Слепой Агент - Сергей Майоров

Немного посидев, упираясь руками в кровать и слегка покачиваясь, она поправила волосы и встала.

Ей очень хотелось выпить ещё, но она сдерживалась. Обхватив себя за плечи, она, ёжась, прошлась по комнате, и я заметил, что её трясёт. Она взяла из моей пачки сигарету и долго не могла прикурить. Потом села обратно на кровать, низко опустив голову. Дымящийся кончик сигареты в её руках выписывал восьмёрки.

— Я все помню, — неожиданно сказала она, вскидывая голову и отбрасывая волосы назад. — Все, о чём мы говорили. Все.

— Ну и прекрасно, — я пожал плечами.

— Ты обещал мне заплатить.

— За что? У нас ничего не было.

— За информацию.

— За какую информацию?

— Учти: если ты меня обманешь, мне есть к кому пойти. — При последних словах она опустила глаза, и я снова почувствовал жалость. Идти ей было некуда. Вообще некуда.

— А если я подойду к Фунтику? Как ты думаешь, что с тобой будет?

— Он меня не тронет. Я слишком много про него знаю. И… И я здесь пользуюсь самым богатым спросом!

Последние слова были сказаны таким тоном, каким беременная пэтэушница объявляет родителям о своих проблемах.

— Сомневаюсь! Насчёт того, что ничего тебе не будет. Но, если хочешь, можем попробовать.

Татьяна молчала минуты две, а потом посмотрела мне прямо в лицо.

— Зачем ты так говоришь? Ты хочешь казаться хуже, чем ты есть? Уж в чём, в чём, а в мужиках-то я разбираюсь, поверь! Ты ведь все равно заплатишь, как и обещал.

— Может быть. После того, как проверю…

— Не пойдёт, — она покачала головой. — Я не могу ждать вечера. Уже к обеду меня не должно быть в городе. Понимаешь, не должно!

— Куда же ты поедешь-то в таком состоянии?

— Это мои проблемы. Куда надо, туда и поеду. Но деньги мне нужны сейчас.

— А если у меня их нет?

— Они у тебя есть, — ответила она после короткой паузы. — Иначе бы ты не говорил «если». И потом, подумай: если Фунт ещё не знает, что ты поселился в гостинице, то через час будет знать, а ещё через час ему доложат, что ночь мы провели вместе.

Я отсчитал нужную сумму и вручил ей. Пересчитав банкноты, она убрала их под блузку и налила себе полный фужер шампанского. Задержав руку с бутылкой, посмотрела на меня и плеснула во второй бокал.

— Давай выпьем. За удачу. По-моему, она тебе нужна не меньше, чем мне.

Я проводил Татьяну до вестибюля, через стеклянные двери увидел, как она дошла до проспекта и остановилась на краю тротуара, оскальзываясь на высоких каблуках и взмахивая рукой перед каждой появляющейся машиной. Утренние водители упорно не реагировали на неё, наконец кто-то остановился. Наклонившись в кабину, Татьяна договаривалась, переминаясь с ноги на ногу и резкими движениями откидывая волосы со лба. Сев в машину, помахала рукой и смотрела в мою сторону до тех пор, пока не скрылась из виду.

Я выписался из гостиницы. Фунту действительно могут донести, что я провёл здесь ночь, и он может запаниковать и отменить своё мероприятие.

От гостиницы я пешком дошёл до дома, расположенного рядом с моим бывшим отделением, и с грустью посмотрел на окна второго этажа. На «моем» окне вместо затёртых до дыр зелёных занавесок появились жалюзи, а так всё осталось без изменений: горящий над входом яркий фонарь, потрёпанный службой «уазик», занесённые снегом «жигули» в углу двора. И вполне возможно, что сидящий за пультом дежурный именно сейчас, зевая и ругаясь, с удивлением читает ориентировку о моём розыске…

Нужная мне квартира располагалась на последнем этаже обшарпанной «хрущёвки» и была оснащена солидной металлической дверью.

Звонить пришлось долго, пока хозяин, глянув в глазок, отпер с лязгом тяжёлые замки.

— Привет, — сказал он таким тоном, словно давно ждал моего визита. — Заходи.

Квартира была обставлена более чем скромно, и железная дверь оберегала не хранящиеся за ней ценности, а самого хозяина, чей род занятий напрямую был связан со всевозможными опасностями. Когда-то я помог этому немолодому, невзрачной наружности худощавому мужчине, отсрочив наступление серьёзных неприятностей. Он принадлежал к тому типу людей, которые не забывают о неотданных долгах, даже если роли переменились и вчерашний хозяин положения сегодня сам выступает в роли просителя. Я не сомневался: он не откажет мне в помощи.

Мы прошли на кухню. Он поставил на плиту чайник и включил тостер.

— Как дела? — спросил он, нарезая колбасу. — Чисто символический вопрос, и так вижу, что не блестяще. Верно?

— Да.

— Тогда не трать время на церемонии. В чём проблема?

— Мне нужен паспорт.

— Заграничный?

Я вспомнил про письмо отца.

— Оба.

— Хм… И срочно?

— Ещё вчера.

— Хм… Трудный вопрос… Фотография с собой есть?

— Нет…

— Плохо. Нужно…

Зазвонил телефон, и он не договорил.

— Извини, я сейчас. Если задержусь, делай кофе.

Выйдя в коридор, он плотно затворил за собой дверь.

Когда он вернулся, я успел выпить половину чашки. Он посмотрел на меня так, будто звонивший говорил исключительно обо мне, и сел к столу.

— Значит, говоришь, паспорта… Хм, в принципе вопрос решаемый. Если всё будет нормально, к обеду можно управиться. Устроит?

— Да.

— Тогда допивай кофе и иди в «Галактику», там открыли круглосуточное фотоателье. За час, даже меньше, все напечатают. Деньги-то есть? Я не про паспорта говорю, за них с тебя ничего не возьму, про фотографии. Есть?

— Найду.

— Тогда иди. Только кофе допей…

Я посетил фотоателье, отдал ему фотографии и отправился гулять по городу, дожидаясь назначенного срока и шлифуя план своих действий. Заметно потеплело, и было безветренно, такая погода, несмотря на всю нелюбовь к зиме, мне нравилась, и я с удовольствием вышагивал по улицам, стараясь не попадаться на глаза милиции.

Заметив телефонную будку, я набрал родной номер.

— Алло.

— Привет, Наташа. Это я, Федор.

— А-а… — Она растерялась. — А ты где?

— Послушай, я, конечно, понимаю, как ты сейчас ко мне относишься, и прошу прощения. За все. Я во всём виноват, я был полностью не прав.

— Ты можешь приехать? — перебила она меня.

— К тебе? — Я никак не ожидал подобного предложения. — Когда?

— Сейчас. Нам есть о чём поговорить. Ты можешь?

— Не знаю… Боюсь, что вряд ли… Понимаешь, Наташка, мне надо срочно уехать из города. Я поэтому и звоню.