Кольцо Соломона - Михаил Палев

Скавронов был убежден, что Федун передал кольцо своему седьмому сыну Владимиру Томилину. Порывшись в Интернете, Тавров узнал, что в соответствии с мистическими традициями седьмые сыновья считаются прирожденными колдунами, а седьмые дочери – прорицательницами. Также Тавров выяснил, что колдуну перед смертью обязательно надо найти себе преемника и передать ему свою магическую силу. Если такого не происходит, то судьба колдуна печальна: он знает срок своей смерти, но если к этому сроку не осуществит обряд, то не сможет умереть и подвергнется страшным мукам, поглощающим его силы. Передача силы обычно производится простым физическим контактом: колдун касается любой части тела избранного человека и произносит – обычно беззвучно, про себя – слова заклинания, после чего сила переходит к преемнику, а сам колдун вскоре уходит из Мира людей. Если учесть, что Федоров-старший был колдуном и унаследовал этот дар от далеких предков, то суммарная колдовская сила у Федуна должна была иметь впечатляющие масштабы.

Предположим, Скавронов прав и Федун вместе с силой передал и кольцо. Интересно, а сам Володя Томилин что-нибудь чувствует? Тогда почему пытается это скрыть? Скорее всего, Федун предупредил его о том, что за кольцом Соломона идет охота, и поэтому парень осторожничает.

В любом случае Володю следует как можно скорее выдергивать в Донце: если кольцо Соломона у него и Федун действительно передал ему силу, то он и должен раскрыть тайну исчезновения отца Иоанна. Федун наверняка знал, что произошло: ведь не зря же отец Иоанн перед исчезновением отправил кольцо именно донцевскому колдуну!

* * *

Поезд прибыл в Москву на Ленинградский вокзал точно по расписанию. Выйдя из вагона, Тавров немедленно позвонил Скавронову.

– Виталик! Как там Томилин? Добрался благополучно?

– Валерий Иванович! – неожиданно раздраженно отозвался Скавронов. – Вы уж не отвлекайтесь! Заканчивайте свои дела и выезжайте в Порхов. Тогда и поговорим. Хорошо? А у меня все под контролем!

Тавров хотел было обидеться на резкий тон Скавронова, но, взглянув на часы, спохватился: шесть часов утра, в такую рань любой будет недоволен неожиданным звонком.

И он поехал в офис.

* * *

Тавров добрался до места к семи утра. Когда Катя появилась в десять, он уже обработал почти половину привезенных Кравцовым материалов наблюдения.

– Что-нибудь надо, Валерий Иванович? – осторожно просунула голову секретарша в кабинет босса.

– Кофе, – коротко отозвался Тавров. – Покрепче. Я совсем не спал в поезде. Не могу спать ни в поездах, ни в самолетах.

* * *

Ему удалось закончить отчет к шести вечера. В половине восьмого он встретился с Шабронским в отдельном кабинете ресторана «Жар-птица» на 2-й Брестской. Бизнесмен был очень доволен.

– Спасибо за работу, Валерий Иванович! – поблагодарил он. – Теперь я точно знаю, что делать. Ваш гонорар будет переведен завтра же. Что будете пить?

– Извините, но ничего, – ответил Тавров. – Я уже вторые сутки на ногах, дел полно. Устал, боюсь свалиться. Всего вам хорошего, всегда к вашим услугам!

Попрощавшись с Шабронским, Тавров взял такси и отправился домой с твердым намерением хватить граммов сто коньяка, принять душ и завалиться спать. Возможно, он так и поступил бы – да черт дернул позвонить Скавронову.

– Это я, Виталик. Я закончил все дела и готов выезжать.

– Ну, если действительно готовы, Валерий Иванович, то я вас жду, – безрадостно ответил Скавронов.

Его упавший голос насторожил Таврова.

– Виталик! Что случилось?

– Я не хотел мешать, Валерий Иванович, – мрачно отозвался Скавронов. – Но раз вы уже отчитались перед клиентом и получили свой честно заработанный гонорар, то и я с чистой душой могу вас нагрузить.

– А можно без преамбулы?! – разозлился Тавров. Он буквально валился с ног от усталости, длинные фразы вызывали у него тошноту.

– Можно, – согласился Скавронов. – Короче, Томилин не доехал до Порхова.

– Как не доехал?! – изумился Тавров, когда до него дошел смысл сказанного.

– А вот так! Выехал вчера в половине седьмого вечера с Витебского вокзала Санкт-Петербурга 677-м поездом. Как показала проводница, без пятнадцати двенадцать ночи вышел во время стоянки в Пскове.

– Зачем? – недоуменно спросил Тавров.

– Хотел бы я знать! – с досадой воскликнул Скавронов. – Там поезд стоит сорок минут, и проводница не придала значения: думала, пассажир прогуляться решил.

– А ваш человек Томилина сопровождал? – продолжил расспросы Тавров, но Скавронов не был настроен продолжать разговор.

– Короче, мы его ищем, – отрезал он, не вдаваясь в подробности. – Подключены местные силы, так что все под контролем. Приезжайте так быстро, как только сможете, тогда и поговорим о деталях.

– Хорошо, завтра выезжаю первым же поездом, – пообещал Тавров.

Скавронов недовольно фыркнул в трубку.

– Время дорого, Валерий Иванович! – заметил он. – Может, сегодня соберетесь?

– Что же мне, самолетом лететь? – саркастически осведомился Тавров.

Но Скавронов не принял его сарказм.

– Самолетом? А что, это мысль! – оживился Скавронов. – Сколько сейчас? Черт, уже девятый час! Нет, на самолет вы не успеете.

– А что, в Псков из Москвы самолет летает? – искренне удивился Тавров.

– Да, из Внукова, «Эмбраер» компании «Атлант-Союз», я сам летал как-то раз, – отозвался Скавронов. – Но вы на него уже не успеете: он вылетает в половине десятого вечера. С поездами вы тоже сегодня пролетаете, да и с автобусом тоже. Стоп! Есть вариант: сегодня в девять вечера двое моих сотрудников выезжают в Псков на машине. Они могут за вами заехать. Завтра до полудня уже будете в Пскове. Где вы находитесь? Они вас подхватят.

Тавров чуть не застонал: еще одна бессонная ночь! Но возражать не стал: все-таки не поезд и не самолет. Авось удастся подремать в машине?

– Пусть подъезжают на 2-ю Брестскую к ресторану «Жар-птица», – сказал Тавров. – Я буду там пить кофе.

* * *

В половине десятого вечера Тавров покинул гостеприимный ресторан и в компании с двумя сотрудниками Следственного комитета на их служебной «Волге» отправился в Псков. Как ни странно, ему удалось поспать в машине, и, когда они добрались, детектив почувствовал себя лучше и мечтал лишь о кружке крепкого кофе, чтобы окончательно вернуться в реальность. Увидев открытое кафе, он попросил остановить машину и залпом выпил две большие чашки эспрессо. Когда машина остановилась возле здания УВД в Комиссаровском переулке, Тавров ощутил себя достаточно бодрым для разговора со Скавроновым.

Москвичам для работы выделили кабинет какого-то начальника. Скавронов выглядел помятым и усталым. Увидев Таврова, поднялся из-за стола и спросил, пожимая руку: