Искатель,1995 №1 - Десмонд Бэгли

Я представил себе перечень обвинений: поджог, убийство, тяжкие телесные повреждения, ношение и использование оружия, не говоря уже об ограблении и побеге из тюрьмы.

— Но мне просто любопытно, какого черта ты все это натворил? — с искренним интересом в голосе спросил Брунскилл.

— Сперва мне хотелось бы показаться врачу, — сказал я и рухнул ему на руки.

Очнулся я в тюремной больнице. Судя по тому, что в палате я находился один, можно было предположить, что местная полиция не намерена была допустить, чтобы отпетый английский уголовник испортил их бесхитростных правонарушителей. Но как выяснилось несколько позже, я ошибался в своих умозаключениях.

Вместо ожидаемого мной Брунскилла в палату вошел незнакомый мне высокий мужчина средних лет с невыразительными чертами лица и уверенными манерами.

— Армитаж, — представился он, присев возле моей постели на стул, и предъявил мне рекомендательное письмо от премьер-министра. — Как вы себя чувствуете, Стэннард?

— Если вам известно мое имя, — сказал я, — значит, вы в курсе и всего остального. Верно? Скажите, Макинтош жив?

— Он мертв, — с сожалением сказал Армитаж. — Он так и не пришел в сознание.

— Миссис Смит уже оповещена об этом? — спросил я. — Как она восприняла это известие?

— Она восприняла его спокойно, — сказал Армитаж. — Но перейдем к нашим делам. Должен отметить, что ваши действия, особенно в Ирландии, могут поставить британское правительство в неловкое положение. Так что вам лучше помалкивать о том, что вы там натворили.

— Могу я узнать, кто раскрыл операцию? — спросил я. — Кто поставил ее на грань провала? Ведь она была надежно засекречена!

— Операция едва было не провалилась именно потому, что была совершенно секретной, — сказал Армитаж, вперив в меня холодный взгляд своих бесцветных глаз. — Макинтош никому не доверял. Он не доверял даже вам. Он не доверял премьер-министру. Он хотел сыграть эту игру сам от начала и до конца.

— Я полагаю, что имею право знать всю правду, — тихо сказал я. — Слишком много поставлено на карту.

— Хорошо, — кивнул Армитаж, — тогда слушайте. Макинтош давно подозревал Уилера, но ни с кем не хотел делиться своими соображениями. Возможно, он опасался, что ему просто не поверят: ведь Уилер быстро завоевывал популярность и влияние, премьер-министр намеревался сделать его министром без портфеля.

— Но как же Алеку удалось добраться до Уилера? — спросил я.

— Не знаю, — покачал головой Армитаж. — Возможно, премьер-министр настолько доверял ему, что предоставил в его распоряжение все секретные досье и широчайшие полномочия. — Последние слова Армитаж произнес с явным неодобрением.

— Итак, у Макинтоша возникли определенные подозрения, — сказал я. — Но у него не было доказательств. И он решил схватить Уилера за руку.

— Видимо, дело обстояло именно так, — согласился Армитаж. — Он ввел в игру вас, организовав похищение бриллиантов, и свел вас со Слейдом. Но при этом он ни слова не сказал вам об Уилере.

— Мне этого и не нужно было знать, — сказал я, потирая подбородок. — Но почему он не ввел в курс дела миссис Смит?

— К этому я вернусь несколько позже, — сказал Армитаж. — После вашего побега из тюрьмы Макинтош встретился в клубе с Уилером и во время беседы с глазу на глаз раскрыл ему, кем вы являетесь на самом деле. Вот так и был нарушен весь спектакль.

— Он сделал это случайно или умышленно? — тихо спросил я, откидываясь на подушку.

— Умышленно, — сказал Армитаж. — Он хотел спровоцировать Уилера на необдуманные шаги, подставляя вас, разумеется, под удар.

— Это для меня не внове, — глухо сказал я. — Издержки профессии. — Но про себя подумал, что Алек Макинтош был бессердечным сукиным сыном.

— Уилер, конечно же, всполошился, продолжал Армитаж. — Но действовал он совсем неопрометчиво: в тот же день Макинтоша сбила машина. Я думаю, что за рулем ее сидел кто-то из его подручных. Так или иначе, Макинтош очутился на больничной койке, так и не успев переговорить с миссис Смит. В правительстве об Уилере тоже никто ничего не знал. Теперь вы понимаете, что я имел в виду, говоря об излишней засекреченности операции?

— Однако вы прилетели на Мальту! — сказал я — Значит, у вас появились для этого какие-то основания. Что же произошло?

— А произошло вот что, — со вздохом сказал Армитаж. — Макинтош принял меры предосторожности. Он написал подробный отчет о всей проделанной работе и послал его по почте своему адвокату как раз перед встречей с Уилером. Но на конверте написал: «Вскрыть только в случае моей смерти».

Армитаж многозначительно уставился на меня.

— Только представьте себе: Макинтош без сознания, врачи борются за его жизнь, оставаясь верны клятве Гиппократа и используя все последние достижения медицинской науки, проходят дни, недели, а он остается на грани между жизнью и смертью. Проклятый конверт между тем лежит у его адвоката. Лишь через две недели, когда Макинтош скончался, конверт был вскрыт, и мы смогли вмешаться. Еще немного, и было бы уже поздно что-либо предпринимать. Фактически операцию спасли вы, Стэннард.

— Но как вы меня нашли? — спросил я.

— Мы шли по следу Уилера, — улыбнулся Армитаж. — Но вы отняли у нас этот лакомый кусок, решив все довольно просто, хотя и оригинально. Мы предполагали, что вы где-то рядом о Уилером, поэтому и взяли с собой людей, которые вас знают.

— Брунскилла и его команду, — усмехнулся я. — Значит, Уилер и Слейд у вас?

— Они оба погибли, — покачал головой Армитаж. — Сейчас особый отдел занимается сообщниками Уилера. Мне думается, им еще долго придется разматывать этот албанский клубок. Но вас это уже не должно беспокоить. — Армитаж откинулся на спинку стула. — В связи с вами у правительства возникли серьезные проблемы, поэтому-то я и здесь. Дело нешуточное, мистер Стэннард. Пресса уже вынюхивает, откуда дует ветер в этой загадочной истории. — Он встал и прошелся по палате. — К счастью, самые тяжкие из ваших, так сказать, преступлений совершены за пределами Объединенного Королевства. Но дело о похищении бриллиантов будет нелегко уладить.

— Страховая компания компенсировала торговцам стоимость пропавших ценностей? — поинтересовался я.

— Полагаю, что да, — сказал Армитаж. — Но правительство ее величества не может потворствовать обману страховых компаний!

— Однако правительство ее величества готово, насколько я понимаю, посмотреть сквозь пальцы на странную гибель Уилера и Слейда. Зачем же поднимать шум из-за нескольких тысяч презренных монет?

— Что же вы предлагаете? — насторожился Армитаж.

— Уилер и Слейд мертвы. Так почему бы не умереть и Рирдену? Ведь его мог застрелить, к примеру, тот же Брунскилл при попытке к бегству во время ареста. Нужно лишь напомнить детективу об ответственности за разглашение государственной тайны или, на худой конец, припугнуть переводом в какую-нибудь провинциальную