Византийский манускрипт - Михаил Палев

Кравцов оказался прав: на обзорной площадке в лучах закатного солнца он увидел Бородатого. Тот был один. Кравцов после короткого раздумья по узкой каменной тропинке пошел к нему. Бородатый, накинув капюшон ветровки на голову, стоял посредине площадки, держа на вытянутых руках какой-то продолговатый предмет. Кравцов ступил на площадку и откашлялся.

– Извините, не помешаю? – спросил он.

– Нет, что вы! – откликнулся Бородатый. – Смотрите, как интересно!

Он стоял боком к Кравцову, и его лица не было видно из-за надвинутого капюшона. А вот предмет на его ладонях Кравцов разглядел. Это был стержень с обвившей его металлической змейкой. В глаза змейки, видимо, были вставлены драгоценные камни: в лучах закатного солнца они горели кроваво-красным светом. Кравцов, как завороженный, смотрел на эти красные, словно подсвеченные лазером, яркие точки. Тем временем край солнечного диска нырнул за горизонт. Сразу потемнело, вдруг подул ледяной ветер, а площадка осветилась странным призрачным светом, исходящим словно бы ниоткуда. И, словно от порыва ветра, змейка повернулась головой к Кравцову. Ее глаза продолжали ярко гореть.

– Вы знаете, что находится в той стороне, куда смотрит змея? – спросил Бородатый.

– Вроде бы Будва, – сориентировался Кравцов.

– Точно! – согласился Бородатый. Он повернулся лицом к Кравцову, продолжая держать в одной руке стержень со змейкой, а другой отбросил капюшон. Несмотря на скупой свет, Кравцов узнал его.

– Это вы! – вскричал он, чувствуя, что силы его покидают.

– Странно, а мы разве знакомы? – усмехнулся Бородатый. – Впрочем, это неважно. Я всегда рад помочь и незнакомому человеку. Не бойтесь, я вам помогу.

– Мне не надо помогать, – ответил Кравцов и почувствовал, что губы перестают ему повиноваться. И не только губы: все тело словно стало чужим. Кравцов понял, что куда-то проваливается… Сквозь окутывающий сознание туман до него донеслось:

– Я помогу вам, не бойтесь!

Кравцов упал на каменные плиты, но уже не ощутил этого: он потерял сознание.

* * *

Очнулся он в больничной палате. «Черт возьми! Что произошло? Как я тут оказался? И больница ли это? Похоже, больница: стены выкрашены в белый цвет, две койки и медицинские прибамбасы возле них… Точно, больница! С какой стати?» Кравцов попытался припомнить предысторию. Так: утром он отправился подстраховать Кайтелер и Кудасова. Слежки за ними не было до самого «Соле Мио» – это точно! Там они сели в машину профессора и поехали в Котор. А вот где-то в Грбали появился асфальтового цвета «Гольф», который неотступно следовал за машиной профессора до самого Котора. На набережной из асфальтового «Гольфа» вышел мужчина с «капитанской» бородкой, в темных очках и ветровке с капюшоном. Он следил за Кайтелер и Кудасовым до собора Святого Трифона, а затем исчез и появился только на набережной. Там он поймал такси и поехал в сторону Ловчена. Кравцов решил проследить за ним и тоже поймал такси. Они добрались до автомобильной стоянки перед лестницей к мавзолею Негоша. А дальше… А что было дальше?

Кравцов с досады помотал головой и вскрикнул: в затылке запульсировала резкая боль. Он осторожно ощупал голову: так и есть – приличных размеров шишка. Кто же это его так? Бородатый, что ли?

Отворилась дверь, и в палату вошли двое: мужчина и женщина в белом халате. Мужчина сел на стул рядом с койкой.

– Как вы себя чувствуете, господин Кравцов? – спросил он. – Вы можете говорить?

– Да, могу, – подтвердил Кравцов и спросил: – А вы кто?

– Я представитель вашей туристической компании, Радко Плашич. А это ваш лечащий врач, Милена Драгович. Вас доставили сюда с горы Ловчен. Вы поднимались по ступенькам к мавзолею и, видимо, потеряли сознание. Такое бывает: лестница очень длинная, горы, нехватка кислорода: не каждому удается рассчитать свои силы. Вы упали и ударились головой о ступеньку. Вы были там один?

– Насколько я помню, один, – подтвердил Кравцов.

– Это было опрометчиво с вашей стороны, – неодобрительно покачал головой Плашич. – Вечером на Ловчене почти не бывает туристов. Вам повезло, что вас своевременно обнаружил ваш соотечественник. Он сообщил охране, и вас донесли до машины, на которой вы приехали, и отправили сюда, в Цетинье, в госпиталь. Вас обследовали врачи: ничего страшного, просто легкое сотрясение мозга и небольшая гематома на затылке. Но вам лучше побыть здесь день под наблюдением врача. А вечером вас отвезут в Будву, в вашу гостиницу, на машине нашей туристической компании. Страховка у вас есть, поэтому о деньгах не беспокойтесь. Вот номер телефона водителя, который вас привез: вам нужно расплатиться с ним за поездку. У вас есть какие-нибудь просьбы?

«Надо немедленно позвонить Кайтелер и узнать: все ли у них в порядке? И поставить в известность о происшедшем Таврова!» – подумал Кравцов и спросил:

– Где мой мобильник?

* * *

– Что вы еще желаете посетить? – спросил Вуланович, высаживая своих гостей возле Старого города Будвы.

– Мы хотели бы осмотреть музей в Цитадели, – ответил Кудасов. – Ведь Папович принимал участие в создании музея, не так ли?

– Да, это так, – согласился Вуланович. – Вы думаете, что там могут остаться лично принадлежавшие ему документы, где есть упоминание о его фамильном талисмане?

– Мало ли, всякое может быть… – уклончиво заметил Кудасов. – В запасниках музеев часто попадаются любопытные вещи.

– Влад, профессор устал, и у него могут быть сегодня еще дела, – вмешалась Кайтелер. – И хочу напомнить, что мы еще не ели. И профессор, кстати, тоже не обедал.

Кудасов еще в Которе съел кусок пиццы с пивом, потому энтузиазма по поводу обеда не проявил.

– Лучше посетить музей сегодня, потому что сегодняшний день я запланировал специально для вас и у меня нет других дел, – пояснил Вуланович. – А вот завтра у меня очень плотный график, я рано утром уеду в Подгорицу и не знаю, когда освобожусь.

– Отлично! Значит, идем в музей Цитадели! – решительно заявила Кайтелер. – Надеюсь, там есть ресторан?

– Да, есть, – подтвердил Вуланович. – Но там дороже, поэтому лучше пообедать где-нибудь в другом месте. Но что скажет ваш спутник?

– А куда я денусь с подводной лодки?! – проворчал Кудасов и, перехватив недоуменный взгляд профессора, пояснил: – Идем обедать, а потом в Цитадель.

– Одну минуту, я свяжусь с хранителем музея, – сказал Вуланович, доставая мобильник. Переговоры завершились быстро. – Я сказал, что мы будем примерно через час! – объявил профессор. – А сейчас идем обедать. В конобу «Галеб».

Коноба оказалась рыбным рестораном с открытой верандой на втором этаже. Поев, они отправились в Цитадель.

Цитадель Будвы представляла собой комплекс из отстроенной австрийцами в 1836 году на руинах древнего городского замка казармы и орудийных площадок. На остатках донжона, уже давно не выглядевшего мощной оборонительной башней, но по-прежнему остававшегося самой высокой точкой Цитадели, развевался черногорский флаг. В большом здании бывшей казармы – утилитарном творении австрийской военно-инженерной мысли – ныне размещались и музей, и ресторан.