Иностранец - Александр Афанасьев

…

– Телефон этот куплен пять месяцев назад. На него положили предоплату, причем наличными – и больше его не пополняли. Звонили с него только на телефон Ани, больше никому. И сразу выключали. А вот места, откуда абонент выходил на связь – интересны сами по себе…

Я пробежал список.

– Вот этот адрес. Рядом с американским посольством!

– Именно. Но вот этот еще интереснее. И этот. Вот этот – здесь рядом живет Богдан Жераич, депутат Скупщины и основной кандидат от оппозиции на будущих выборах. Он кстати, ваш, ездил в Москву, фото с Путиным у него есть. А вот эта вышка – в этом квартале штаб-квартира сербских национал-демократов. И отсюда, из этого квартала звонили трижды.

…

– Все поняли?

– Аня снималась на предвыборную рекламу национальных демократов – сказал я

– Вот именно. С футболом завязывайте. Там ничего нет, это ложный след. Отныне вы действуете автономно. По личному указанию уже не министра. А сами понимаете кого. Ваша задача – негласно проверить причастность к совершенному преступлению Богдана Жераича, депутата Скупщины.

– У него депутатская неприкосновенность – сказал я.

Йованич покачал головой.

– Плевать. Вы не полиция. А если удастся доказать…

– Но к ответственности его все равно не привлечь, так.

– Не привлечь – согласился Йованич – но наказание бывает разным. Если он это совершил и всем это станет известным – его политической карьере конец. Думаю, это будет самым страшным наказанием для этого сукина сына.

Йованич достал из дипломата сверток и протянул мне. Я развернул – там был пистолет, который забрали у меня

– Вот. Думаю, вам пригодится.

Пистолет был доказательством по уголовному делу, в котором я мог быть и обвиняемым. То, что мне его вернули – в нарушение всех законов – говорило о том, какие теперь ставки в игре.

Власть вышла на тропу войны.

…

Вечером – я взял кофе в кафане на вынос. Сидел в машине и думал.

Жераич – идеально подходил под возможное описание подозреваемого, какое я нарисовал себе в голове. Чтобы раскрыть преступление – нужно понимать мотивацию задействованных в нем лиц. Безмотивные преступления редки, обычно мотив есть и серьезный. Мне не давало покоя поведение Ани – почему она отвергала Михалича. Нет, не до конца отвергала, спала с ним время от времени – но нормальными отношениями это было назвать нельзя. Если она его держала в качестве запасного аэродрома – то какой должен был быть основной?

Богдан Жераич под него подходил идеально. Депутат Скупщины, кандидат в президенты.

Не вязалось только вот что – неужели Аня хоть немного не могла подумать головой и понять, что у кандидата в президенты не может быть семнадцатилетней любовницы?

А много ли мы думаем в семнадцать лет?

Да и… почему не может то? Вон, пример рядом – Сильвио Берлускони. С ним, по-моему, все итальянские теледивы, по крайней мере, хоть раз переспали. И что? Да ничего. Сейчас все по принципу – что естественно, то не безобразно…

В принципе, он вполне мог позволить себе эту связь, если не светиться на людях.

Мог он убить? В принципе, мог. Если Аня, например, начала угрожать что пойдет в прессу. Зачем? А черт его знает, если ее понесло…

И что теперь делать? Йованич мне четко дал понять, какого результата они ждут. Если надо будет – то и сфабрикуют.

Но, а если Жераич действительно причастен?

В стекло постучали. Я открыл дверь

– Садись.

Лука сел на переднее сидение

– Как вы?

– Пока жив как видишь. Как ты выскочил?

– Дело о стрельбе закрыли. Даже быстро как то…

…

– У меня новости есть.

– Какие?

– Ребята нашли Хребановича.

– Ребята это болельщики?

– Они самые. Он в Минске скрывается.

Здорово

– Зачем он скрывается?

– Они не знают. Но это точно он. Они сейчас отправились туда, чтобы найти его.

Круто

– А если они его изобьют? Тогда его показания ни черта стоить не будут.

– Сказали, просто поговорят.

Ладно. Все равно в этом деле все через ж…

– Ты Богдана Жераича – знаешь? Кто он такой?

– Конечно.

Я кратко пересказал Луке содержание разговора с Йованичем. Только не упомянул про высочайшие интересы.

– … вот так вот.

…

– Дело стало политическим. И сильно политическим. Лучше тебе сойти с поезда.

– Это как?

– Так. Я уехать могу, если что

– Я тоже могу. Нам, сербам не привыкать, уезжать.

– А семья твоя тоже уедет?

…

– Если хочешь идти дальше – иди. Но скажи – зачем. Правду скажи.

Лука задумался

– Знаете… сербам одно дерьмо достается.

– Это как?

– Да так! У нас ни одного нормального политика не было!

– А Милошевич?

– Дерьмо! Знаете, что он со Стамболичем сделал¹⁴?

– То есть, ты хочешь идти до конца, так?

– Да – угрюмо сказал Лука – много всего сделалось… я не остановлюсь.

– Тогда вот что. У тебя есть, где переночевать?

Лука вытаращил глаза

– При чем тут это?

– При том. Больше домой не возвращайся. Я тоже съеду с гостиницы, найду, где переночевать. Может, эту ночь даже в машине.

…

– Телефон свой оставь у друзей. Купи какой-нибудь с рук…

– Так нельзя. А если что… у нас схема оповещения… я же офицер.