Третий глаз - алмаз - Дарья Донцова

— У меня нет машины.

— Медицинскую страховку, читательский билет вбиблиотеку, пропуск на работу. Хоть какое-то удостоверение личности на имя ТаниПетровой, — настаивала Кара.

— Если вы отдадите архив, я вручу вам десятьтысяч долларов, — повторила Таня.

— Деньги, — еще сильнее занервничала Лариса, —они будут наши?

— Конечно, — искушающе улыбнулась Таня, — вы водной секунде от богатства. Ну что, идем в кабинет?

Кара прищурилась.

— Похоже, идея издать книгу в память о НиколаеМихайловиче пришла вам в голову уже после того, как вы переступили порог нашейквартиры.

— Ну что вы, я давно мечтала…

— Не ври, — оборвала Кара, — ты даже не знала,что папа умер, попросила его позвать.

— Это для… э… приличия, я не хотела вастравмировать, — глупо солгала Таня.

— И еще. Архива здесь нет! — отрубила Кара.

— А где он? — растерялась Таня.

— Понятия не имею.

— Куда же Егоров дел бумаги?

— Мне это неведомо.

— Но документы! Фото! — наседала Таня. —Записи! Кассеты.

Карина пожала плечами.

— Отец никогда ничего не приносил домой.

Татьяна посмотрела на вдову исподлобья.

— Деньги вы получите только в обмен нарукописи Егорова.

— Нам доллары не нужны! — отрезала Кара.

— Десять тысяч! — закричала Лариса. — Мынайдем записи!

— Хорошо, — кивнула Таня, — я вернусь черезнекоторое время.

Лариса Петровна стала рыдать, гостья,совершенно не смущенная и даже весьма довольная собой, пошла в прихожую.Карина, с трудом сдерживая возмущение, последовала за незваной красавицей.

— Не знаю, кто вы и какие цели преследуете, нов другой раз прошу здесь не показываться, — сурово сказала она, отпирая дверь.

— Тут хозяйка ваша мама! — возразила Таня.

— Вовсе нет, она тяжело больна, мы испытываемфинансовые трудности, неприлично дразнить бедных людей деньгами, — попыталасьпристыдить ее Карина.

— Я даю вам шанс заработать, — не моргнувглазом ответила Таня, — на уникальных условиях. Выплачиваю гонорар сразу,полностью. Подумайте, сумма очень приличная.

— Архива нет.

— Так ли?

— Он, если и был, остался в редакции «Лупы», —предположила Карина, — а сейчас убирайтесь и помните: мы вас не желаем видеть.

Татьяна выскользнула на лестничную клетку.

— Посоветуйтесь с мамой, она хоть и больна, даразумнее вас. Глупо отказываться от прибыли, если ее можно получить, ничего неделая!

Когда Карина вернулась к матери в спальню,Лариса Петровна заорала в ажиотаже:

— Сними с антресолей чемодан, перерой всюбиблиотеку! Может, где что и осталось! — кричала она.

Чтобы ее успокоить, Карине пришлось-такистащить на пол несколько саквояжей, но в них обнаружилась лишь малозначимаячепуха.

— Десять тысяч долларов, — словно заведенная,твердила Лариса, — если у меня три урока в день, значит, я зарабатываютридцатку, умножим эту цифру на двадцать шесть, я в месяц отдыхала четыре дня,получим э… э… семьсот восемьдесят! В году двенадцать месяцев, но упреподавателей летом простой, остается девять. Перемножим…

— Мама, перестань, — взмолилась Карина.

— Семь тысяч двадцать, — не остановиласьЛариса, — боже, это мой заработок почти за полтора года! Карина, немедленнозвони этой Тане! Скажи: мы ей разрешаем квартиру по досточкам разобрать!

— Она не оставила телефона! — ответила дочь.

— Вот горе! Ищи по справке! Таня Петрова! Оначуть младше тебя, а уже хозяйка издательства!

Карина обняла больную.

— Мама! Она врунья, нет никакого издательства,успокойся!

Лариса Петровна зарыдала, пришлось вызыватьврача… Представьте, как «обрадовалась» Карина, когда увидела очереднуюнезнакомку, которая, поздоровавшись, заявила:

— Я хочу купить у вас архив Егорова, заплачухорошие деньги.

— Я вытолкала ее вон, — заново переживаласитуацию Карина, — та уходить не хотела, кричала про доллары, мамазанервничала! Пришлось мне применить силу, я толкала дуру, та сопротивлялась,лишь когда я пообещала вызвать милицию, она убежала. Что за ерунда творится?Зачем этим бабам архив отца?

— Не знаю, — мрачно ответила я.

— Папа давно умер! — не успокаивалась Карина.— И он не Лев Толстой! Обычный журналист, питавшийся мелкими скандалами. Вполитику отец не лез, никакими тайнами не владел, шпионом не был.

— Егоров же не рассказывал дома о том, чемзанимается, — пожала я плечами.

Карина смутилась.

— Я читала «Лупу», каждый номер! У нас дажеподшивка есть! Я ее вела, папе не говорила, он со мной не дружил, времени надочь не имел и не понимал, как я его люблю. Я же… Странно быть фанаткой отца?

— Конечно, нет, — приободрила я Карину.

— Теперь-то я понимаю, — засмеялась она, —«Лупа» печатала гадости и сплетни, гордиться отцу было нечем: муж убил жену испрятал ее в кровати тещи! Сестра родила от брата младенца! Соседи поранилидруг друга, не поделив сотку земли. Хотите посмотреть?

— С огромным удовольствием, — совершенночестно ответила я.

И тут раздался звонок в дверь.

— Это ученица, — занервничала Лариса Петровна.— Кара, дай мне палку!

— Мама, — изумленно сказала Карина, — ты же неможешь стоять!

— Неси скорей трость, — потребовала Лариса. —Даша, вы можете открыть?

Я пошла в коридор, отперла дверь и увиделаМаринку с Настей.

— Здорово, что ты здесь, — заявила Марина, —слушай, я так тебе благодарна. Найти летом репетитора практически невозможно,да еще за десять баксов. Настя, немедленно скажи Даше «спасибо».

— Спасибо, — не выразив ни малейшей радости,пробурчала двоечница.