Это мужское дело - Джеймс Хедли Чейз

Фары моего старенького «пикапа» осветили ее силуэт. Это было как в театре, где прожектор освещает лишь фигуру главной героини. Она стояла рядом с «бьюиком» образца 1938 года, который, похоже, мыли в последний раз еще задолго до Рождества Христова. Серая фланелевая юбка, темно-красный жакет, поднятая рука…

Мой принцип – никогда не брать попутчиц в кабину, но сейчас был особый случай. Все-таки у девушки испортилась машина, а именно их ремонтом я зарабатываю себе на жизнь. Глянув на часы – было четверть двенадцатого – я притормозил. В моем животе урчало от голода, я чертовски устал, так как почти пять часов провозился с машиной около аэропорта Норфолк. Однако трогательная беззащитность девушки заставила меня открыть дверцу и спрыгнуть на землю.

– Что у вас случилось?

– Понятия не имею. Бензина полный бак, но двигатель не заводится.

Подойдя к «бьюику», я поднял капот. В нос ударила волна резкого запаха сгоревшего масла, бензина, эпоксидной смолы. Все было ясно.

– Зажигание приказало долго жить. Завтра вам его починят.

– Но вы же даже не смотрели как следует! Вы уверены в этом? Как мне не везет!

– А что здесь смотреть? Запах говорит сам за себя. Ведь ремонт машин – моя профессия.

Повернувшись, она глянула на мой «пикап». По его борту шли большие красные буквы: «Гарри Колленз. Ремонт машин, Игл-стрит, 14».

Года два назад я гордился этой машиной. Когда мне ее продали, я тут же заказал надпись, дабы сделать рекламу самому себе, но за два года «пикап» сильно обветшал и совершенно потерял привлекательный вид.

Она беззаботно рассмеялась.

– Вот повезло, так повезло! Другая наверняка остановила бы какого-нибудь недотепу, а я нарвалась прямо на механика.

– Повезло, но не совсем. У меня нет нужной детали, так что ничем не могу помочь. Могу подбросить вас до ближайшей станции техобслуживания.

– Но они наверняка закрыты в такой поздний час. Да и не улыбается мне перспектива тащиться у вас на буксире.

– Могу дотащить до открытой.

– Благодарю, но лучше не стоит. К тому же эта развалина не моя, а моего приятеля. Так что это его головная боль. Пусть приезжает сюда сам, если захочет. Оставим ее прямо здесь.

– А вдруг ее угонят? Какая-никакая, но все же машина.

– Это его трудности. Вы меня подбросите до дома? Я живу в Вест-Энде.

– Ну, почему бы и нет…

Не дожидаясь приглашения, она скользнула в кабину. Я с сомнением посмотрел на сиротливо стоящую машину.

– А вдруг какой-нибудь усталый водитель врежется в нее на полной скорости? Нельзя ее так оставлять.

– Бог мой, вы всегда так беспокоитесь о ближних своих?

– Было бы весьма неприятно, если бы, предположим, я налетел в темноте на этот железный гроб, – открыв багажник, я взял аварийный фонарь и повесил его на дверцу «бьюика».

– Но ведь вам его никто не вернет.

– Не велика потеря.

Я медленно тронул «пикап» с места. Неяркий свет от щитка приборов освещал длинные ноги девушки и ее открытые коленки. Они были очень красивы! Краем глаза я рассматривал свою пассажирку. В полумраке я видел немного: темные волосы, разделенные пробором, ниспадали на плечи, чуть завиваясь в локоны, идеальная линия носа. Сам не знаю почему, но я был уверен, что сидевшая рядом со мной девушка очень красива.

Она вытащила сигареты, предложила мне. Чиркнула спичка, но я не успел рассмотреть свою соседку.

– Это ваш «пикап»?

– Да.

– Тогда вас зовут Гарри Колленз?

– Совершенно верно.

– Меня зовут Глория Селби.

– Рад познакомиться, э-э…

– Мисс Глория.

– Рад познакомиться, мисс Глория.

Мы проехали почти полмили в молчании, пока она вновь не заговорила:

– Вы всегда работаете так далеко от дома?

– Что дает вам основание полагать, что я работал?

– Вы не похожи на мужчину, который сел бы за руль с такими грязными руками, если только перед этим он не работал, как черт.

– Все правильно. Один из моих приятелей позвонил и попросил разобраться, что случилось с его машиной. Рядом, в пяти минутах езды, была станция техобслуживания, но он так ценит мои способности…

– И отказаться вы не могли?

– Не те времена, чтобы отказываться.

– А мне казалось, что владельцы автомастерских купаются в деньгах.

– Мне тоже так казалось, вот я и занялся этим бизнесом.

– Что, туго приходится?

– Как сказать… может быть, я выбрал не тот район.

– Но мне казалось, Оксфорд-Сити самый престижный район.

– Я тоже так думал, когда там поселился. А где конкретно находится Игл-стрит, вы знаете?

– Рядом с перекрестком Оксфорд-стрит и Робинсон-авеню.

Я вновь искоса взглянул на нее и сразу уставился на убегающую под колеса дорогу.

– Вы первая из всех, кого я знаю, правильно ответили на вопрос. Мало того, что эта улица с односторонним движением, так там через каждые пятьдесят ярдов красуются знаки «Остановка запрещена!». Водители боятся заехать ко мне даже за бензином. Но не подумайте, что я жалуюсь, просто так оно и есть. Вам не скучно?

– Ну что вы, все, что вы рассказываете, очень интересно.

С минуту мы молчали.

– Я обязательно поставлю машину к вам в гараж, да еще расскажу о вас своим друзьям.

– Буду весьма благодарен вам за рекламу.

– Вы сомневаетесь, что я так сделаю?

– Почему же, может и сделаете, как сказали, если завтра вспомните обо мне. Но я больше чем уверен, что завтра вы напрочь забудете о моем существовании и поставите машину в ближайший гараж. Так все делают, чего здесь обижаться…

– Я живу на Нью-Бонд-стрит, это ведь совсем рядом.

Мне показалось, что она прижалась коленкой к моей ноге.

– Какого типа у вас машина?

– «Ягуар» последней модели.

Теперь я явственно ощутил прикосновение ее коленки.

– Машину нужно отремонтировать?

– Ну что вы! Но ее нужно мыть. Могу я поставить ее к вам? Сейчас она стоит в гараже слишком далеко от дома.

– Место для машины всегда найдется, но я никому не даю ключей от гаража. – Мне все еще казалось, что она просто болтает, чтобы поддержать разговор.

– Но я иногда приезжаю очень поздно.