Она в моем сердце - Татьяна Полякова

Я так грохнула кулаком по столу, что сама подпрыгнула от неожиданности. Обида жгла каленым железом.

– Предатель, сволочь, – бормотала я. Довольно странно, учитывая, что с момента встречи в ресторане я твердо знала: мне следует держаться от него подальше, а потом и вовсе подозревала во всех смертных грехах. Но теперь, когда грехи из разряда возможных перекочевали в разряд практически доказанных, я никак не желала с этим мириться. Выходит, все-таки верила: в его отношении ко мне не все было актерством и наглым враньем. Следовало больше доверять интуиции и меньше предаваться несбыточным мечтам.

Каюсь, мое тогдашнее состояние скорее напоминало гнев обманутой любовницы, а не праведное негодование человека, узнавшего, что под личиной восхитительного мужчины, возможно, скрывается убийца. А ведь с самого начала чувствовала… и все равно вляпалась.

– Мало тебе не покажется! – рявкнула я, вовсе не себя имея в виду. И направилась к двери. Потом вспомнила, что у меня есть ключи от дома Алекса, и вернулась за ними. Мое решение немедленно выяснить отношения с мерзавцем было глупостью чистой воды. Наверное, кое-какие надежды во мне еще теплились. Здравая мысль, что человеку, которого я подозреваю в убийстве, ничего не стоит и со мной разделаться, попросту не пришла в голову.

На всех парах я летела к дому Алекса, балуя себя картинами праведной мести. Окна в доме были темными, Алекс ложился поздно, и это слегка удивило. Потом возникло разочарование, вдруг он в городе? Подойдя ближе, я увидела его машину и вздохнула с облегчением. Значит, все-таки здесь. Хотела подняться на крыльцо, но внезапно передумала. Обошла дом и заметила, что в одном из окон сквозь плотные жалюзи пробивается узкая полоска света.

Первоначальную идею ворваться разгневанной фурией сменило желание немного разведать обстановку. Я приблизилась к двери, выходящей на лужайку, и потянула ручку на себя. Дверь заперта. Вставила в замок ключ, тот, что поменьше, он легко повернулся, я приоткрыла дверь и проскользнула в коридор.

– Не смеши мои подметки, – услышала я голос Алекса.

Он в соседней комнате, дверь в которую распахнута настежь. Разговаривает по телефону или у него гости? Практически бесшумно я приблизилась к дверному проему, заглянула в комнату и едва не икнула от неожиданности. Кстати, было с чего. Алекс сидел на стуле посреди комнаты, из одежды – одни джинсы, ноги его были примотаны скотчем к ножкам стула, руки заведены назад. Он смотрел куда-то в угол и нагло скалил зубы. В голову пришла нелепая мысль, что так он развлекается с подружкой. Может, объявили неделю всенародного мазохизма, а я не в курсе? Тем хуже для вас, голуби. Я набрала в грудь воздуха, чтобы изречь что-нибудь типа «извините, что я не вовремя, но с оргазмом придется повременить», и тут в поле моего зрения возник здоровенный детина. Шагнув к Алексу, он сказал укоризненно:

– Ну, что ты за человек, а? – загородив от меня связанного своей спиной.

– О деньгах, которые ты имеешь в виду, я ничего не знаю, – ответил Алекс. – А свои не дам. – Детина взмахнул кулаком, чуть сдвинувшись в сторону. Голова Алекса дернулась от удара. – Ух ты, – сказал он и потряс ею немного, наверное, пытался вернуть мозги на место, улыбнулся во весь рот, предварительно сплюнув кровь, и добавил: – Все равно не дам. Жалко.

– Где деньги, клоун хренов? – рявкнул здоровяк.

– А мне откуда знать?

Я стояла и хлопала глазами, вместо того чтобы бежать со всех ног. Здоровяк, должно быть, почувствовал чье-то присутствие за спиной и резко повернулся. Я еще могла сбежать, попытаться уж точно следовало бы, но ноги словно приросли к полу. Так во сне бывает: опасность рядом, а ты не в силах двинуться с места. Само собой, оба меня увидели.

– Господи, как же ты не вовремя, – покачал головой Алекс в крайней досаде, зато его приятель обрадовался.

– Мама дорогая, – хлопнул он себя по ляжкам. – Какие люди… а мне сказали, тебя похоронили. – Я попятилась назад, но он в два прыжка оказался рядом и сгреб меня за шею. – Привет, красавица, давно не виделись.

– Здрасте, – испуганно кивнула я. – А вы кто?

– У тебя никак амнезия? – ахнул он. – Беда-то какая… Ну, ничего, сейчас память начнет стремительно возвращаться.

В руках у него появился пистолет, он ткнул дуло мне в висок, а Алекс сказал:

– Юрик, не пугай зря девку. Пистолет без глушака, нажмешь сдуру на спуск, вся округа соберется.

– У меня найдется еще кое-что, – с подлой улыбкой ответил Юра, убрал пистолет, но легче от этого стало лишь на мгновение, теперь в руках он держал нож. Острие уперлось мне в кость под левым глазом, и я обмякла в его руках. Нож пугал куда больше пистолета. – Расскажи-ка папочке, что вы за херню затеяли, моя прекрасная покойница. Говори, не то прошлый раз тебе сахаром покажется. – В ответ я лишь смогла невнятно мычать. – Алекс, – повернулся к нему Юрик, – будешь дурака валять, я эту сучку…

– Да хоть на куски разрежь, мне-то что, – порадовал тот. – Только ты зря решил, что это твоя бывшая.

– Да? А кто это? Дева Мария?

– Насчет девы не знаю, хотя весьма вероятно. В постель я ее так и не уложил. Не хочется думать, что обаяние подкачало… да, пожалуй, что и дева.

– Алекс, кончай языком молоть. Ты меня дураком считаешь? Я что, по-твоему, слепой?

– Да вроде нет. Мы ведь никуда не торопимся? Сядь, и я попробую все объяснить. Предупреждаю, тебя ждут испытания. Поверить в такое трудно.

– Во что поверить? – малость прибалдел Юра, ослабляя хватку.

– В то, что это не Виола, а девушка по имени Яна.

– Успел ее снабдить новым паспортишком? – съязвил тот.

– Ты на ее грудь взгляни, – не унимался Алекс.

Юра развернул меня к себе и дернул за вырез платья. Пуговицы посыпались, а он принялся за бюстгальтер. Одно хорошо, нож положил на стол, чтобы орудовать двумя руками. Грудь моя оказалась обнаженной, и мы оба на нее уставились. Юра с недоумением, а я с интересом: что он там рассчитывал увидеть?

– Ну, и где твоя отметина? – спросил Алекс. – Я когда в первый раз с девчонкой столкнулся, тоже принял ее за Виолу. Оказалось, у нашей красавицы есть сестра. Кстати, она дура дурой и к интересующему тебя делу отношения не имеет.

– Я тебя слишком хорошо знаю, – хмуро бросил Юрик. – Не надейся, что сможешь выкрутиться.

Однако в лице его читалось сомнение, а еще интерес. Он пододвинул стул и усадил меня неподалеку от Алекса, замер, сложив руки на груди, и сверлил меня взглядом.

– Юра, твою метку ни один пластический хирург не уберет так, чтоб следов не осталось, – укоризненно произнес Алекс.

– Это вы Виолу убили? – брякнула я, обращаясь к здоровяку.

– Прирезал бы суку, можешь не сомневаться, если б нашел, – ответил он. – И за этим весельчаком целый год гонялся. Подумать только, он теперь бизнесмен, – Юра хихикнул и головой покачал.