Роковая ошибка - Найо Марш

Резко повернув за угол и миновав березовую рощицу, они въехали в деревню: двойной ряд коттеджей, по дюжине с каждой стороны, окаймлял Лонг-лейн, все дома были погружены в глубокий сон. Над деревней возвышалась церковь, ее башни вырисовывались на фоне звездного неба, остальная часть здания тонула в деревьях. Луна еще не взошла, поэтому и Лонг-лейн, и склон холма, и кустарник находились в глубокой тени.

Аллейн поставил машину на площадку перед церковью, и они вышли.

– Ага, – заметил Аллейн, – кто-то на Стайл-лейн еще не спит.

– Это дом вдовы Блэк, – пояснил сержант. – Кто-то ухаживает за ней, скорее всего, брат.

– Ухаживает? Почему?

– А вы не слышали? Ее сегодня, когда она возвращалась с похорон, сбил грузовик. Выехал из-за того слепого угла. Я уже сколько твержу, что когда-нибудь это должно было случиться. Парень, слава богу, очень медленно выезжал из-за поворота – а тут она. Он довел ее до дома и сообщил нам.

– Это сестра садовника Брюса? – уточнил Фокс.

– Да, она, мистер Фокс. Лучше их не беспокоить.

– Я об этом ничего не знал, – пробормотал Аллейн. – Если Брюс увидит из окна свет там, где он вчера копал могилу при свете своей лампы, он может пойти посмотреть, что происходит. Черт! – Он задумался на минуту. – Что ж, мы ему скажем. Почему бы нет? А теперь давайте начнем. Сержант, я хочу, чтобы вы сделали точно то, что, по его словам, делал Арти. Когда настанет время, вы залезете в его лежбище в кустах. Но еще не сейчас. Мы скажем когда. Я буду изображать Картера. Мистер Фокс – Брюса. Единственное, что вам нужно будет делать, это держать глаза и уши открытыми и рассказать нам очень точно обо всем, что вы увидите и услышите. Лампа здесь? А лопата? Ну, пошли, и потише.

Он очень осторожно открыл воротца крытого прохода на кладбище и при первом же раздавшемся скрипе внимательно осмотрелся. Один за другим они проскользнули внутрь и тихо поднялись по ступенькам.

– Не включайте фонари без особой надобности, – сказал Аллейн. Когда их глаза привыкли к темноте, сквозь нее проступили очертания надгробий. Они поднялись на самый верх, вслед за Аллейном обогнули церковь – неф, северный трансепт, алтарную часть – и вышли к участку Пасскойнов и могиле Сибил Фостер. От цветов, покрывавших могильный холм, в ночном воздухе исходил густой запах, целлофановые обертки букетов посверкивали в свете звезд, как будто были покрыты флуоресцентной краской.

Фокс и Макгинесс склонились над лампой. Наконец она вспыхнула. Ближнее пространство стало отчетливо видно в ее белом свете. Сержанту потребовалось время, чтобы отрегулировать яркость. Фокс разогнулся, и его гигантская тень легла на деревья. Лампа шипела. Фокс поднял ее и поставил рядом с могилой. Они немного повременили, чтобы убедиться, что она горит ровно.

– Хорошо, – сказал Аллейн Фоксу, – дайте нам восемь минут, чтобы спуститься обратно, и начинайте. Не смотрите на пламя, сержант, оно вас ослепит. Пошли.

Благодаря свету, падавшему теперь из-за лампы, церковь отбрасывала более густую тень, и спуск занял больше времени, чем подъем. Когда они вернулись к машине, Аллейн тихо произнес:

– Теперь я покажу вам лежбище. Оно в кустах на противоположной стороне улицы, чуть правее. Тут ярдах в четырех впереди в насыпи есть просвет, перегороженный плетеными воротами. Вы сможете приоткрыть их, пройти на поле, а потом вернуться назад и подойти к лежбищу с тыла. Если случайно кто-нибудь появится на улице и заинтересуется, что мы делаем, – мы ищем пропавшего ребенка, который, вероятно, заснул под кустами. Присмотритесь, чтобы узнать нужное место с обратной стороны. Вон там над кустами возвышается ореховое дерево, это ориентир.

Они двинулись вдоль живой изгороди и дошли до просвета в кустах.

– Ныряйте, – прошептал Аллейн, – там поворачивайте налево, а потом шесть шагов назад. Вам придется залезть внутрь в шлеме и во всем обмундировании. Когда устроитесь, тихонько свистните, тогда я двинусь по Стайл-лейн, а для вас начнется ваша наблюдательная миссия.

Он проследил, как призрачная фигура сержанта вскарабкалась на насыпь, протиснулась между створок ворот и скрылась в кустах. Тогда он обернулся и посмотрел на церковь. Теперь она выглядела по-другому. Ее окружал нимб света. Верхушки деревьев за участком Пасскойнов обозначились четко и зловеще, напоминая театральную декорацию, и прямо у него на глазах выросла гигантская человеческая тень, падавшая на деревья, она ритмично вскидывала руки и размашисто то поднимала, то опускала тень лопаты. Это мистер Фокс приступил к исполнению своей пантомимы.

Шло время. Сержант пока не свистнул. Деревенская тишина, которая никогда не бывает абсолютной, обрастала своими обычными ночными звуками: шелест в кустах, отдаленный шум шоссе, шуршание каких-то мелких существ, спешащих в ночи по своим делам.

– С-с-с-т!

На насыпи, в просвете между кустами, на фоне освещенного окна дома миссис Блэк вырисовывался шлем сержанта. Аллейн вскарабкался обратно наверх и склонился над изгородью.

– Арти здесь, – выдохнул сержант Макгинесс. – В своей норе. Лежит, свернувшись клубком. Господи, я чуть не залез прямо на него.

– Спит?

– Как убитый.

– Неважно. Возвращайтесь и спуститесь в ложбинку под его норой. Ваша голова будет на одном уровне с его. Мне просто надо убедиться, что он мог видеть и слышать то, о чем рассказывал. Ну, идите.

Сержант ушел. Аллейн вернулся на улицу и немного прошелся вперед. Теперь он был недалеко от дома миссис Блэк. Свет в окне уже не горел. Он подождал минуту-другую и зашагал обратно по собственным следам, идя теперь посередине улицы. «Интересно, был ли Клод Картер вчера в своих туфлях на каучуковых подошвах? – подумал Аллейн. – И если Чокнутый Арти проснулся и видит меня сейчас, повторит ли он свой жуткий вопль?»

Он находился в этот момент прямо напротив лежбища. Никаких признаков присутствия сержанта в густой темноте под кустами видно не было.

Аллейн остановился.

И вдруг – словно железный кулак врезался ему в челюсть.

III

Он лежал посреди улицы, уткнувшись в гравий лицом, которое чудовищно болело, и слышал чьи-то сумбурные голоса.

– Мистер Фокс! Подойдите сюда, мистер Фокс! – сердито кричали они.

Его подняли и прислонили к чьему-то мощному бедру.

– Я в порядке, – произнес кто-то. Да он же сам и произнес. – А где Фокс? Что случилось?

– Чертов придурок. Он швырнул в вас кирпичом. Через мою голову. Господи, я уж думал, он вас убил, мистер Аллейн, – сказал сержант Макгинесс.

– Где Фокс?

– Здесь я, – отозвался Фокс. Его крупное озабоченное лицо заслонило Аллейну звезды. Он тяжело дышал. – Вот он я, – повторил инспектор. – С вами все будет хорошо.

Где-то на склоне, за живой изгородью, ревел разъяренный голос:

– А ну