Дядюшка в законе - Валерий Гусев

– Я знаю, - сказала мама. - Папины предки и на Куликовом поле сражались. Но все-таки интересно было бы с этим французом познакомиться.

– Больно надо! - фыркнул Алешка, не догадываясь, как, впрочем, и мы все, что судьба уже прочно связала нас с этим потомком участника.

– Но самая главная новость, - прошептала мама, широко раскрыв свои большие карие глаза, - здесь появились какие-то мальчишки…

– Их здесь полно, - насторожился Алешка. - Больше, чем взрослых. Один только артист четверых привез.

– Эти особенные, - почему-то шепотом продолжала мама. - Они вроде племянники самого главного здешнего бандита. Как его? А, вспомнила - Федор Уткин.

– Федя Гусь, - машинально поправил ее Алешка.

– А ты откуда знаешь? - насторожилась теперь мама.

– Папа говорил, - не растерялся Алешка. - И белый катер его показывал. Но ты не бойся - его скоро посадят.

– Катер? - удивилась мама. - На мель?

– Гуся, - сказал, улыбнувшись, Алешка. - В тюрьму.

– А племянников? - с тревогой во взгляде поинтересовалась мама.

– И племянников, - хихикнув, щедро распорядился Алешка.

– Жаль, - призналась мама. - Они хоть и бандитские отпрыски, а, наверное, хорошие ребята.

– С чего это ты взяла? - Алешка спросил это так, будто мама, назвав «бандитских отпрысков» хорошими ребятами, нанесла нам этим оскорбление.

– Ну а как же! - мамины глаза даже круглыми стали. - Они уже тут натворили… Они, как это?… А, вспомнила! Они от местных вымогателей «отмазали» «Винни-Пуха» и «Колесо обозрения». И сдали их в милицию.

– Винни-Пуха с колесом?

– Зачем? Вымогателей. Их с тех пор и не видно.

– Другие появятся, - мрачно спрогнозировал Алешка.

– Ты думаешь? - Мама причесалась, переоделась и взяла свою сумочку.

– Ты куда? - спросили мы.

– В библиотеку. За информацией.

– Блокнотик возьми, - ехидно посоветовал Алешка.

– У меня память хорошая, - также ехидно ответила мама.

– Ни фига себе! - сказал я, когда мы остались одни. - Вот что молва делает! Мы с тобой, братец, теперь настоящие авторитеты.

– Вот и здорово! - не смутился этим Алешка. - Замаскировались. И будем под этим прикрытием выручать людей и насаждать справедливость. Сами потом спасибо скажут.

– Или в милицию о нас сообщат.

– Подумаешь, - отмахнулся Алешка, булькнув животом. - Папа отмажет.

Ишь, нахватался жаргона, ребенок!

– Ладно, - сказал Алешка, - хватит бездельничать, пошли на рыбалку.

– Давай сегодня с лодки половим, - предложил я.

– Давай, - согласился Алешка, - мне эти золотые караси тоже надоели. Только грести ты будешь.

На причале и около него, на воде, как всегда, было полно народа. Кто-то гонял на гидроцикле, кто-то крутил педали водного велосипеда, кто-то все время сваливался в воду с надувного матраса, а кто-то, под пестрыми зонтиками, за пластиковыми столиками, пил пиво или другие прохладительные напитки.

– Водички с собой возьмем? - с надеждой спросил Алешка.

– Не лопнешь? - с сомнением посмотрел на него я.

– Танки грязи не боятся! - гордо заявил младший брат и стал в конец очереди к киоску с водой.

И тут, словно по волшебству, очередь рассосалась и растаяла как дым. Алешка оказался прямо перед вежливым продавцом и стал копаться в карманах, ища деньги.

– Если у вас временные затруднения, - вежливо произнес продавец, - могу отпустить в кредит. Что вам угодно?

Алешке было угодно взять в кредит двухлитровый баллон минералки.

– Стаканчиков не надо, - важно сказал он продавцу.

– Само собой, - согласился тот. - Крутые парни из горлышка пьют.

«Ох, как бы эти почести, - подумал я, забираясь в лодку, - не испортили моего брата. Зазнается еще!»

А Лешка и тут еще натворил. Но, надо сказать, неплохо. Когда вдали, как всегда, с воем сирены показался «Белый орел» Гуся и пролетел мимо причала, Лешка приветливо помахал ему сорванной с головы бейсболкой. И что вы думаете? С катера ответили ему взмахами белого флажка.

Все взоры присутствующих оторвались от катера и обратились к Алешке. А дядька с матрасом так глубоко плюхнулся с него в очередной раз в воду, что я даже за него немного испугался.

(Потом, когда эта история относительно благополучно завершилась, мы узнали, что никто нам с катера не махал - это было просто случайное совпадение. Лодочник рассказал нам, что существует на воде такое правило: когда встречаются два судна, они показывают взмахами белого флажка - каким бортом, правым или левым, они будут расходиться, чтобы не столкнуться. Этот сигнал называется «отмашкой». И эта случайность еще больше подняла и укрепила наш «бандитский» авторитет. Еще бы! Сам Федя Гусь ответил на приветствие мальца!)

Отплыв подальше от берега, мы бросили якорь и собрали удочки. Сначала клева не было, а потом мы поймали по паре красноперок, и опять пошли толстые золотые караси. Они клевали как куры: торопливо, жадно, наперегонки.

– Давай вон там попробуем, - махнул Алешка в сторону островка. - Надоели эти желтопузики.

Мы выбрали якорь и перебрались поближе к островку. Здесь тоже долго не было клева, а потом вдруг стали попадаться легендарные серебряные карасики. Они были поизящнее золотых и ярко блестели и яростно бились над водой, когда мы выхватывали их из родной стихии. Золотые караси блестят тускло, скорее как старая потемневшая бронза. А белый карась сверкает настоящим серебром!

Через некоторое время клев прекратился. Мы осмотрелись и увидели, что лодку, несмотря на якорь, отнесло немного в сторону.

– Греби назад! - скомандовал Алешка, выбирая якорь.

Мы вернулись на прежнее место и еще потаскали белых карасиков, а потом высадились на островок и побродили по нему немного, как Робинзоны. Но ничего интересного не обнаружили. Камыши по краям и кустарник посередке. А в самом центре - громадный старый пень. Алешка не поленился, посчитал его годовые кольца и восхитился:

– Во, Дим! Триста лет ему было! Еще до Бородинского сражения родился.

Побродив по островку, искупавшись с его песчаного краешка, мы вернулись в наш «Белый городок» и отнесли карасей в столовую, на кухню.

– Отменно! - сказал повар, сам заядлый рыболов. - Я уж лет десять таких красавцев не лавливал. Небось не скажете - где вы их удили?

– Не скажем, конечно, - заявил Алешка. - Коммерческая тайна.

Повар не обиделся, он был настоящий рыболов. Он только вздохнул и согласился:

– Я бы тоже ни за что не сказал! А карасиков - будьте спокойны - к ужину в сметанке зажарю. Пальчики оближете.