Дядюшка в законе - Валерий Гусев

СОКРОВИЩА БЕЛОГО ОЗЕРА

Солнце клонилось к закату, день - к вечеру, а дорога поднималась на горку. И на ее верхушке нам открылось огромное озеро, окруженное бескрайним лесом. Под солнцем озеро блестело, будто покрытое серебристой чешуей. Наверное, поэтому его и назвали Белым.

Мы въехали в широкие ворота, над которыми было написано «Пансионат «Белый городок» и по бокам которых стояли большие деревянные шахматные кони. По ним с восторгом ползала мелкая детвора.

Оставив машину на стоянке, мы поскорей сбежали на песчаный берег.

– Ну, вот оно - наше озеро! - папа широко развел руки, словно пытаясь его обнять. - Я дарю его вам, дети мои, на целый месяц. Вместе со всей его рыбой. И со всеми его сокровищами!

– Сокровищами? - насторожился Алешка, большой специалист по всяким кладам и сокровищам. Несмотря на свой юный, десятилетний возраст.

– А это разве не сокровища? - с заметной обидой удивился папа. - Эта кристальная вода? Этот белый песок на этом берегу и заповедные лесные чащи на том берегу? А белокрылые чайки? А золотые караси в прохладной глубине вод? - Папа очень красиво говорил. Прямо как стихами. Только без рифмы. - А ясные зори? А луна над озером? Разве это не сокровища? Разве этого мало?

– Они не чуткие, - сказала мама, усаживаясь на белый песок и опуская руку в кристальную воду, где в прохладной глубине сверкали драгоценной чешуей золотые караси. - Это не наши дети, это дети асфальта. Суровые питомцы городских джунглей.

Но мы с Алешкой на маму не обиделись. Ведь это озеро дорого ей как память. О счастливых годах юности. Они здесь с папой встретились, когда были молодыми, в доме отдыха «Белое озеро». Это было, как иногда вздыхает мама, романтическое знакомство. У нее тогда один жулик украл деньги на обратную дорогу. Мама в то время была студенткой, а папа - курсантом милиции. Он отвез маму в город на своем мотоцикле, а мама за это в него влюбилась. А потом папа вернулся и поймал этого жулика. И с тех пор только этим и занимается. Правда, он уже давно не милицейский курсант, а полковник милиции.

– А насчет других сокровищ, - подмигнул полковник Алешке, - открою тебе тайну: в этом озере их видимо-невидимо. На самом его далеком дне уже почти двести лет скрыты от алчных глаз и жадных рук серебро и золото. И драгоценные камни. И старинное драгоценное оружие. И даже золотая корона с бриллиантами одной нашей императрицы. И ее изумрудное ожерелье необыкновенной красоты.

– С этого места - нельзя ли поподробнее, - заинтересовалась и мама, услыхав про ожерелье.

– А зачем она, эта твоя императрица, его туда забросила? - недоуменно заинтересовался и Алешка. - От вредности?

– Ничего она туда не бросала. Темные вы у меня люди, - папа вздохнул и тоже уселся на песок, обхватил руками колени и устремил задумчивый взор в блестящую даль озера. А точнее - в темные глубины прошлых веков. - Двести лет назад здесь, среди жестоких снежных вьюг и ранних морозов, отступал один из отрядов наполеоновских войск. Солдаты были измучены сражениями и холодом, ранами и голодом, бесславным поражением. Они брели из последних сил. А по пятам и со всех сторон их преследовали славные усатые гусары и беспощадные бородатые партизаны Дениса Давыдова, гнали французов из пределов России штыком и саблей, топором и вилами…

– Ну, пап! - взвыл Алешка. - Это уж ты очень подробно рассказываешь. Как на уроке!

– И ничего, кстати, нового не сообщил, - поддержала его мама. - Школьный курс. «Гусарская баллада». Ты про ожерелье рассказывай. Покороче.

– Хорошо, - покладисто согласился папа, скрывая усмешку. - Я - в двух словах: ожерелье утонуло в озере. Теперь вам все понятно? - И он встал, вернулся к машине и начал доставать из багажника наши чемоданы. Проучил, значит, темных членов своей семьи.

Тут «темные люди» прикусили языки, переглянулись и тоже побрели к машине.

– Да ладно тебе, отец, - примирительно сказала мама. - Это уж совсем коротко.

– То-то же, - папа опять уселся, теперь уже на чемодан, и продолжил свой рассказ.

В общем, эти французы тащили в своих обозах несметные сокровища, которые они награбили в Кремле и в других местах. Обозы были тяжелые, лошади - худые и усталые. Партизаны и гусары вот-вот могли захватить весь отряд в плен. И тогда его командир, французский генерал, приказал прорубить в озере лед и сбросить туда все лишнее, что затрудняло бегство из России. Кроме, конечно, оружия, провианта и фуража…

В этом месте Алешка многозначительно кивнул и перебил папу, показывая свои глубокие познания:

– Ну да, конечно… Зима ведь была, холодно, как же им без фуражек?

– Не фуражки, а фураж. Корм для лошадей - сено, овес, - пояснил папа.

– Надо же, - удивилась мама. - А я и не знала.

Я тоже не знал, но промолчал.

А папа закончил свой рассказ:

– И вот в несколько прорубей сбросили все награбленное: золото, серебро, бриллианты…

– А ожерелье? - напомнила мама.

– Ожерелье генерал хотел подарить во Франции своей возлюбленной. Но - не судьба. Он подержал его над черной, дымящейся от холода водой и разжал закоченевшие пальцы. Ожерелье булькнуло и утонуло…

– Интересно, - засомневался Алешка, - чего ж до сих пор водолазы эти сокровища не достали? За двести-то лет?

– Ну, во-первых, - объяснил папа, - озеро, как вы видите, громадное. А точное место, куда были сброшены сокровища, неизвестно. А во-вторых, на дне озера многометровый слой вязкого ила, достань-ка из него…

– А в-третьих, - добавила мама ему в тон, - все это - красивая легенда.

– А вот и нет! - горячо обиделся папа. - Есть письменные, очень достоверные свидетельства современников. И в частности, сам французский генерал писал об этом во французской газете. И в своих письмах к невесте. А наши ученые много раз исследовали воду в озере. И пробы воды показали высокое содержание в ней элементов золота, серебра и других металлов. Вот так!

– И изумрудов с бриллиантами тоже? - спросила мама.

А Лешка, задумчиво провожая глазами белокрылую чайку, сделал свой вывод:

– Тогда все просто. Нужно попробовать воду в разных местах. И там, где этих золотых и изумрудных элементов побольше, там и найти затопленные сокровища.

– Здравая мысль, - одобрил папа и подхватил чемодан. - Мы обсудим ее за ужином.

– Если не опоздаем, - уточнила мама и показала нам на второй чемодан.

Действительно, уже сильно завечерело, солнце опустилось за лес и посверкивало оттуда своими лучами между ветками деревьев.

Поверхность озера потемнела и стала гладкой, как стекло. На ней кое-где дремали лодки, а в них дремали застывшие рыбаки с удочками.