Смерть в райском уголке - Эмили Салливан

Я так глубоко погрузилась в свои мысли, что, зайдя на кухню, не сразу заметила, что миссис Курис сидит за столом и с кем-то разговаривает. И этот кто-то — не кто иной, как мистер Дориан. Я резко остановилась, и они оба удивленно воззрились на меня.

— Здравствуйте, — неловко произнесла я.

— Миссис Харпер. Доброе утро. — Мистер Дориан отодвинул стул и встал, словно зашел навестить знакомых в Мейфэре.

Он не сводил с меня пристального взгляда, и я нахмурилась, хотя не могла отрицать, что при виде него в моей груди разлилось тепло.

Нет. Еще не время.

Это его голос я услышала перед тем, как мир погрузился во тьму. Он был полон разрывающего душу отчаяния. Но сейчас я не могла думать о том, что это значило. Особенно когда моя экономка сидела всего в паре футов. Я поглубже закопала воспоминание и бросила взгляд на миссис Курис: та неодобрительно косилась на мои распущенные волосы. Я невольно заправила за ухо прядь, но сомневаюсь, что это как-то улучшило мой внешний вид.

Мистер Дориан прочистил горло, но напряжение не исчезло с его лица.

— Вы выглядите гораздо лучше.

Учитывая, что я была без сознания, когда он видел меня в прошлый раз, его слова едва ли можно принять за комплимент.

— Боже, очень на это надеюсь, — сухо отозвалась я.

Мистер Дориан не обратил внимания на мою язвительность и выдвинул для меня стул:

— Вам стоит присесть.

Я хотела напомнить ему, что это он находится у меня в гостях, но решила промолчать, потому что он и так был не в себе. Как только я села, миссис Курис поставила передо мной тарелку, полную еды.

— Спасибо, — сказала я, а мой желудок одобрительно заурчал. Я оглянулась. — Где Клео?

— Она пошла за Томми. — Миссис Курис выразительно посмотрела на мистера Дориана. — Она только ушла, так что вернутся они нескоро. — Прежде чем я успела ответить, она направилась к выходу. — Пойду покормлю куриц, — объявила она и была такова.

Я моргнула и повернулась к мистеру Дориану.

— Прошу, приступайте, — сказал он, жестом указав на мою тарелку.

— Вы голодны?

— Нет, нет. — Он откинулся на спинку стула. — Ваша экономка заставила меня поесть до того, как вы спустились.

Я усмехнулась и оторвала кусочек от половины булки, которую миссис Курис положила передо мной.

— Даже не сомневаюсь. Итак, — беззаботно начала я, — вы явились сюда, чтобы получить заверения в моей вечной благодарности? Потому что они ваши.

Он удивленно вскинул брови, а затем усмехнулся.

— Нет. Когда я вернулся в больницу прошлым вечером, доктор Николайдис сказал, что вы настояли на том, чтобы отправиться домой. Юноша очень из-за этого расстроился, — привычно шутливым тоном добавил он.

— Я не видела причин там оставаться, — пожала плечами я, испытав облегчение от того, что странное напряжение наконец спало. — И с тех пор я чувствую себя отлично.

Мистер Дориан вскинул бровь:

— Миссис Курис сказала, что вы спали пятнадцать часов.

Я подавилась, услышав это.

— Что ж, — прохрипела я, откашлявшись, — это неудивительно, учитывая все произошедшее.

Мистер Дориан нахмурился:

— Произошедшее? Ты была на волосок от смерти, Минни.

Мое сердце пропустило удар, когда он произнес мое имя. Я не сумела вынести его открытого взгляда и отвернулась. Это было слишком сложно.

— Спасибо, — прошептала я.

— Не стоит благодарности. Мне лишь хотелось бы, чтобы всей этой истории можно было избежать, — прорычал он. — Почему, черт возьми, ты вообще туда пошла?

Я ощетинилась в ответ на его обвиняющий тон, но, когда подняла голову, выражение его лица было полно боли, а не злости.

— Я пошла проведать вас. Потом Флоренс увидела меня и рассказала, что вас арестовали. Так что я…

Он тяжело вздохнул и прикрыл глаза:

— Прости меня. Я так о тебе волновался.

— Мистер Дориан…

Он смерил меня успокаивающим взглядом:

— Просто Стивен.

Я замешкалась на мгновение, но затем заставила себя произнести его имя.

— Стивен. Ты не можешь винить себя в том, что произошло. — Он открыл рот, чтобы возразить, но я не позволила. — Во-первых, потому что тогда все будет выглядеть так, словно я не обладаю правом выбора, и поверь, такой расклад меня не устраивает. А во-вторых, потому что во всем виновата Флоренс.

Стивен покачал головой:

— Я должен был тебя предупредить.

Я моргнула, пытаясь понять, что он имел в виду.

— Ты знал, что это она убила Дафну?

— Нет. По крайней мере, не с самого начала. — Он поерзал на стуле. — Я начал ее подозревать с того самого дня, когда мы пришли поговорить с ней. Фиолетовые цветы одного из ее растений очень походили на лепесток, который я нашел.

— Отвар, — прошептала я, и он вскинул бровь. — Запах показался мне знакомым. Но я не могла вспомнить откуда.

— Аконит, — объяснил он. — Красивый, но крайне ядовитый цветок. Мне показалось странным, что она держит его в качестве домашнего растения.

— Горшок стоял в офисе Кристофера, когда я отправилась увидеться с ним. Она, наверное, заметила твой интерес и унесла его из дома.

Стивен кивнул:

— Когда ты рассказала, что доктор Кэмпбелл считал, будто Дафна была без сознания, когда ее убили, я начал подозревать, что кто-то мог сперва ее отравить, а уж потом задушить.

Я в шоке уставилась на него:

— Почему ты ничего мне не рассказал?

— У меня не было доказательств. Это была всего лишь догадка, — пожал он плечами. — И я сомневался, что ты мне поверишь. Флоренс была твоей подругой.

Я хотела было возразить, но захлопнула рот. Я ведь никогда не рассказывала ему о своих запутанных отношениях с Флоренс. Я так много скрывала — как из самозащиты, так и из ложного чувства преданности. Стивен имел полное право считать, что я бы отмахнулась от его подозрений по поводу Флоренс. А лицемеров я ненавидела больше всего на свете. Ну, быть может, за исключением убийц.

— Но когда ты рассказала, что Дафна, возможно, была беременна, признаюсь, я начал подозревать Кристофера. Я… даже обвинил его в романе с ней, когда он пришел в участок, — застенчиво признался он.

— О боже.

Стивен вскинул бровь:

— Да уж. Признаюсь, у нас не сразу получилось во всем разобраться, но Кристофер все это время настаивал, что я ошибся, хотя даже он признал, что отец Флоренс — самый вероятный кандидат на роль женатого любовника Марии Костас, ведь он был известным распутником.

— Какой кошмар. — Потом мне в голову пришла новая мысль: — Но почему тебя вообще арестовали? Какие у них были доказательства?

Стивен резко хохотнул:

— Меня еще не арестовали. Официально они пригласили меня на допрос, потому что кто-то прислал им анонимную записку,