Кольцо Соломона - Михаил Палев

– Мало ли… – пожал плечами Скавронов. – А почему вас это так интересует?

– А то, что Федоров, похоже, тоже не признал в Володе нужного человека. Ведь приехал издалека, а сына не увидел – хотя и завещал ему свое имущество! Почему?

– Вообще-то у меня сложилось впечатление, что Федун не был человеком, склонным к сантиментам, – заметил Скавронов. – Приехал, дело сделал, уехал. Что же, он с ним в кабак должен был обязательно пойти?

– Возможно, и так, – согласился Тавров. – Но вот зачем его в роддом носило? Увидеть место, где сын родился? Тем более невероятно для не склонного к сантиментам человека! А искал он в роддоме конкретно акушерку Извекову. И, судя по всему, нашел!

– Ищем мы Извекову, ищем! – отозвался Скавронов. – Как найдем, сразу побеседуем.

– Будем надеяться, что ее параллельно с нами не ищет пресловутой Хозяин, – пробормотал Тавров. – А то как бы он раньше нас ее не нашел!

Зазвонил телефон. Скавронов взял трубку, выслушал сообщение, затем коротко бросил:

– Еду!

Тавров вопросительно посмотрел на него. Скавронов положил трубку на аппарат и пояснил:

– В двадцати километрах от города в лесу нашли «девятку». Машина была угнана два дня назад. Самое интересное: в машине три трупа, огнестрел. Судя по описанию, это Сиплый и его люди.

* * *

Томилин уверенно опознал в обнаруженных трупах Сиплого и его людей.

– Все говорит о том, что до самого последнего момента жертвы ничего не подозревали, – сообщил эксперт. – Вон там стояла еще одна машина. Судя по следам на мокрой земле, из нее вышел человек, подошел к «девятке» и расстрелял пассажиров. Затем произвел контрольные выстрелы в голову каждому. Стреляные гильзы от «ТТ». Кстати, судя по следам, за рулем сидел кто-то другой: вот, на земле следы двух разных людей.

– Похоже, Хозяин убрал облажавшихся помощников, – заметил Скавронов.

– И оборвал тянущиеся к нему нити, – закончил мысль Тавров. – Он прислал им угнанную машину со своим человеком, который довез их до этой поляны. А здесь их уже ждала машина «чистая», в которой находился киллер. Сиплый явно знал и того, и другого, раз ничего не заподозрил. Стреляли, скорее всего, из пистолета с глушителем. Никто даже не успел выскочить из машины.

Скавронов что-то хотел добавить, но в этот момент зазвонил его мобильник. Следователь выслушал сообщение и сказал:

– Да, сейчас еду. Пусть ждет в кабинете. Обеспечьте охрану.

В ответ на вопросительный взгляд Таврова он улыбнулся:

– Сбылась ваша мечта, Валерий Иванович! Только что на псковском вокзале задержали Марию Павловну Извекову. Она покупала билет на поезд до Санкт-Петербурга.

– Думаю, нам тут делать уже нечего. Надо ехать! – заторопил Тавров Скавронова.

Через минуту машина уже неслась в сторону Пскова.

* * *

Мария Павловна Извекова, бывшая акушерка, оказалась невысокой худенькой пожилой женщиной. Выглядела она моложе своих шестидесяти лет – возможно, благодаря умело закрашенной седине и неестественно ярким голубым глазам. Извекова сидела в кабинете следственной группы, нервно мяла в руках носовой платочек и явно была смертельно напугана.

– Здравствуйте, Мария Павловна! – поздоровался Скавронов. Он представился сам и представил Таврова, заметив в конце: – А ведь мы вас давненько ищем!

– Почему? Что я такого сделала? – испуганно спросила Извекова. – Я сюда на богомолье ездила, в Снетогорский монастырь.

– Успокойтесь, Мария Павловна! Ничего вы не сделали, просто нас интересует один человек, который несколько месяцев назад приходил к вам.

Скавронов достал фотографию Федуна и показал Извековой.

– Ой! – вскрикнула Мария Павловна, прижав к губам платочек.

– Похоже, вы его узнали… Зачем он приходил? Что от вас хотел?

– Напугал он меня до смерти, – призналась Извекова. – Откуда-то он вызнал про мой великий грех. Пришел, глазищами насквозь сверлит. Что же делать? Все я ему рассказала, как на духу!

– Давайте подробнее! – предложил Скавронов. – Что за грех? Рассказывайте, не стесняйтесь: дело давнее, даже если и был там криминал какой, срок давности давно истек. Так что осталось только душу облегчить. Смелее, Мария Павловна!

– Да чего уж… – понурилась Извекова. – Все расскажу. Лет двадцать назад это было. Да нет, поболе… Я тогда в роддоме акушеркой работала. Привезли к нам роженицу. Она и муж ее – Шведовы их фамилия – были знакомые нашего врача, Рудольфа Васильевича покойного, царствие ему небесное. Очень хорошая была женщина, обходительная такая… Вот только дитя никак выносить не могла. А тут вроде как до срока доходила. Очень они с мужем ребенка хотели. А ребенок родился мертвым. Как ни старались мы с Рудольфом Васильевичем, ничего сделать не смогли. Муж ее пришел, плачет, говорит: нет, жена не переживет. Уж так надеялись – и вот… А тут привезли женщину – как сейчас помню, Катей Томилиной ее звали, – родила она двойню. Ну, Рудольф Васильевич того близнеца, что последним родился, и подменил… Отдал, значит, Шведовым. Томилиной сказали, что близнецы ее слабенькими родились, пока последнего выхаживали, первый умер. И ведь верно: у Шведовых дом – полная чаша, только ребенка им для полного счастья и не хватало. А Томилина – мать-одиночка, ей бы одного поднять, а двоих куда?!

– Вы точно помните, что отдали Шведовым того, который родился последним? – прервал бывшую акушерку Тавров.

– Истинный крест! – перекрестилась Извекова.

– И что, все это вы рассказали Федорову? – спросил Скавронов.

– Да он вроде как знал, только подробности выспрашивал. Спросил, не знаю ли я, где эти Шведовы живут?

– И что вы сказали?

– А мне откуда знать? Рудольф Васильевич говорил, мол, Шведовы после этого из Ленинграда уехали. Я только фамилию и знала, да еще то, что сам Шведов профессором в университете работал. А больше ничего! – заверила Извекова.

– Дальше что было? – поторопил рассказчицу Тавров. – Что вам Федоров сказал? Рассердился?

– Нет, что вы! – замахала руками Извекова. – Наоборот, вроде как подобрел даже. Вежливо так поблагодарил. А когда я спросила, что мне делать, он сказал: езжай, дескать, в монастырь Снетогорский, молись, и грех твой прощен тебе будет. И ушел. А я денег на поездку как только скопила, так сразу и отправилась. Вот и все!

– Спасибо вам, Мария Павловна! – поблагодарил Скавронов. – Извините, что задержали вас, но так было нужно. И еще: если к вам придет человек, который будет вас спрашивать о том же, о чем спрашивал Федоров, – немедленно свяжитесь со мной. Вот телефон.

Скавронов передал Извековой свою визитку.

– Тогда мне можно идти? А то еще билет надо покупать, а с билетами нынче плохо, уж не знаю, куплю ли… – забеспокоилась Извекова.