Слепой Агент - Сергей Майоров

— Да не здесь, а на улице! В городе такого нету…

— А здесь такого, как в городе, не найдёшь.

Сидя на корточках перед камином, блондин долго смотрел на меня, а потом спросил:

— Чего ты на меня так взъелся-то? Чего я тебе плохого сделал?

— Ничего.

— Сам ведь к нам пришёл, мы тебя не звали!

— А я и не жалуюсь.

— А-а, вижу я. — Алексей махнул рукой и поморщился. — Сам в то дело влез и нас ещё всех впутал!

— Я не специально.

Он выругался и отвернулся.

Через несколько минут Коля позвал нас ужинать. Я съел пару консервированных котлет с картофельным пюре, выпил стакан сока и рюмку коньяка. Алексей настойчиво предлагал мне налить ещё, но я отказался. Я вдруг почувствовал себя абсолютно опустошённым. Мне хотелось скорее добраться до кровати и уснуть. Но блондину нужен был собеседник, и он, прихватив коньяк, затащил меня в гостиную, где мы устроились перед камином в глубоких кожаных креслах.

— Знаешь, на чьей «ауди» ты рассекал?

— На твоей, что ли?

— Ага. Меня тут подрезали маленько, пришлось её на пару месяцев бросить. Пока в больнице валялся, пока отдыхать ездил. Жалко, офигенная была тачка! И все из-за тебя, мудака, так получилось.

За брючный ремень на правом бедре у него был заткнут пистолет, и, разговаривая, он подвигался ко мне этим боком, провоцируя захватить оружие. Дёшево. Сам он до этого додумался или посоветовал кто? Если Гаймаков, мои шансы плохи. С таким уровнем оперативного мышления он в нынешней ситуации долго не протянет. Или, наоборот, это что-то изощрённо-хитрое, что-то такое, чего я даже представить себе не могу?

— Ты молодец, что к нам пришёл, — бормотал Леха, пропустив три вместительные рюмки. — У нас своя команда подбирается, из бывших ментов. Из тех, кто работать умеет. Санек — бывший омоновец, в Чечне был. Коля на вокзале постовым служил, я — командиром взвода четыре года оттрубил…

— А чего уволили-то?

— А-а, — он махнул рукой и икнул. — Сам знаешь, раз на чем-нибудь прокололся, и все. Хорошо хоть дали «по собственному желанию» уйти.

Он напивался и нёс уже чепуху, вспоминал какие-то истории, не мог их досказать, громко ржал над своими анекдотами и называл меня то Федей, то Сергеем. Саша, который иногда заглядывал в комнату, укоризненно качал головой. Я подумал, что, реши я отобрать у блондина пистолет, проблемы это не составило бы — тот даже не заметил бы этого…

Саша вынул магазин, передёрнул затвор, ловко поймав вылетевший патрон, опять сурово покачал головой и убрал оружие в задний карман своих камуфлированных брюк.

— Пошли, я тебе комнату покажу, — сказал он и добавил извиняющимся тоном: — С ним всегда так. Совсем пить человек не умеет. Пробку понюхает — и готов…

Предоставленная мне комната располагалась на втором этаже рядом с лестницей, была скупо обставлена, но зато имела маленькую душевую кабинку. Окно отсутствовало. Дверь из крепкого дуба с массивными замками. Ручки на внутренней стороне двери не было.

— В баре выпивка, если захочешь. В шкафу — чистое бельё. Кровать можешь не перестилать, её недавно меняли и никто ещё не спал.

— Спасибо.

— Если надо будет, телевизор завтра притащим. Сейчас неохота возиться…

Он поставил ружьё к стене, достал из нарукавного кармана пачку «винстона» и предложил мне. Мы закурили.

Я чувствовал, что он хочет что-то мне сказать.

Так и было.

— Ты в пятнадцатом работал?

— Да.

— Опером?

— А ты что, меня знаешь?

— А ты меня не помнишь?

Я присмотрелся повнимательнее и виновато улыбнулся.

Он понимающе кивнул:

— Я ж тогда в форме был. Конечно, не запомнил… Прошлой зимой мы одного хрена с наркотой притаскивали. Вместе с гаишниками тогда работали и тормознули, он на джипе каком-то навороченном ехал. Героин там, что ли, был.

Я вспомнил. Февраль девяносто пятого. Я оформлял в дежурной части протокол изъятия, а задержали мужика омоновцы. Случай этот я запомнил потому, что тогда первый и последний раз видел героин «живьём».

— Вспомнил..

— Ну да, вспомнил ты! Так, из вежливости говоришь. Сейчас-то к нам какими судьбами принесло? Я так понимаю, ты уволился?

— Уволили.

— Было за что?

— Ствол прое…л.

— Да, бывает… И кем сейчас?

— Никем. Не знаю, что дальше получится.

Саша посмотрел на меня недоверчиво, расценив мой ответ как нежелание говорить, но уточнять ничего не стал. Вздохнул и сказал про себя:

— А меня через неделю после этого в Чечню отправили. Второй раз. И в первый же день угораздило. Очередь пулемётную схватил. Вот сюда. — Он отодвинул полу куртки и похлопал по обтянутому белому майкой животу, пониже рёбер с правой стороны. — Не знаю, как коньки не отбросил. Да ещё контузия. В общем, комиссовали меня. С деньгами до сих пор рассчитаться не могут. Да я и плюнул. Теперь сам им в десять раз больше заплатить могу! Обидно, жена ушла. Когда узнала, что в командировку второй раз посылают, истерику закатила. А когда сказал, что отказываться не буду, вещи собрала и — с концами. Обидно, да? И все равно уволили… Обидно.

Подхватив помповик, он крутанул его в руке, вышел в коридор и замялся, не решаясь закрыть дверь.

— Запирай, я все понимаю.

— Ты уж извини…

Он мягко закрыл тяжёлую дверь и дважды провернул ключ. Второй замок трогать не стал.

* * *

Спал я крепко и впервые за последнее время проснулся, чувствуя себя отдохнувшим.

Завтрак я готовил себе сам. Блондин Леха страдал с похмелья и не был расположен к общению с кем-либо, кроме пивной бутылки. Коля, как я понял, занимался чем-то в гараже, а Саша болтался по комнатам первого этажа, держа в руках помповое ружьё.

К полудню прикатили двое посланцев Гаймакова, похожие на агентов ФБР из кино. Мы расположились в моей комнате. Агенты аккуратно повесили на вешалки свои одинаковые светлые пальто, синхронно пригладили волосы и уселись за стол, не переставая жевать резинку и раскрывая свои дипломаты. Как я заметил, агент № 1 предпочитал ментоловую жвачку, а его напарник довольствовался клубничной.

Они начали меня допрашивать квалифицированно и быстро. При этом агент-«клубника» что-то помечал в своём блокноте, а агент-«ментол» неотрывно сверлил меня взглядом. Если бы я пытался врать, запутался бы уже на пятой минуте. Но я говорил в основном правду, да и какой-никакой опыт у меня был. Задав последние вопросы, агенты удовлетворённо посмотрели друг на друга, после чего «ментол» заметил:

— Я рад, Федор Ильич, что мы нашли общий язык.