Игра в пятнашки - Рекс Стаут

Кремер облизал губы:

– Да. И объяснил почему. И продолжаю так думать.

– Вы ошибаетесь. Я не отправлял его. Поскольку вы потребовали письменных показаний под присягой от Арчи, то можете получить их и от меня. На этом и остановимся. Я напишу, что не посылал его в парикмахерскую, знать не знал, что он туда отправляется, и ничего не слышал об убийстве, пока он не вернулся и не рассказал мне.

– И вы присягнете в этом?

– В качестве одолжения вам – да. Коли вы потратили время на визит ко мне, должны же что-то получить взамен. – Вульф потянулся за второй бутылкой. – Кстати, я так и не понял, зачем вы вообще пришли. Если верить Арчи, убийца известен и вам остается только его поймать… Тот гардеробщик… Э-э… Карл. И его жена, ты говорил, Арчи?

– Да, сэр. Тина, одна из маникюрш. Пэрли сказал мне, что они сделали это и смылись.

Вульф хмуро взглянул на Кремера:

– Тогда чего вы ожидали получить от меня? Чем я мог вам помочь?

– Только тем, что я и сказал, более ничем, – упрямо гнул свое Кремер, выливая в бокал остатки пива. – Если я вижу, что поблизости крутится Гудвин, то желаю знать зачем.

– Не верю, – грубо ответил Вульф и повернулся ко мне: – Арчи, думаю, это ты во всем виноват. Ты чересчур нахален и слишком много болтаешь. Наверняка что-нибудь ляпнул или выкинул какой-нибудь фокус. И какой же?

– Ну конечно, у вас всегда Арчи во всем виноват, – обиделся я. – Всего-то пришел побриться, а у Эда был клиент. Пришлось ждать. Вот я от нечего делать и поболтал с Пэрли, полистал журнал… Только полистал, читать не стал. А потом поговорил с инспектором Кремером, затем с Джанет, для вас – мисс Шталь, еще с Эдом, когда сел к нему. Точнее, это он говорил…

– И что ты сказал мистеру Кремеру?

– Да практически ничего, просто ответил на вежливый вопрос.

– А мистеру Стеббинсу что говорил?

Я решил, что понял, к чему он клонит, и очень надеялся, что не ошибся.

– Да просто спросил, что́ происходит, и он рассказал. Я же вам отчитался.

– Не дословно. Что ты ему сказал?

– Да ничего, черт побери! Естественно, Пэрли хотел знать, чего это меня туда принесло, и я сказал ему… А! Подождите-ка! Пожалуй, вы правы! Он спросил, видел ли я этим утром Карла или Тину, и я ответил, мол, конечно, я отвел их в нашу гостиную и велел меня дожидаться, и если он поторопится…

– Ха! – восторжествовал Вульф. – Так я и знал! Твой чертов длинный язык. Так вот в чем дело. – Он повернулся к Кремеру: – Что ж вы тянули с облавой? – спросил он, стараясь, впрочем, чтобы слова его прозвучали не слишком презрительно. В конце концов, Кремер пил его пиво. – Раз уж Арчи опрометчиво выболтал наш маленький секрет, бессмысленно утаивать его и дальше. Так мы в основном и используем нашу гостиную – прячем в ней убийц. Вы ведь вооружены, полагаю? Идите и задержите их. Арчи, открой ему дверь.

Я подошел к двери в гостиную и открыл ее, хотя и не слишком широко.

– Самому-то мне боязно, – обходительно заметил я, – а так рад был бы помочь.

Кремер держал полный бокал пива, и, вполне вероятно, только благодаря этому трюк и сработал. С его-то настырностью, он вполне мог встать да пойти в ту комнату – пускай даже наш спектакль и убедил его, что она пуста. Пойти, совершенно не заботясь о том, как мы над ним посмеемся и какой глупый вид у него будет по выходе оттуда. Но бокал пива усложнял задачу. Ему бы пришлось либо отправиться в гостиную с бокалом, либо сначала поставить его на столик… либо же запустить им в Вульфа.

– Вздор, – отмахнулся он и поднес бокал ко рту.

Я небрежно толкнул дверь, даже не удосужившись взглянуть, закрылась ли она, и по пути на свое место еще и зевнул.

– По крайней мере, – ткнул Вульф Кремера носом, – меня нельзя упечь за решетку за укрывательство прячущихся от правосудия… Ведь это одна из ваших любимых угроз. Но я все равно не понимаю, чего вы хотите. Если это они, вы, несомненно, их поймаете. Еще есть что-нибудь?

– Ничего не хочу, разве только лишний раз убедиться. – Кремер взглянул на наручные часы. – Ладно, поеду к себе. Я туда и направлялся, просто по дороге решил заглянуть и послушать, что́ вы имеете мне сказать. Не сомневайтесь, мы их возьмем. В моем городе убийство копа просто так с рук никому не сходит. – Он встал. – Как никому не сошло бы с рук и укрывательство его убийц. Благодарю за пиво. Буду ожидать ваших письменных показаний, и если…

Зазвонил телефон. Я повернулся и снял трубку.

– Офис Ниро Вульфа, Арчи Гудвин у телефона.

– Инспектор Кремер у вас?

Я ответил, мол, да, подождите.

– Это вас, – сказал я ему и отошел в сторону.

Он взял трубку. В общей сложности инспектор произнес не более двадцати слов, в основном слушал. Потом бросил трубку на рычаг, проворчал что-то о новых неприятностях и направился к двери.

– Их поймали? – бросил я ему вслед.

– Нет. – Он не обернулся. – Кое-кто пострадал… Шталь, та девушка.

Я двинулся за ним, намереваясь хотя бы открыть перед ним другую дверь, однако он вышел прежде, чем я нагнал его. Мне оставалось только вернуться в кабинет.

Вульф вставал, и я удивился: к чему это такие усилия? Однако взгляд на настенные часы показал, что уже без пяти четыре – время нанести дневной визит в оранжерею.

– Он говорит, на Джанет напали, – констатировал я.

Вульф, допивавший пиво, лишь хмыкнул.

– Я кое-что должен Джанет. Кроме того, это может свидетельствовать в пользу невиновности Карла и Тины. Нам необходимо узнать подробности. Обычно я не бреюсь два раза в день, но законом это не возбраняется. Я могу добраться туда за десять минут. Почему бы и нет?

– Нет. – Он поставил бокал. – Там видно будет.

– Меня не устраивает это ваше «Там видно будет». Мне необходимо что-нибудь делать. Я потерял десять фунтов за десять секунд, пока стоял и держал эту дверь, стараясь делать вид, будто посмеюсь от души, если ему вздумается зайти внутрь и проверить. Если бы не наши гости, я бы почти желал, чтобы он так и поступил. Просто чтобы посмотреть, как вы будете выкручиваться, не говоря уж о себе. Мне необходимо чем-то заняться.

– Заниматься нечем. – Вульф посмотрел на часы и двинулся. – Будь так добр, положи эти папки на место. – На полпути к двери он обернулся: – Меня беспокой только в самом крайнем случае. И не пускай больше в дом никаких перемещенных лиц. Двух зараз вполне достаточно.

– Кормили-то их вы… – начал я с чувством, но он уже удалился.

Через мгновение до меня донесся шум лифта.

Я убрал папки, отнес бутылки и бокалы на кухню, а затем направился в гостиную. Тина, лежавшая на диване, села, когда я зашел, и окинула взглядом подол своей юбки. Ноги у нее были красивые, но сейчас они меня не занимали. Карл встал с кресла подле изножия дивана и одним взглядом задал мне сразу несколько вопросов.