказать, пупырили антиквариат. А потом вдруг слышим, что после того, как мы… кхм, поработали в доме, является кто-то ещё, сносит на фиг стену, въезжает в дом с экскаватором и не пупырит ценности, а курочит весь дом. Камня на камне не оставляет… — Капитан вздохнула. — По-видимому, они занимались строительством и одновременно воровали серебро. Потом начали сносить дома огромными машинами и добычу выгребать из-под обломков, после чего брать подряд на восстановление домов. Но всё это у них получается тяп-ляп, потому что машины ломаются, а починить их они не умеют. И вот, как назло, они прослышали про Михаила и стали ездить за нами — добывать его части. Со дня на день нас начнут обвинять в кражах со взломом…

Примула уточнила:

— То есть что, они ломают дом, чтобы добраться до вещей?

— Сходите посмотрите на то, что осталось от дома один по авеню маршала Маммона.

— Нет, спасибо, — сказал Кассиан. — Нам здесь гораздо больше нравится.

— Милое дитя, — сказала Капитан. — Сигару? Нет? Ну что ж… Словом, наше имя смешано с грязью.

— А что полиция? — спросила Маргаритка.

— Извините, кто?

— Болвашки, — сказал Кассиан.

— Легавые, сычи, мухоловы, — сказала Примула. — Длинная рука закона. Синенькие.

— Ах, эти! — сказала Капитан. — Ну что вы: эти не углядят крутого яйца на бильярдном столе. Но дела идут ужасно, вы себе даже представить не можете.

— Хм, — протянула Маргаритка. — Так. И сколько частей Михаила они добыли?

— Одну. Правую переднюю лапу.

— Так у вас три? А нельзя одну скопировать?

— Нет, — сказала Капитан. — Будет не так пахнуть.

— Пахнуть?

— Специалисты есть специалисты, — сказала Капитан, и на красивом лице её отразилось такое отчаяние, что даже Маргаритка не решилась расспрашивать дальше.

— Значит, вам надо добыть одну лапу и украсть остальные части.

— Да. Ещё три.

— И вы знаете, у кого они?

— Знаем.

— А банда Белого Ван Дала?

— Нет, насколько мне известно, нет. Мы думаем, это происходит примерно так. Когда «ягуар» выезжает с дежурной няней, строитель замечает его и сообщает им…

— Любой строитель?

— Они все в этом замешаны. Слышали о масонах? Это такое тайное общество. Масоны, строители — никакой разницы. И выезжает белый фургон колоссального размера, как бы передвижной гараж, с экскаватором, самосвалом и бульдозером. И рушит дом. Как правило, они, конечно, запаздывают — вы когда-нибудь слышали, чтобы строители явились вовремя? И фургон у них всё время ломается. Но это их не останавливает.

— Как же тогда они добыли лапу? — спросила Маргаритка.

— У нас была няня — бывший моряк. Очаровательный малый, в прошлом пират, но слегка неповоротливый. Во время задания его задавил белый фургон. В ходе беспорядочных раскопок строители наткнулись на лапу.

Маргаритка встала.

— Спасибо, Капитан, — сказала она — Теперь нам есть над чем подумать.

— Il n′y a pas de quoi, — ответила Капитан со старомодной учтивостью. — Маргаритка, не провести ли нам тесты для нянь — проверить, так сказать, на должной ли они высоте? Где-нибудь через полчасика?

— Охотно, — сказала Маргаритка.

Капитан ушла.

Наступило молчание. Первой, естественно, заговорила Маргаритка:

— Нам навешали лапши.

— Заливает, — сказала Примула.

— Стопроцентная брехня, — сказал Кассиан.

— По крайней мере, большая часть, — сказала Маргаритка. — У нас здесь Капитан грабителей, которые воруют части Королевского Медведя, чтобы собрать их и типа доставить удовольствие бывшей коронованной особе, довольно незначительной особе, осмелюсь заметить, от которой награды ждать как от козла молока. Ну?

— Бабушкины сказки! — сказала Примула.

— Тьфу! — сказал Кассиан.

— И этот Белый Ван Дал со строителями, — сказала Маргаритка. — Может, они и существуют, но на что им Медведь?

— Ерунда какая-то, — сказала Примула.

— До неправдоподобности причудливая выдумка, — нахмурясь, сказал Кассиан.

— И медвежья лапа…

— Которую нельзя подделать, потому что не тот аромат…

— Крепковат? — сказал Кассиан. — В смысле, не всё ли равно, как от неё пахнет?

— Точно. И наконец, — сказала Маргаритка, — откуда Капитан знает про эту лотерею ЛИБОЛЮ? Если её там не было?

— Она же профессиональная грабительница, — напомнила Примула.

— Крайне маловероятно, — сказал Кассиан. И так нахмурился, что ни в сказке сказать, ни пером описать. — А всё-таки…

— Что? — сказала Маргаритка.