Последнее дело Даймонда - Питер Лавси

– Если Джерри находилась со мной в одной комнате, я чувствовал себя в большей безопасности, чем когда ее не видел. В доме без присмотра она могла затеять что угодно. – Слова профессора прозвучали разумно.

– Значит, в те пять недель до ее исчезновения распорядок вашей жизни был таков: вы целыми днями готовили выставку?

– Верно.

– А как же с отдыхом?

– Иногда вечером я ходил поплавать.

Даймонд поднял палец:

– Вот! Я как раз хотел задать вам вопрос по поводу плавания. Вы рассказывали про мальчика, которого спасли. Как его имя?

– Мэтью.

– Вы пригласили его в университетский бассейн.

– Не понимаю, почему это может интересовать полицию?

Суперинтендант подался вперед и, опершись на локти, закрыл лицо ладонями, затем провел по лбу и по куполообразной лысине. Весь его вид выражал то ли усталость, то ли обескураженность.

– Профессор, во время расследований таких серьезных преступлений полицию интересует все.

– Откровенный ответ. Несколько раз Мэтью приходил в бассейн. Как правило, я встречал его около семи часов вечера рядом со спортивным центром.

– Приходил с матерью?

– Она привозила его к университету, но с нами не плавала. Я помог ему исправить ошибки в стиле оверарм. Мэтью станет замечательным пловцом, если продолжит тренироваться.

Выслушав оценку профессора, Даймонд не проявил интереса к прогнозам успехов Мэтью-пловца. Его занимало другое: приглашение Мэтью в бассейн послужило Джекману предлогом, чтобы регулярно видеться с его разведенной матерью. Суперинтендант помнил, как одобрительно он отзывался о миссис Дидриксон, даже описывал красоту ее улыбки.

– Когда сеанс купания подходил к концу… – начал он.

– Мэтью ехал домой.

– На машине матери?

– Главным образом.

– Но бывали исключения?

– Пару раз я сам отвозил его.

– Заходили домой? На кофе или еще на что-нибудь? – Небрежный тон Даймонда предполагал, что ответ его не волнует.

Но его легкомысленный вид не обманул профессора. Невозмутимость Джекмана дала трещину.

– На что вы намекаете? Что купание в бассейне служило ширмой моих тайных свиданий с миссис Дидриксон? Боже, дай мне силы! Если бы мне захотелось встречаться с женщиной, не потребовались бы дурацкие оправдания.

– Может, вы ответите на мой вопрос, профессор?

– А вы объясните мне, какое это имеет отношение к смерти моей жены?

– Вы устали? Хотите сделать перерыв?

Джекман вздохнул:

– Два или три раза меня приглашали на кофе. Вы это хотели узнать? И коль скоро продолжите данную линию допроса, отвечу сразу. Я брал Мэтью на крикетный матч в Троубридж и на фестиваль воздушных шаров в Бристоль. Мне нравится этот мальчишка. Своего сына у меня нет, и я был рад проводить с ним время. В том и другом случае его мать находилась на работе. Вы способны поверить, что люди иногда руководствуются невинными мотивами?

– Мои взгляды к делу не относятся, – ответил Даймонд. – А ваша жена не возражала против того, чтобы вы брали парня на крикетный матч и еще куда-то?

– С какой стати?

– С ее подозрительностью она могла решить, что вы наведываетесь к его матери.

– Джерри могла заподозрить заговор где угодно, но не забывайте: именно она пригласила миссис Дидриксон на вечеринку, поэтому вряд ли стала бы возражать, если бы я при следующей встрече обменялся с ней несколькими вежливыми фразами. Я с ней не спал.

– Какой была ваша жена в последние пять недель ее жизни?

– Вы имеете в виду поведение? Я мало видел Джерри. Утро она проводила в постели, разговаривая по телефону с друзьями.

– С кем именно?

– Да со всеми. Когда мы встречались, вела себя невыносимо: или угрюмо молчала, или набивалась на ссору, но я не поддавался.

– С другими она тоже так держалась?

– Нет. Если звонил телефон и оказывался кто-то из ее друзей, превращалась в само обаяние. Могла рычать на меня, но брала трубку и, еще не выяснив, кто говорит, отвечала самым сексуальным тоном: «Привет, это Джерри». Видимо, это качество хорошей актрисы.

– По какому поводу вы ссорились?

Джекман стиснул кулаки и стукнул по столу.

– Я с ней не ссорился. Агрессия исходила исключительно с ее стороны. Причины самые незначительные. Вот пример. С ее туалетного столика исчезло зеркальце, и она обвинила в пропаже меня. Зачем мне было брать зеркальце в оправе из черного дерева? Я сказал, что на него, скорее всего, положила глаз какая-нибудь женщина с вечеринки, но Джерри не поверила, что среди ее друзей могут быть нечистые на руку. Вот из-за подобных пустяков она поднимала шум. В конце концов, чтобы утихомирить ее, я предложил ей свое зеркало для бритья, но оно оказалось ей ненужным – на туалетном столике имелись три регулируемые зеркала, было зеркало в ванной и много других в доме на стенах. Потом Джерри заявила, что в ванной уже была и пользовалась моим зеркалом. Я не стал разбираться, почему ей непременно потребовалось ее зеркало. В таком настроении логика была ей недоступна.

– Вы предполагаете, что это был один из симптомов паранойи, о которой вы упоминали?

– Я ничего не предполагаю, лишь констатирую, что происходило. У меня нет ни знаний, ни сил вникать в проблемы ее душевного расстройства. Как долго вы намереваетесь здесь меня держать?

Уходит от ответа, решил суперинтендант.

– Мне необходимо войти во все детали последних дней жизни вашей жены. Самое время сделать перерыв. Вы подумаете, повспоминаете. Не могу поверить, что вы и дальше способны обходиться без еды. Пошлю кого-нибудь за сэндвичами, только скажите, какие вы любите. Из напитков: кофе, чай или пиво?

– А я уж решил, что мне подобных вы потчуете хлебом и водой.