Конец света отменяется - Кирилл Кащеев

– Но вы должны нам помочь! – Кисонька выскочила следом за ним. – Нужно отобрать у Мотьки план, без вас мы не справимся!

Охранник мотнул головой и прибавил шагу. Кисонька кинулась за ним… и остановилась. Она не может бежать следом, крича, что надо разминировать аквапарк. Или ее тут же схватят другие охранники, или паника, люди, бегущие к выходу и… Старший Соболев сразу нажмет кнопку или что там у него. Девочка метнулась обратно.

Вадька уже держал взрывчатку в руках. Щелк! Один из проводков обвис. Красный огонек погас.

– Смылся охранник? Вот нормальный человек! – оглядываясь на Кисоньку, проворчал Сева.

– Я думала, он поможет нам добраться до Моти! Как мы остальные бомбы найдем? – воскликнула Кисонька.

От бассейна донеслась дробь барабанов и Мотя… ну, нельзя сказать, чтоб запел, но звучно доложил в микрофон:

– Пламя над аквапарком, здесь будет жарко-жарко-жарко, как в шубе летом… – он пританцовывал у кромки бассейна, а с двух сторон, печатая шаг, под барабанную дробь и стон саксофона приближались обряженные в шубы манекенщицы. Со всех сторон на них были направлены глазки телекамер. Сыщики безнадежно переглянулись.

– Я запомнил, где еще две, – отрывисто бросил Вадька. – «Каскад», прямо на выходе, и возле диспетчерской… – и Вадька кинулся к горке «Каскад».

– Что значит «прямо на выходе»? – обгоняя его, спросила Мурка.

Вместо ответа Вадька сунул ей свой ноут и мобилку и, как был в одежде, прыгнул в бассейн под горкой.

– Парень, сдурел, ты куда? – заорал кто-то.

Свист, шум, хохот… и вместе со струей воды из трубы вылетел круг. Отгораживая солнце, завис у Вадьки над головой. Вадька отчетливо видел блестящие, ярко-синие бока круга и две попы в отверстиях – в красных и зеленых плавках. А потом круг рухнул прямо на него. Силой удара Вадьку вколотило в выложенное плиткой дно, перевернуло, поволокло, он судорожно забил руками, пытаясь всплыть на поверхность – и выскочил из взбаламученного, как бурное море, бассейна – у самой трубы!

– Берегись! – раздался Муркин вопль.

Он успел шарахнуться в сторону. Новый круг со свистом вылетел из трубы. Вадька ударился спиной о толстый пластик. Рядом с его головой, стоило лишь глаза скосить, торчала насквозь мокрая, скукожившаяся от воды «свеча». А к ней был намертво примотан похожий на кусок пластилина брусочек, весь утыканный проводками и аккуратно упакованный в прозрачный полиэтилен, точно товар в супермаркете.

Почти не веря в удачу, Вадька вспорол полиэтилен – проводок отделился с легкостью и повис, болтая клеммой. Огонек погас. Разбрызгивая воду, парень погреб к ступенькам бассейна. Вслед ему орали что-то насчет придурков, придумавших купаться под горкой, но он лишь улыбался. Счастья своего не понимают люди – теперь живы останутся. Если… если, конечно, аттракцион не поменяют!

– К диспетчерской? – помогая ему выбраться, спросила Мурка.

Он только кивнул, хватая ртом воздух, и ребята побежали. На дорожке, все так же полусогнувшись и тяжело дыша, стоял ударенный Кисонькой охранник – вокруг него бестолково суетились две полные тетеньки в пестрых купальниках.

– Держите их! – завидев проносящуюся мимо компанию, прохрипел охранник.

Одна из тетенек обернулась… и строго крикнула им вслед:

– Дети, не бегайте! – и успокаивающе заворковала над охранником. – Не обращайте внимания, вам надо присесть, отдохнуть…

Сыщики «Белого гуся» рванули к сложенному из грубо обтесанного песчаника зданию с надписью «Диспетчерская». Угол раздевалки прикрыл их от взглядов – здесь даже солнце сияло не так ярко, как над остальным аквапарком, здание куталось в густую тень, а на железной двери красовалась толстая петарда с примотанным аптечной резиночкой бруском взрывчатки.

– Хорошо, крепление хлипкое… – выдергивая проводок, пробормотал Вадька. – Не рассчитывали, что обнаружат.

– А мы и не обнаружим – остальные бомбы, я имею в виду, – жестко ответил Сева.

Сыщики переглянулись. Кисонька снова почувствовала, как постыдное, но такое желанное облегчение на мягких лапах прокралось в душу. Три бомбы снято, весь аквапарк уже не накроет, куча народу останется в живых. А выход так близко. И Вадькина мама наверняка уже обнаружила их исчезновение. И Володя вот-вот приедет. Кого считать – тех, кто выживет, потому что они сюда пришли? Или тех, кто погибнет, потому что они сейчас уйдут? «Я не хочу умирать!» – подумала она.

– Мы все равно не знаем, где искать, – пряча глаза, пробормотала Мурка, и Кисонька поняла, что ее несгибаемая сестра думает то же самое, что и она!

Сева согласно кивнул. Только Вадька взглядом гипнотизировал дверь диспетчерской. И вдруг всадил в замок свою любимую отмычку. Собачка замка чвякнула. Звонок сигнализации тенькнул… и замолк, перехваченный движением отвертки. Вдоль стен маленькой прохладной комнаты тянулись экраны – на каждом красовались горки аквапарка. На черно-белых экранах горки казались начисто сгоревшими, а съезжающие по ним люди – призраками, продолжающими вечно, монотонно и беззвучно делать то, что делали при жизни. В кресле перед клавиатурой никого не было.

– Соболев, похоже, уехал – иначе бы здешний охранник с поста не смылся, – кивая на пустое кресло у мониторов, заключил Сева.

– Уже? – Кисонька шумно сглотнула, чувствуя, как пересыхает горло. Значит, взрыв может произойти в любую секунду.

– Сделаем объявление, что аквапарк заминирован? – предложила Мурка. – Не поверят, конечно. Но вдруг хоть кто-то…

Вадька метнулся к клавиатуре. Чуткие пальцы пробежали по кнопкам.

– Мой ноут! – отрывисто скомандовал он.

Не задавая лишних вопросов, Мурка плюхнула перед ним доверенный ей комп. Горки исчезли с экрана диспетчерской, сменившись схемой аквапарка. По экранам побежала зеленая полоса перекачки файла, миг, и схема возникла на ноуте. Там засветились три красных огонька. На горке «Серпантин», горке «Каскад» и на диспетчерской.

– Ты вспомнил, где на той схеме, у барабанщика, были остальные бомбы? – затаила дыхание Мурка.

– У меня не фотографическая память – я ту схему всего один раз видел! – огрызнулся Вадька. – Зато у меня есть мозги… – пробормотал он, и пальцы забегали по клавиатуре.

От трех зловеще пылающих алых точек на плане потянулись красные линии и заметались по экрану, будто щупальца осьминога, в поисках единственно правильного места…

– Резонанс! – завопил Вадька, подпрыгивая на стуле. От его насквозь мокрых шортов на кресле осталось круглое темное пятно. – Взрывчатку должны были расположить так, чтоб взрывы резонировали друг с другом! Тогда нужно всего несколько не очень мощных бомб, а накроет все! Замечательное решение, почти гениальное… если, конечно, никто не вычислит, – и Вадька снова принялся стучать клавишами.

– Но теперь этого самого резонанса не будет? – тихо, чтобы не отвлекать их гения, переспросила Кисонька. – Мы же сняли три бомбы…