Поцелуй скорпиона - Анна Михалева

— Мы же свидетели…

— Лично я ничего не видел и ничего не знаю! — отчеканил Егор.

— Знаешь! — истерически взвизгнула тетя Маня.

— Понятия не имею, о чем вы говорите!

Кучин с Малолетним молча слушали перебранку соседей, переводя недоуменные взгляды с одного на другую. Потом капитан не выдержал и рявкнул:

— Тихо! — и снова обратился к Малолетнему: — Какого хрена они здесь?!

— Мне казалось, что это принесет некоторые результаты… — признался тот, повесив голову, как подросток, которого завуч застал за распитием водки под школьной лестницей.

— Принесет, принесет, — злорадно пообещал Егор.

— Значит, так, — заключил капитан, — людей отпустить, а мы с вами еще потолкуем.

— Да как же так! — воскликнул майор обиженно. — Товарищ капитан! Ведь вот гражданин Каменев очень подозрительный тип…

— Послушайте. — Егор тронул Кучина за рукав и проговорил вкрадчиво: — Оградите меня от этого маньяка.

— Он отрицает, что знал убитую! — выпалил Малолетний.

— Малолетний, почему вы не занимаетесь убийством под аркой? Какого хрена вы полезли не в свое дело?! — вдруг заорал Кучин, и все притихли. — Говоришь им, говоришь, и все без толку. Лезут, как мухи на мед! Нашли халяву! Марш отсюда! — Он вдруг прервал свою пламенную речь и оглядел собравшихся шальными глазами.

— Ва-у! — вырвалось у Егора.

Тетя Маня протяжно всхлипнула.

— Посмотри, до чего людей довел! — уже спокойнее продолжил капитан.

— Нужно обыскать его квартиру, — горячо заговорил Малолетний, указав на Егора. — Эти убийства связаны между собой. Я чувствую, — он пятился к двери, — и связаны с ним! Очень подозрительный тип!

Егор не выдержал и громко расхохотался.

— Что тут смешного? — строго осведомился Кучин.

— Ой, ребята! — всхлипнул Каменев. — Вы же сумасшедшие! Он же бредит, у него явный бред! Просто мания преследования какая-то! Это же диагноз!

— Я бы попросил подбирать выражения. Мы не в психушке… пока еще, во всяком случае, — заметил капитан.

— Ну, давайте, обыскивайте мою квартиру. Меня, знаете ли, постоянно кто-то обыскивает! Я, знаете ли, месяц назад джинсы куда-то засунул, найти не могу, может быть, вы поможете…

— Кто обыскивал? — деловито осведомился Кучин.

Егор осекся и оглянулся на присутствующих, поняв, что проговорился.

— Итак… — в глазах капитана зажегся интерес.

— Да кто обыскивал? — задался вопросом Егор, лихорадочно нащупывая, как бы поубедительнее соврать. — Друзья, знаете ли, родственники, жена опять же…

— Весело живете. — Кучин ему не поверил.

Малолетний преданно засопел у дверей.

— Мне кажется, он все-таки причастен к двум убийствам, — робко повторил майор.

— Ну да, и не забудьте, пожалуйста, что президент Кеннеди — тоже моя работа.

— Он что-то знает, — заупрямился майор.

— Так, — Кучин повернулся к Каменеву и тете Мане, — вы свободны. Только большая просьба — не покидайте город до окончания следствия.

— Нет уж, — Егор встал, — я прямо сегодня же смотаюсь от вас подальше. Очень меня ваш помощник напрягает.

— Вам нравятся темные стены с неприличными надписями, решетки на окнах и нары вместо кровати? — осведомился Кучин.

— Нет…

— Тогда не заставляйте меня помещать вас в столь непригодное для жилья место, — попросил он вежливо и явно не шутил в эту минуту.

Егор предпочел кивнуть и быстро выйти из кабинета. Тетя Маня посеменила следом.

* * *

«Теперь, — подумал Каменев, идя по коридору отделения, — он скажет Малолетнему: «Присматривай за этим типом!» И будет прав. Ну и дурак же я!» Соседку он старался не замечать.

— И все ж таки, Егорушка, почему ты не сознался? — пропищала она.

Каменев резко остановился и посмотрел на нее с таким бешенством в глазах, что та присела с испугу.

Не сказав ей ни слова, он пошел дальше.

— Помог бы следствию, — как ни странно, не успокаивалась соседка.

Так они миновали холл и вышли на темную улицу. Тетя Маня не закрывала рот ни на минуту. Она причитала, что нехорошо вводить в заблуждение следователей. Каменев пару раз сдерживал порывы врезать ей как следует, чтоб ее вставная челюсть звонко брякнулась об асфальт. «Пожилая женщина, — успокаивал он себя, — может, в маразме уже». Оказавшись на свежем воздухе, он замедлил шаги и глубоко вздохнул. Тетя Маня тут же уткнулась ему в спину. Егор хотел было выругаться как следует, чтоб отвести душу, но вместо этого расплылся в широкой улыбке. Через дорогу, прислонившись спиной к вишневому крылу своей «девятки», стояла Лера и, скрестив ручки на груди, молча наблюдала за ним. Выглядела она великолепно, как, впрочем, и всегда. Темные локоны спадали на плечи, пушистый короткий свитерок голубого цвета обтягивал стройную талию, синие джинсы, ботиночки на каблуках. Невозможно было не залюбоваться ею. Словно с картинки сошла эта красавица и ждет его, Егора, который ни за что ни про что почему-то удостоился такого счастья. Он издал радостный крик и, схватив ошалевшую тетю Маню за руку, потащил ее к Лере. Та удивленно вскинула брови, сверкнув холодными глазами.

— Вот! — Каменев указал на нее соседке. — Это Лера. Она жива, а вовсе не убита, как вы полагали!

— Это и есть твой милиционер? — усмехнулась девушка.

Тетя Маня открыла рот и замотала головой:

— Ну, так похоже, Егорушка. Ты уж прости меня, непутевую.

— Бог простит, — огрызнулся он и отпустил ее руку.

— Отвезем старушку? — усмехнулась Лера.

— Мне эта старушка все нервы вымотала. Пусть добирается на троллейбусе, — буркнул Каменев.

Но женщины его не слушали. По крайней мере, тетя Маня уже забралась на заднее сиденье.

— Вы себе не представляете, сколько я натерпелась, — запричитала она, как только машина отъехала от тротуара.

Егор презрительно фыркнул и уставился в окно.

— Сначала укокошили кого-то в арке, теперь в подъезде, того глядишь, и до моей квартиры доберутся.

— Ну да, — усмехнулся он, — Ленин умер, Сталин умер, и вам что-то нездоровится. Так?

— Милиция каждый день приходит, — продолжала соседка, — и все спрашивают, спрашивают. И все про Егорушку.

Лера тоже улыбнулась, но промолчала. Казалось, она слушала лишь краем уха.

— А этот, — тетя Маня кивнула на Каменева, — соседушка мой непутевый, вздумал с кем-то по подъезду носиться. А тот-то черный весь, глазищи бешеные, пистолет за поясом.

— Кто? — неожиданно оживилась девушка.