Печать султана - Дженни Уайт

— Что я мог поделать, сэр? Наверное, она просто задерживается, — добавляет он неуверенно.

Камиль отводит Берни в сторону и спрашивает:

— Стоит ли сообщать о происшествии послу?

Берни качает головой:

— От этого будет больше вреда, чем пользы. Дядя хороший человек, но, между нами, он немного несдержан.

— Понимаю.

Камиль испытывает облегчение от того, что пока нет необходимости беседовать с отцом Сибил. Ему очень хочется поскорее найти девушку и не терпится отправиться на поиски прямо сейчас.

— Может быть, служанки что-то знают? — обращается он к Берни.

— Нет. Я уже побеседовал со всеми сотрудниками. Горничная, помогавшая Сибил одеваться, сказала, что леди собиралась навестить кого-то во дворце. Вот и все. Давай вернемся в ее комнату.

Поднимаясь по лестнице, он перепрыгивает сразу через две ступеньки. Камиль спешит за ним.

Испытывая некоторое смущение, Камиль вслед за Берни вторгается в священную обитель Сибил. Комната скромно обставлена, однако в ней чувствуется присутствие женщины. Преобладают белый и бежевый цвета. Кровать покрыта мягким покрывалом с тонкими кружевами по краям.

— Вот! — Берни указывает в сторону листка бумаги, лежащего на письменном столе.

Они вместе читают письмо. Камиль с удивлением узнает, что девушка ждет его предложения выйти замуж.

— Чертовщина какая-то. Надо срочно найти ее. — Берни зовет лакея. — Разыщи кучера. Нам потребуется фаэтон. — Поворачивается к Камилю: — Так будет быстрее.

Они спускаются вниз. Фредди уже нет, но их дожидается привратник. Они спрашивают у него, кто приезжал утром за Сибил.

— Какой-то негр, короче говоря, евнух. — Привратник краснеет, произнося это слово. — Он вручил мне бумагу. — Привратник протягивает дорогой пергаментный лист, украшенный золотым гербом. Текст написан каллиграфическим почерком на османском языке. Внизу красная печать. — Я не смог прочитать, сэр.

Берни вырывает бумагу из его рук.

— И тебе не пришло в голову попросить кого-то перевести то, что тут написано? Если что-то случится с мисс Сибил, ты ответишь головой.

Привратник в ужасе.

— Мисс Сибил? — заикается он. — Что с ней?

Не обращая на него внимания, Берни показывает бумагу Камилю:

— Что там написано? Не могу разобрать такой причудливый почерк.

— Приглашение на обед.

— От Асмы-султан?

— Нет, от Зухры-ханум. — Они молча смотрят друг на друга. — Вот ее печать, — добавляет Камиль.

— Что, черт побери? — Берни заглядывает в записку поверх плеча судьи. — Куда ее приглашают?

— Здесь не сказано. Только дата, время и то, что слуга Зухры-ханум приедет за ней.

— Но евнух привез приглашение с собой. Оно не было послано заранее.

— Раньше, наверное, они прислали другую записку. Эта же, без сомнений, должна ввести в заблуждение любого заинтересованного человека.

— Дева Мария! Если бы Сибил не оставила на столе письмо, нам пришлось бы искать вслепую. Надо спешить, друг.

Берни бежит в комнату, расположенную рядом с прихожей. Берет на полке ключ, открывает ящик стола и достает два пистолета. Проверяет, заряжены ли они. Затем протягивает один Камилю. Тот показывает на свою обувь:

— Я вооружен.

— Ты имеешь в виду охранительные заговоры, которые написаны на твоих ботинках? — фыркает Берни. — Они не защитят тебя от пуль.

Камиль достает из ботинка тонкое, как иголка, лезвие.

— Аллах помогает тем, кто не забывает о себе. — Он распахивает куртку и показывает кобуру на поясе. — Мне нужна бумага.

Берни показывает на письменный стол.

Камиль берет чистый лист бумаги и пишет несколько строк на османском с наклоном справа налево. Заканчивает письмо витиеватым росчерком, затем копается в ящике стола и достает оттуда цилиндрический футляр с воском для печатей. Вынимает из кармана небольшую медную печать, ставит под письмом эмблему своего учреждения и еще раз на конверте.

Кучер Сами ждет их в фаэтоне у дверей. Камиль отводит его в сторону и передает конверт.

— Бери в конюшне самую быструю лошадь и скачи в Среднюю деревню. Знаешь, где она находится?

— Да, эфенди. Я хорошо знаю этот район.

— Передай письмо в руки деревенскому главе. Он должен взять с собой сыновей и отправиться к начальнику жандармерии. Только пусть ни в коем случае не обращается в полицию. Возможно, жизни Сибил-ханум грозит опасность. Ты понял?

— Да, эфенди. Ему не надо обращаться в полицию.

— Поедешь с ним вместе. Глава покажет жандармам письмо. Там сказано, чтобы им немедленно выдали оружие и назначили сопровождение до летней виллы Асмы-султан. Если будет угодно Аллаху, их присутствие нам уже не понадобится.

Камиль прыгает в фаэтон. Берни уже сидит там и нетерпеливо теребит поводья.

— Если поднять по тревоге гвардейцев, нам придется обо всем доложить послу! — кричит Камиль. — Я больше не верю в лояльность полиции. Так будет лучше всего.

Лошади цокают копытами по дорожке, ведущей к воротам.