Подставная дочь - Евгений Сухов

– Да, – коротко ответил Володька.

– Мне он после некоторых раздумий ответил, что не знает такую.

– А мне сказал, что знает, – тоном победителя произнес старший следователь Главного следственного управления. – Ну, сам посуди: эта Карина – проститутка. Сам Масловский с такими не знался, их подбирал ему Шишканов. Так как секретарь мог не знать имя девушки, которую сам же для своего шефа и выбрал?

– Выходит, на последний мой вопрос Шишканов ответил неправду, – озадаченно констатировал я. – А попросту – соврал.

– Выходит, соврал, – легко согласился со мной Володька.

– А как объяснить тогда тот факт, что в квартире вы не обнаружили никаких вещичек для интимных занятий, даже презервативов? – задал я абсолютно резонный вопрос.

– Пока не знаю, – честно признался Володька. – Зато мы обнаружили нечто другое…

Он замолчал, не решаясь, видимо, открыть мне правду. Но особой тайны, видно, она не представляла. К тому же Коробову явно хотелось посоветоваться со мной и услышать мое мнение. Поэтому он помолчал-помолчал да и объявил:

– В ноутбуке Карины, в журнале посещений сайтов, которых немного, и в основном это все сайты интим и просто знакомств, мы нашли три интересные и не вписывающиеся вообще никуда странички.

– Куда именно не вписывающиеся? – попросил я Володьку уточнить сказанное.

– Не вписывающиеся ни в сам образ Карины, ни в род ее занятий, – ответил Коробов.

– А что, вы уже составили ее образ, то есть психологический портрет?

– Примерный психологический портрет, – как-то неуверенно произнес Коробов.

– Ну и что из себя примерно представляла эта Лида-Карина? – живо поинтересовался я.

– Это была довольно простая по характеру девушка, лишенная каких-либо моральных ценностей и ищущая для себя лишь достатка, комфорта и удовольствий, – начал Володя Коробов. – Проституцию она выбрала профессией не от безысходности и отчаяния, а надеясь, что продажей своего тела как раз и достигнет желаемого достатка и комфорта. Мужчин она не любила, поскольку знала их лишь с изнаночной стороны и достаточно от них натерпелась всякого разного, но не брезговала доставить им удовольствие даже в извращенных формах, если за это могла получить хорошие деньги. «Любой каприз за ваши деньги!» Это было ее жизненным кредо. Она не терзалась сомнениями, не была склонна жалеть о том, что случилось, и не задавалась лишними вопросами. Просто жила, пила, ела и копила деньги. Кстати, в квартире мы ни приличных денег, ни украшений не нашли. А они у нее должны были быть…

– Ну, может, она держала их в банке, – предположил я.

– Возможно, – согласился со мной Володька. – Сейчас мы это выясняем.

– А с психологическим портретом ты закончил? – спросил я.

– В принципе, да, – немного подумав, ответил Володька.

– Тогда что могло в такой примитивной девице привлечь достаточно видного общественного деятеля, председателя влиятельной Общероссийской общественной организации, графика, архитектора, почти художника Василия Масловского, познавшего не один десяток, если не одну сотню женщин? – посмотрел я на Коробова. – Только тело? Так ему, с его опытом и вкусом, можно было найти и лучше. Знаешь, тут нужно изрядно постараться!

– Вот, – кивнул Коробов, – и я о том же. Что их могло связывать? Ведь ничего же общего нет и в помине!

Мы немного помолчали.

– Ну, а про любопытные и не вяжущиеся с образом Карины странички в ее ноутбуке ты мне все-таки расскажешь или нет? – с приглушенным любопытством спросил я.

– Да пожалуйста, тайны тут нет никакой, – охотно отозвался Володька. – Эти три странички про город Клин Московской области. Первый сайт – это страничка из Википедии, посвященная городу Клину. Ну, там говорится, что Клин – областной город, административный центр одноименного района, стоит на реке Сестре в шестидесяти пяти километрах от МКАД. Население около восьмидесяти тысяч человек, а в самом начале века было все девяносто тысяч. А все потому, что у нас теперь люди чаще умирают, нежели рождаются… Ну, там еще есть информация по истории города, про его достопримечательности, школы и учебные заведения, транспорт, средства массовой информации и промышленность. Вторая страничка – это подробная карта Клина, с улицами и номерами домов. Ну, а третья – это Клинский городской сайт, причем страница, посвященная конкретно жилому четырехэтажному угловому кирпичному дому с адресом улица Литейная, номер пятьдесят дробь десять. Стоит он на пересечении улицы Литейной и Менделеева. Сайт имеет фотографии дома в разных ракурсах. Вот скажи, зачем ей нужен был этот дом?

– А сама эта Лида-Карина не из Клина? – на всякий случай спросил я.

– Нет, не из Клина, – ответил Володька. – Она из Твери. Проверяли.

– Ну, значит, в этом доме за номером пятьдесят дробь десять по улице Литейной в городе Клину живут ее родственники или кто-то из знакомых, – предположил я. – Возможно, подруга, которая много чего может знать про нашу Лиду-Карину.

– Возможно, – неопределенно протянул Володька. – Так или иначе, но придется ехать в Клин.

– Поедем вместе, – быстро предложил я. И добавил, глядя мимо него: – Мне как раз надо в Клин по одному делу.

– Какому еще такому делу?

– Понимаешь, убили девушку, в компьютере которой было обнаружено три сайта, посвященных городу Клину. Эти сайты совсем не вяжутся с ее родом деятельности и интересами. Причем один из сайтов посвящен конкретному дому по конкретному адресу. И дом этот, надо полагать, как-то связан с этой убитой девушкой. А узнать про нее как можно больше – моя задача. Поскольку либо она отправила хитрую эсэмэску Масловскому с приглашением подняться на пятый этаж конгресс-отеля «Сфера», где его уже поджидал убийца с пожарным ломиком в руках, либо отправил кто-то, возможно, сам убийца, воспользовавшись ее именем.

– Да это же я тебе только что рассказал про эти сайты! – возмутился Володька.

– Ну, рассказал, и что? – спокойно парировал я. – Как только ты это рассказал, так у меня и появилось вполне объяснимое желание съездить в Клин и узнать, кто же именно проживает в доме за номером пятьдесят дробь десять по улице Литейной. И не знает ли этот кто-то чего-либо интересного, касающегося Лиды-Карины.

– Ну, ты и… фрукт! – похоже, с трудом подобрал нужное определение моему стремлению разоблачить преступника мой друг Володька Коробов.

– Я просто мгновенно анализирую информацию и быстро принимаю решения, только и всего, – улыбнулся я. – Ну, что, едем? А потом, в компании как-то повеселее будет.

Володька напряженно молчал. Даже непонятно, что на него такое накатило, поэтому я продолжил:

– Хочу тебе напомнить, что нечто подобное случилось в прошлом году, когда мы оба – ты по линии правоохранительной государственной, а я по заданию своего родного телеканала вели расследование убийств двух шеф-поваров, случившихся в финале конкурса «Кулинар года». Помнишь, ты проверял возможные отравления рицином в Москве, которым были отравлены шеф-повара, но таких случаев в интересующий тебя период в Москве не имелось? Зато один случай отравления этим ядом был зафиксирован в Подмосковье, а конкретно, в городе Рузе. Там от этого яда умер некто Скворцов, рецидивист-домушник на пенсии с погонялом Птаха?