Влечения - Юна-Мари Паркер

— Вы знаете этого человека? — спросила Ребекка. Он отрицательно покачал головой:

— Никогда его не видел. Но я знаю женщину, которая стоит с ним рядом.

— Да, Дженни мне вчера уже говорила. Как ее зовут?

— М-м… Вы знаете, милая, у меня такая дырявая память на фамилии… — На лице его отразилась легкая растерянность, но потом он вдруг сосредоточенно нахмурился, сунул руку во внутренний карман пальто, достал небольшую записную книжку и принялся листать ее. Через полминуты он весело воскликнул: — Ага, вот она! Тереза Бендотто!

— Эта фотография была сделана на том вечере. Вы лично приглашали ее?

Он не сразу ответил, вспоминая.

— М-м… да, приглашал. Видите ли, Тереза и Мануэль Бендотто жертвуют крупные средства на благотворительность, и я подумал, что они могут помочь мне в некоторых моих начинаниях в этой области. Впрочем, вы знаете, если бы не ваша фотография, я ни за что не вспомнил бы, приходили они тогда ко мне или нет. Я вообще о том вечере мало что помню… — расстроенно пробормотал он.

— Значит, этого человека вы не знаете?

— В первый раз вижу. — Сэр Эдвард еще раз скользнул глазами по снимку. — А что?

— Это Слай Капра.

Он приглушенно вскрикнул, тут же выхватил фотографию из рук Ребекки и впился в нее пристальным взглядом. Он изучал изображенного на снимке мужчину молча на протяжении нескольких минут. Все переживания сэра Эдварда были написаны у него на лице. Она чувствовала, что ему одновременно и интересно, и тяжело смотреть на человека, имевшего отношение к убийству Мариссы. Наконец не выдержав, Ребекка спросила:

— А где живут Бендотто?

— У них квартира в Ист-Сайде, около штаб-квартиры ООН. Я дам вам адрес.

— Спасибо. Я думаю сходить туда и повидаться с хозяйкой. Сделаю вид, что мне нужно сфотографировать ее для чего-нибудь. Скажем, как известную представительницу манхэттенского света. А? Как вы считаете?

— Будет лучше, если вы как-нибудь увяжете это с благотворительностью, — посоветовал сэр Эдвард. — Как я уже сказал, они буквально помешаны на этом деле. Это дает им возможность сойтись поближе с некоторыми влиятельными, «полезными» людьми… ну вы понимаете, что я имею в виду. Во имя священного дела благотворительности они сделают абсолютно все.

Ребекка улыбнулась:

— В таком случае я к ним на этой козе и подъеду.

Сэр Эдвард взглянул на нее.

— Вас примут, как самого дорогого гостя, я нисколько не сомневаюсь в этом, — хмыкнул он. — И что? Вы прямо так сразу и спросите ее о Слае Капре?

— Буду действовать по обстановке. Интуиция подсказывает мне, что это именно она провела его на ваш вечер, а не ее муж. Как вы думаете, она замешана в гибели Мариссы?

Сэр Эдвард, пораженный, уставился на нее:

— Да нет, что вы?! Это вряд ли… Впрочем, я теперь уже ни в чем не уверен. Они вроде принадлежат свету, но сейчас чтобы войти в свет, нужно только заплатить как следует… Откровенно признаюсь вам: я не знаю, что они за люди.

— Какого черта?! Где Ребекка?! — вскричал Стирлинг, швырнув трубку на телефонный аппарат. В голосе его сквозила тревога, в глазах пылало негодование.

Мина, сортировавшая фотографии на столе, вздрогнула и подняла глаза на босса.

— Я могу чем-нибудь помочь, Стирлинг? — спросила она. На ее красивом черном лице отразилось сочувствие.

Стирлинг крепко выругался, а затем покачал головой и пробормотал:

— Я уже двое суток не могу с ней связаться. Там, где она остановилась в Лондоне, никто не подходит к телефону. А мне хорошо известно, что, помимо нее, там еще живут три девушки. Спрашивается, где их всех носит?

— А вы оставляли свои сообщения на автоответчике?

— А то нет!

— Может быть, она там редко бывает? Она ведь уже прислала нам из Лондона поистине потрясающие снимки, — мягко проговорила Мина. — Возможно, теперь она напала на след очередной фотосенсации, а?

— Не знаю, не знаю… — проворчал Стирлинг, не объясняя причину своей тревоги.

В последний раз он говорил с Ребеккой по телефону два дня назад, когда она позвонила и сообщила, что сняла на пленку сыновей принцессы Дианы. С тех пор ни слуху ни духу. Это было не похоже на Ребекку.

Следующий звонок Стирлинга был Карен на работу. Он надеялся, что та знает о своей соседке и подруге больше, чем он. Но его ждало разочарование.

— Откуда я знаю, где она может быть? — удивилась Карен. — Это хотелось бы услышать от тебя!

— Мне известен ее лондонский адрес и телефон, но там никогда никого не бывает, — отозвался он со вздохом. — Как у тебя дела? Все нормально, надеюсь?

— Как нельзя лучше! Я познакомилась с Джеффри! Он просто прелесть! Работает в рекламном агентстве и вообще такой лапочка, ты себе не представляешь!

— Рад за тебя.

— Спасибо. Вам с Ребеккой нужно обязательно с ним познакомиться. Вот она вернется из Европы, и мы вместе куда-нибудь сходим, а, как ты на это смотришь? Кстати, есть подвижки в вашем деле? Что случилось с тех пор, как мы оставили те фальшивые фотки на почте? Он уже подавал о себе весточку в связи с этим? Знаешь, я хотела бы узнать новые подробности истории с Мариссой Монтклер.

Стирлинг решил ей довериться:

— Я не могу связаться с Ребеккой на протяжении последних двух суток. Меня это очень беспокоит. Обычно она звонит мне каждое утро. Между прочим, Ребекка в Лондоне получила записку с угрозами, а в Париже, по ее словам, за ней следили. Я велел ей куда-нибудь спрятаться по возвращении в Англию, но никак не предполагал, что она будет прятаться от меня, черт возьми!

Он невесело усмехнулся.

— А тебе не кажется, что ты немного все драматизируешь, дорогой? Ты же прекрасно знаешь, какая Ребекка у нас вся из себя независимая и самостоятельная! Уникум в этом смысле! Я лично считаю, что тот мерзавец, который убил Мариссу, ни за что не посмеет напасть еще и на Ребекку.

Стирлинг рассказал ей про Майка Уилсона.

— Боже!.. — вскричала Карен и надолго замолчала. А потом дрожащим голоском пролепетала: — Почему ты до сих пор не сходил в полицию? Это уже не шутки, Стирлинг! А если они решат поохотиться и на меня? Откуда им знать, что я на самом деле не в курсе?

Стирлинг попытался ее успокоить:

— На твоем месте я не очень переживал бы, Карен. Честное слово, уж тебе-то нечего бояться. Но если заметишь что-нибудь подозрительное, дай мне знать, хорошо?

Карен вновь надолго замолчала, оценивая сложившуюся ситуацию. А затем вдруг проговорила:

— Джеффри не поверит в свое счастье.

— Что? А при чем тут Джеффри?

— При том, что сегодня же вечером я переезжаю к нему! Сестра меня уже «достала»! Послушай, Стирлинг… мне страшно, я боюсь!