Сказки Надежды - Надежда Белякова

Вдалеке от Счастливого царства, в лесной чаще, окружённой непроходимыми болотами, затерялось обиталище Колдуна. О том, что здесь живёт Колдун, в Счастливом царстве многие и не догадывались. А те, кому приходилось слышать о проделках Колдуна, полагали, что всё это выдумки, чтобы пугать детишек и отбить у них всякую охоту уходить далеко от дома. Но тем, кому приходилось забрести в это сумрачное местечко, трудно было поверить, что здесь кто-то живёт.

Так не похоже было увиденное на жилище. Огромный, старый, заросший дуб, необъятный ствол которого местами был покрыт корой, а кое-где – каменной кладкой, из которой торчали поросшие мхом башни с остановившимися часами. А крышу всего этого украшали поскрипывающие на ветру флюгеры.

В сумерках этот дуб можно было принять за заброшенный древний замок, сквозь стены которого прорастали торчащие во все стороны дубовые ветви, на которых кое-где вместо желудей свисали колбы с разноцветными жидкостями и бурлящими в них парами. Что-то в них клубилось, шипело как змеи…

И время от времени взрывалось. Так что те, кому случалось забрести в это невесёлое местечко, сразу же старались поскорее унести оттуда ноги.

Огромное дупло, напоминавшее вход в замок, было закрыто массивными воротами с узорчатыми металлическими накладками и запорами. Словом, во всём здесь царило единство полного убожества и дворцовой роскоши.

В тот вечер, когда потянуло сыростью с болот и заклубилась ползущая белизна тумана, обволакивающая и прячущая от чужих глаз этот загадочный приют Колдуна, окна его ярко осветились. То из одного, то из другого окошка вырывались клубы отвратительно пахнущего пара и дыма, сливавшиеся с туманом.

И поэтому вскоре этот заросший замок стал совсем невидим.

Но, судя по доносящимся оттуда звукам, там шла напряжённая работа.

Это позвякивали и поскрипывали ножницы в руках Колдуна. Да ещё к этим звукам прибавлялись его вскрикивания всякий раз, когда ему приходилось уколоться огромной иглой из рыбьей кости, в которую он вставлял паутину, заранее ловко скрученную его ученицей – Летучей Мышкой.

Работа в этот вечер кипела у старого Колдуна, как никогда прежде.

Колдун сидел на полу среди разбросанных повсюду пёстрых лоскутков. Из них Колдун увлечённо мастерил что-то похожее на дракона, распластанного по всему его жилищу. Под потолком зависла Летучая Мышка. В своих цепких лапках она держала горящую большую свечу. Так она освещала кропотливую работу Колдуна, став чем-то вроде живого светильника.

Картину неряшества дополняли развешенные по стенам травы – чертополох, который отбрасывал зловещие тени по стенам, в углу покачивалась паутина-гамак с брошенной в неё подушкой и смятым одеялом, похожим на огромный лист лопуха, стоптанные сандалии Колдуна валялись под этим ложем. Эта постель заждалась своего хозяина. Но он так увлёкся работой, что ему было не до сна.

А вот его ученице, Летучей Мышке, очень хотелось спать. И она незаметно для себя самой заснула.

Летучая Мышка сладко посапывала во сне и присвистывала от удовольствия. Но, едва она заснула, свечка, которую она до этого цепко держала в своих лапках, наклонилась, и горячий воск капля за каплей полился вниз, прямо на лысину Колдуна.

– О о о! О! Ну… Почему ты так глупа?! Я же тебя просил просто посветить мне! – морщась от боли и протирая лысину, взвыл Колдун.

Он вскочил и оторвал от висящих на стене сушёных трав листок. Поплевал на него. И сухой листик расправился и зазеленел на глазах. Колдун прилепил его на ожог и, облегчённо вздохнув, вернулся к своей работе. Правда, с опаской поглядывая на Летучую Мышку, зависшую под потолком со свечкой. Несколько последних стежков огромной иглой – и работа Колдуна была готова. Наконец, довольный тем, что получилось, прищуриваясь и причмокивая, он повертел в руках накладные драконьи крылья с бантами, перьями, пёстрыми заплатками и бубенчиками. И позвал свою ученицу и помощницу, Летучую Мышь:

– Эй! Где ты там? Смотри! Готово! Иди, примерь!

Летучая Мышка с любопытством подлетела к нему и, послушно распластав свои ручки-крылья, помогла Колдуну надеть на неё эту красочную и невероятную драконятину. Кстати, довольно тяжёлую для неё. А он к ней ещё и крылья привязал, обвязав её брюшко бантом, который он старательно затянул потуже, так, что Летучая Мышка завопила:

– Эй! Полегче!!! Ты затягиваешь все эти банты слишком туго! Я едва дышу! А что это такое странное, во что ты меня нарядил? Это что? Драконьи крылья? Но… Эти крылья, наверное, для очень большого-большого дракона… О-о-о! Такие тяжёлые! О-о-о! И зачем это нужно?

Колдун рассердился на неё и строго прикрикнул на ученицу:

– Хватит болтать! Расправь крылья! Повторяй за мной! Делай всё, как я!

С этими словами Колдун подхватил полы своей одежды, которые тотчас приобрели очертания зловещих крыльев дракона. Потом, испустив дым из подвешенного на шею кувшина и ловко выплёвывая огонь, как заправский фокусник, он взлетел. Так он учил свою ученицу изображать дракона.

И она смотрела на него с искренним восхищением и лепетала от восторга:

– О! Как здорово у тебя получается изображать дракона! Вот сейчас и я попробую повторить всё, что ты делаешь! Ой! Кхе-кхе! Апчхи! И как это у тебя всё получается??? – чихая и кашляя, изумилась она.

Да… результат оказался плачевным. Как ни старалась Летучая Мышка, но она не стала походить на дракона. Ей удалось совсем немного: приподняться и даже с жутким скрипом подвигать крыльями. После этого она упала на пол в полном изнеможении, едва слышно пробормотав: