Сновидения - Нора Робертс

Но в тот вечер, когда Делонна выскользнула из дома и пришла в старое здание в поисках Шелби, все пошло не так, как он планировал. Явился Нэш. И увидел. И Нэш ничего не понял.

– Делонна? Она же не среди них?

– Была. – Ева положила ладони на стол и подалась вперед. – Она решила повидать Шелби. Стоял сентябрь. Она выбралась из окна своей спальни и отправилась в Обитель. Я ее разыскала, и она почти все помнит. И вспомнит еще больше. В ту ночь ваш старший брат нашел младшего в старом здании. Они поругались, подрались – из-за того, что Нэш обнаружил накачанную транквилизаторами Делонну, голую, в ванне с водой. Сами мне скажите: что сделал бы Нэш, если бы он увидел, как брат топит юную девочку, к тому же находящуюся на вашем попечении?

– Этого не может… Это разбило бы ему сердце. И я бы знала.

– Да, но только не в том случае, если он решил это от вас скрыть. Он ваш защитник, он глава семьи. И весь этот ужас случился, когда он был за главного. И он стал убийцей брата. Расправившись с Монти, он привозит Делонну, все еще в бессознательном состоянии, назад, одевает ее в пижаму, закрывает окно. И ничего не рассказывает вам.

– Нет, она что-то напутала. – Но в голос Филадельфии уже закрались нотки сомнения и ужаса.

– Он вам так и не рассказал. Да и как бы он мог? Вы не должны были знать о том ужасном, что сотворил ваш брат. О том, что он убил самого младшего из вас. И он сказал вам, что отправил Монти в Африку.

– Ну нет! Нет. Монти сам мне говорил, что едет в Африку. – Теперь в голосе зазвучала надежда, сверкнула в глазах. – Вы ошибаетесь, слышите? Монти пришел ко мне и сказал, что Нэш его посылает в командировку. Он боялся, плакал, просил дать ему остаться. Мы еще с Нэшем из-за этого поссорились.

Ева прищурилась.

– Когда это было?

– За несколько дней до его отъезда. Но Нэш был совершенно неумолим, даже на себя не похож, и провернул все очень быстро. Он сказал, Монти должен уехать ради своего же блага. Вроде как это единственный выход, альтернативы нет. А когда он повез Монти на транспортный узел, то меня не взял. Не дал поехать с ними.

– А Кайл еще был у вас?

– Нет. Нет… М-м… – В ее словах вновь зазвучали нотки страха. – Кажется, он уехал за пару дней до этого или накануне, но точно я не помню. Я была так расстроена… Меня очень угнетало, что мы отсылаем Монти к чужим людям, в незнакомое место, заставляем быть кем-то, кем он быть неспособен. Но он справился. Нэш оказался прав. Он…

– Это был не он. Это был Кайл. А вы ведь мне про это ничего не рассказывали – про ваш спор с братом, про переживания в связи с отъездом младшего.

– Я не видела, какое отношение наш давнишний семейный спор может иметь к расследованию. Всему этому наверняка есть другое объяснение! Вот Нэш вернется – и все объяснит.

– Как долго он отсутствовал, когда отвозил Монти на транспортный узел? Только не лгите! – добавила Ева, видя, что Филадельфия мнется. – Вашему брату это никак не поможет.

– Его не было несколько часов. Точнее сказать – весь день. Я была так зла! Обвинила его в том, что он не осмеливается показаться мне на глаза после того, что сделал, и потому готов торчать целый день неизвестно где. Он обиделся. Я помню его взгляд, когда я это говорила.

– А что он сделал, когда проводил Монти и вернулся?

– Он… Он ушел в Тихую комнату. Она еще не до конца была обустроена, мы этим еще только занимались. Но мне запомнилось, потому что мы оба были расстроены и почти не разговаривали. Я ясно помню, как он ушел в Тихую комнату и велел его не беспокоить.

– В ту комнату, – произнесла Ева, – где вы потом повесили мемориальную доску в честь Монти.

– Да, это наше помещение для медитации, для восстановления душевных сил. Нэш тогда там пробыл больше часа, даже скорее почти два. До самого вечера мы друг друга старательно избегали, а наутро пришло сообщение от Монти, что он добрался благополучно. И он писал, какая там красота и что это, наверное, самое божественное место на земле. Сообщение было такое счастливое, позитивное – я даже извинилась перед Нэшем. Сказала, что была не права. И все пошло своим чередом. Мы были заняты обустройством на новом месте, налаживанием порядка.

– Пибоди, Тихая комната. Начинай обыск заново. На этот раз мы ее всю выпотрошим.

– Есть, шеф.

– Зачем? – вскинулась Филадельфия. – Вы же уже смотрели!

– Будем смотреть еще. Вы сказали, обустройство еще не было закончено. Что конкретно вы имели в виду?

– Я имела в виду, что мы еще не покрасили стены и не расставили скамьи. Мы хотели, чтобы эта комната была похожа не на часовню, а на что-то более умиротворяющее, способствующее размышлениям. Еще прудик не был сделан, настенный фонтан не установлен, цветы не посажены.

– Ясно. Сейчас вы можете вернуться к своим делам. Я буду с напарницей. Никого туда не впускать!

– Лейтенант! – Она стояла перед Евой, сестра двух братьев. Вид у нее был убитый. – Так Монти… Монти не ездил в Африку?

– Нет, не ездил.

– И вы думаете, вы правда думаете, что Нэш… причинил ему вред? Но он не мог! Он не способен никому причинить вред. И Монти он любил. Всем сердцем. Он никогда его не обидел бы. Даю вам слово!

– Тогда где он? Вы можете мне сказать, где находятся оба ваши брата?

– Нет, не могу. Умоляю, найдите их!

Ева зашагала к Тихой комнате, на ходу доставая телефон.

– Электронные приборы здесь запрещены! – объявила Шивиц.

Проигнорировав предупреждение, Ева вошла. Пибоди уже успела снять со стен кое-какие картины и теперь обследовала их с помощью мини-сканера.

– Смерть или заточение, – произнесла Ева.

– Два способа остановить серийного убийцу.

– Точно. Рорк! – повернулась она к экрану, на котором появилось лицо мужа.

– Да, лейтенант? – отозвался тот.

– Сделай мне одно одолжение. Бухгалтерия у Джонсов в полном порядке, все чин-чинарем.

– Хочешь, чтобы я присмотрелся повнимательнее?

– Нет, финансами у них заведует сестра, там все наверняка чисто. Но возможно, у него есть другой счет, о котором она не знает. Который он не светит.

– Сунуть нос в чужие финансы – это не одолжение. Развлечение!

– Так и думала, что ты это скажешь.

– Если что нарою – дам тебе знать.

– Думаю, он мог завести счет на имя брата. Так что и на Монтклера глянь, хорошо?

– Будешь учить меня, как и что делать, – я рассержусь.

– О’кей. Тогда развлекайся.

Она отключила связь.

– Тут два варианта, – обратилась она к Пибоди. – Либо Джонс увез брата якобы к самолету, а сам его убил и избавился от тела – и тогда это настоящее предумышленное убийство. Либо он увез его куда подальше и запер.