Это не мое дело - Джеймс Хедли Чейз

– Послушай!… – прошептала она.

– Что?… – начал было я, но она рукой закрыла мне рот.

– Кто-то находится в квартире, – прошептала она. – Послушай!

Так страшно мне было только в далеком детстве. Я весь напрягся и посмотрел в сторону двери. Она была права. Тихие шаги слышались на лестнице. Мое сердце отчаянно билось, но все же я направился к выключателю, чтобы погасить свет.

– Подожди здесь, – прошептал я. – И сиди тихо. Не рискуй. Если можешь, уходи отсюда, но не оставляй здесь этот чемодан. Ты сможешь его унести?

Я чувствовал, как дрожит ее тело.

– Я попробую, – ответила она. – О, черт! Я боюсь! Кто бы это мог быть там?

– Я постараюсь это узнать, но не жди моего возвращения.

Я поднял раму окна, выходившую во двор. Совсем рядом была покатая крыша пристройки.

– Вот этим путем ты сможешь уйти отсюда, – прошептал я, приблизив свои губы к ее уху. – Дай мне две минуты, а потом вылезай на крышу и с нее спустись во двор. Отправляйся на квартиру Медж. Я приду туда через день или два.

– Мой дорогой Стефан, – проговорила она дрожащим голосом.

– Иди. И не забудь запереть дверь на ключ.

Пожав на прощание ей руку, я вышел в соседнюю комнату. Несколько секунд я прислушивался к каждому шороху, но так ничего и не услышал. Тогда я перешел в маленький салон, дверь которого выходила непосредственно на лестничную клетку. Первым делом я нащупал электрическую лампочку, выкрутил ее и положил на пол.

Внезапно моих ушей достиг едва слышный скрип половиц… Кто-то поднимался по лестнице. Затем скрипнула дверная ручка, и я понял, что таинственный посетитель пытается проникнуть в квартиру Зельмы. Шорохи за стеной перемежались с долгими периодами тишины. Что-то звякало и пощелкивало, – возможно, к замку примерялись отмычки. Нервы мои были напряжены до предела, но я не уловил момент, когда входная дверь приоткрылась. Губы мои пересохли, ногти впились в ладони. Дверь открывалась сантиметр за сантиметром. Я смутно увидел руку, шарящую в поисках выключателя. Его сухой щелчок произвел впечатление пистолетного выстрела, однако комната осталась погруженной во мрак, и я возблагодарил Бога, что вовремя догадался вывернуть лампочку. Наступила тишина. Никаких звуков не доносилось до меня, за исключением биения собственного сердца. Я ждал. Человек за стеной не уходил – он просто затаился. Внезапно дверь резко распахнулась, и в ее проеме возникла черная тень.

Оставаясь невидимым, я ожидал дальнейшего развития событий. Неизвестный был уже где-то рядом. Из соседней комнаты послышался шум – это Нетта пыталась вылезть в окно. Человек мгновенно пересек салон и принялся штурмовать запертую дверь.

– Я слышу вас! – завопил он. – Откройте! Немедленно откройте!

Кровь застыла у меня в жилах. Это был голос Корригана! В течение нескольких секунд ужас сковывал меня. Потом я услышал, как Корриган бросился на дверь всем весом своего тела и та, не выдержав удара, распахнулась. Я не мог больше оставаться в бездействии и поддел ногой ближайший стул. Корриган издал удивленный возглас и вернулся в салон. Слышно было, как он чертыхается и что-то ищет в карманах. Я тихонько приближался к нему, моля небо, чтобы он не услышал меня раньше времени. Секундой позже яркий луч фонаря, вытащенного им из кармана, упал прямо на Литбриджа. Я услышал, как Корриган сдавленно вскрикнул. В таком неестественном освещении вид покойника мог потрясти воображение даже самого храброго человека. В течение нескольких секунд Корриган был буквально парализован. Догадавшись об этом, я прыгнул на него. Мы схватились, как пара буйволов. После сильного удара кулаком в лицо мне удалось вырвать у него из рук фонарик. Инспектор, в свою очередь, сумел нанести мне несколько весьма увесистых оплеух. Я пытался прижать его к полу, но Корриган был слишком силен. В течение нескольких минут мы дрались, как дикие звери, почуявшие запах крови. Корриган, в этом я убедился на своей шкуре, был знаком со всеми мало-мальски известными приемами борьбы. Если бы я в свое время не прошел специальную подготовку, то не смог бы выдержать против такого противника и двух минут. В какое-то мгновение мне удалось вцепиться в его горло, но Корриган страшным ударом в живот отбросил меня. В течение секунды я был совершенно беспомощен. Этого было вполне достаточно для такого человека, как инспектор. Прежде чем я успел восстановить дыхание, он уже навалился на меня. Впечатление было такое, словно на меня рухнула башня Биг Бена.

– Сейчас… сейчас я гляну на тебя, отродье… – задыхаясь бормотал он.

Я услышал, как Корриган пытается зажечь спичку. Если он узнает меня, моя песенка спета. Какой судья поверит, что это не я убил Литбриджа! Сделав неимоверное усилие, я заехал носком ботинка Корригану в затылок. Вскрикнув, он выпустил меня. Воспользовавшись этим, я схватил стул и принялся размахивать им вслепую, чувствуя, что по крайней мере один из трех ударов достигает цели. Корриган уже не шевелился. Я тоже еле стоял на ногах, ощущая себя куском мяса, пропущенным через мясорубку. Но нельзя было терять ни секунды. Я встал на колени и ощупал тело инспектора. Он не подавал признаков жизни, но, приложив ухо к его груди, я услышал стук сердца. Нужно было как можно скорее убираться отсюда. Шатаясь, я вышел из салона и заглянул в комнату, где оставил Нетту. Она была пуста, ветер шевелил занавески открытого окна. Я ухватился за перила лестницы и почти съехал по ним вниз. Добравшись до входной двери, я немного задержался, прислушиваясь и приходя в себя, а потом осторожно выскользнул в темноту. Свежий воздух помог мне окончательно оправиться. Прихрамывая, я направился в сторону центра и вскоре оказался на Рассел-сквер. Одолев пару кварталов, я почувствовал, что могу идти почти нормально. Мне необходимо было обеспечить себе такое алиби, чтобы сам Корриган не смог усомниться в его истинности. Чуть-чуть везения, и я имею все шансы выкрутиться.

Перед телефонной будкой я немного задержался, размышляя, потом зашел в нее и позвонил Кристине. Так как было всего 23.15, я особо не рассчитывал на удачу, но, к моему большому облегчению, она оказалась дома.

– Это Стефан. Пока ничего не говори. Дело очень серьезное. Сколько времени прошло с тех пор, как ты вернулась из клуба?

– Самое малое час. У меня страшно разболелась голова, и поэтому я пошла домой. Но почему вы спрашиваете об этом?

– Кто-нибудь видел, как ты возвращалась домой?

– Думаю, что нет. А что случилось, дорогой?

– Много чего, – ответил я уклончиво. – Я сейчас приду к тебе, но не забывай, что я уже целый час нахожусь в твоем обществе. Весь остаток ночи я тоже проведу с тобой. Ты ничего не имеешь против?

– Ничего не имею!… – ее голос повысился на целую октаву. – Отлично, приходите, и побыстрее!

– Иду.

Я нажал на рычаг, потом снова бросил монету и набрал номер Фреда Улмана из «Морнинг Мейл». В нескольких словах я рассказал ему обо всем, что произошло со мной.