Византийский манускрипт - Михаил Палев

На небольшой площади, наполовину заставленной столами под зонтиками, вздымал к небу две колокольни, квадратные в плане, сам собор. Над большой аркой входа виднелось неизменное для древних храмов розеточное окно. За собором высилась гора с руинами крепостных сооружений и силуэтом словно вырастающей из камня церкви.

– Это действующий католический собор, – предупредил Вуланович. – Поэтому он сейчас может быть закрыт для туристов. Но я постараюсь договориться, чтобы нас впустили.

Они вошли в храм, и Вуланович, подойдя к священнику, что-то ему сказал. Тот посмотрел на его спутников и кивнул. Вуланович вернулся и сказал:

– Все в порядке. Служба закончилась, и вы можете осмотреть собор. Здесь можно фотографировать.

Кайтелер с Кудасовым уставились на пол, выложенный полированными бежевыми и коричневыми мраморными плитками. Некоторое время они созерцали плиточные узоры пола, затем Кайтелер насмешливо произнесла:

– Однако… В моем подъезде пол точно подревнее будет… Лет эдак на сто пятьдесят!

Кудасов поднял глаза на Вулановича и растерянно спросил:

– Да, но… ведь собор был построен в XII веке? Или я ошибаюсь?

– Вы правы, – согласился Вуланович. – Собор Святого Трифона был построен в 1166 году. Но за это время он неоднократно перестраивался, и происходило это вовсе не по причине архитектурных новаций: Котор с тех пор пережил пять сильнейших землетрясений. После каждого такого случая собор реставрировали, в том числе и после последнего землетрясения 1979 года.

– А пол во время последней реставрации меняли? – спросила Кайтелер.

– Разумеется, ведь он был сильно поврежден, – ответил Вуланович. – Но это не значит, что пол, который был до этого, относился к моменту постройки собора в XII веке. В середине XV века, когда Котор перешел под покровительство Венеции, в соборе был произведен ремонт за счет Ордена доминиканцев, в ходе которого положили новый пол.

– А там не было написано, почему вдруг доминиканцы решили обновить пол в соборе? – поинтересовалась Кайтелер.

– Причина проста: за триста лет он был сильно истерт ногами прихожан, – пояснил Вуланович. – Кроме того, согласно тому документу, доминиканцы не только поменяли плиты пола, но и отремонтировали все обветшавшие части здания.

– А куда делись старые плиты? – спросил Кудасов.

– Об этом в бумагах нет ни слова! – развел руками Вуланович. – Может быть, их использовали в качестве строительного материала во время ремонта, а возможно, что и просто выбросили… Дело в том, что в документе, о котором я упомянул, доминиканцы отчитывались за израсходованные на ремонт собора средства. Замена плит пола там фигурировала отдельной строкой. А вот что стало со снятыми старыми плитами… Кто же это сейчас может знать?!

Кудасов с Кайтелер переглянулись.

– Ну ни хрена ж себе! – воскликнул Кудасов.

– Что вы сказали? – не понял Вуланович.

– Он просто выразил разочарование, не найдя подтверждения одной своей теории, – пояснила Кайтелер. – Скажите, профессор, а когда вы поедете обратно в Будву?

– Мне нужно зайти в культурный центр, так что давайте встретимся через два часа на площади Оружия, – предложил Вуланович. – Это площадь перед воротами, через которые мы вошли в город. А вы сможете, не торопясь, осмотреть город, зайти в морской музей, да и пообедать. Договорились?

– Договорились, – подтвердил Кудасов. Профессор исчез в одном из извилистых переулков, а Кайтелер с Кудасовым зашли в кафе напротив собора, заказали по чашке эспрессо и обсудили положение вещей.

– Я все думал: ведь должны быть какие-то указания, где искать артефакты? – сказал Кудасов. – Предположим, что в первой части манускрипта излагалась предыстория, во второй части содержалась информация о местонахождении артефактов, а в третьей – был зашифрован сам ритуал. У монахов осталась первая часть, третья оказалась у тебя, а вторая так и сгорела! Получается, что плиты пола – единственный источник, указывающий на местонахождение артефактов. И это предположение подтвердилось! Едва найдя подходящий предлог, доминиканцы тут же демонтировали и вывезли плиты пола, на которых содержалась информация о том, где искать артефакты!

– Подожди! – остановила его Кайтелер. – Профессор сказал, что пол отремонтировали по причине износа плит. Если что-то на них и было написано, то все надписи за триста лет стерлись ногами прихожан.

– Если надписи были действительно нанесены с другой стороны плит, то они сохранились бы идеально, – заметил Кудасов.

– Хорошо, предположим, что это так. Но как можно указать местонахождение артефактов, разбросанных по всему миру? – возразила Кайтелер. – Или ты забыл, что тогда не было спутниковой навигации?

– Уже тогда люди знали, что Земля имеет форму шара. А на шаре можно организовать четкую систему координат с помощью сетки меридианов и параллелей, – объяснил Кудасов. – Причем нулевая параллель однозначно проходит через экватор, проблема лишь с определением нулевого меридиана. Но если указания по этому поводу содержались в первой части Откровения Серебряного Ангела, то доминиканцы получили в свои руки точные данные, где искать артефакты. Уже во времена Колумба мореплаватели сравнительно точно умели вычислять свое местоположение по звездам. Так что не вижу проблем с определением координат артефактов. Разумеется, доминиканцы не имели в своем распоряжении моего прибора, но зато они имели много времени и фанатичных монахов, готовых искать артефакты день и ночь, да хоть всю жизнь. А поскольку артефакты всегда обнаруживались в местах с выраженным присутствием аномалий, то задача по их поиску существенно упрощалась. За пятьсот лет они собрали артефакты по всему миру, и остались лишь те, что были спрятаны на территории бывшей Российской империи. Там доминиканцам было очень сложно работать: ведь власти царской России и церковные иерархи Православной церкви всегда настороженно относились к деятельности католических священников и монахов на своей территории. И не случайно даже такой добрый католик, как Змаевич, предпочел завещать свой талисман не доминиканцам, а дальнему родственнику. Похоже, что и он побаивался фанатичных доминиканских монахов: ведь именно доминиканцы вместе с францисканцами возглавляли инквизицию, а эту организацию боялись и ненавидели даже католики, поскольку от фанатиков всегда можно ожидать любой гадости. На кострах инквизиции, как известно, сожгли немало добрых католиков, попавших туда по наветам недоброжелателей.

– Тут я спорить не буду, – согласилась Кайтелер. – Давай подведем промежуточный итог. Во-первых, мы узнали абсолютно точно, где находится артефакт, бывший талисманом адмирала Змаевича. Во-вторых, мы нашли убедительные подтверждения версии, что ключ к местонахождению артефактов находился в плитах пола собора Святого Трифона и что эти плиты оказались в распоряжении доминиканцев. И именно благодаря этому ключу они получили в свое распоряжение большую часть артефактов. Собственно, больше нам выяснять здесь нечего.

– И мы можем со спокойной совестью оставшееся время посвятить отдыху, – подытожил Кудасов. – Тем более что пора тебе наконец задействовать захваченный с собой ассортимент купальников.