Передайте в Центр - Алексей Николаевич Котов

– Вильям, пожалуйста, покажи, как ты стреляешь, – попросила она.

Картрайт хмыкнул, взял пистолет и осмотрел его.

– Мне больше нравится «Берета-777», – сказал он. – У русских моделей, даже последних, слишком сильная отдача.

– Не преувеличивай, Вильям, при обыске у тебя нашли самый обыкновенный старый «ТТ».

– Ему не нужны динамические пули, чтобы пробить легкий бронежилет, – мистер Картрайт медленно поднял пистолет и прицелился. – В общем, неплохая модель, но слишком мало патронов в магазине…

Один за другим ударило пять выстрелов. Центральная мишень в двадцати метрах вдруг «отлепилась» от стены и упала на покрытый опилками пол.

– Это называется «вытащить четыре гвоздя» на самой мишени, – самодовольно заметил мистер Картрайт.

– Но выстрелов было все-таки пять, – заметила Елена Васильевна.

Она внимательно смотрела на оружие в руках бывшего шпиона.

– Один – контрольный, – пояснил мистер Картрайт. Он вернул пистолет Елене Васильевне. – И не надейся, пожалуйста! Свои приемы самбо будешь отрабатывать на скучающих прапорщиках.

– Я ничего такого не думала, – пожала плечами Елена Васильевна.

Пистолет лег на столик.

– Кстати, что за девчонка? – спросил Картрайт и кивнул на Галю. – Готовишь очередную «красотку»?

– Может быть… Что скажешь?

– Милая, интеллигентная девушка, – Картрайт подошел к Гале и галантно поцеловал ей руку. – Мой вам добрый совет, не связывайтесь с Еленой Васильевной. То, что может сам дьявол, вряд ли сумеет сделать симпатичный, но обыкновенный чертик.

Повернувшись к Елене Васильевне, он спросил:

– Когда меня отпустят домой?

– Обмен через три недели, Вильям.

– На том же мосту?.. На кого меня меняют?

– На Сережу Сотникова.

– Этот парень все-таки прокололся на институте профессора Тиммана? – Картрайт снисходительно улыбнулся. – Вы упрямы, но Ганс Вейд и его «правая рука» Отто Мюллер не подпустят вас к институту Тиммана ближе, чем на пушечный выстрел. А теперь я могу идти?

Елена Васильевна кивнула.

Во дворе Вильяма Картрайта ждала черная «Волга»… Последние пять дней бывший шпион жил не в камере, а за городом в тихом домике у пруда. Немного расстроенная провалом нервная система мистера Картрайта требовала усиленного отдыха, хорошего питания и тишины. Вскоре ему предстояла встреча с общим врагом – террористической организацией «Янус».

12.

Елена Васильевна с нескрываемым сожалением рассматривала потупленное и смущенное лицо Гали.

– Галя, кофе хотите?

Обстановка небольшого кабинета на третьем этаже управления была почти домашней. На окнах висели шторы в голубоватых цветочках.

– Ja, nur mit der milch, (Да, только с молоком) – сказала Галя по-немецки.

– Переживаете за цвет лица? – быстро и тоже по-немецки, спросила Елена Васильевна.

– Нет, но просто… – Галя запнулась. Она уже с трудом подбирала нужные слова. – Просто я стала немного нервной за последнее… (Пауза) За последнюю неделю.

– У вас великолепное баварское произношение, Галочка. Но словарный запас как у туристки. Точнее, как у ребенка, – Елена Васильевна придвинула Гале чашку кофе. – Давайте я попробую угадать, в вашем детском садике или в школе с первого класса учили немецкий язык?

– Русский, – улыбнулась Галя. Она подняла глаза. – Мой дедушка был дипломатом. Когда мама развелась с папой, я поехала в ГДР на целых пять лет. Дед был очень занятым человеком и когда он спохватился, мне пришлось заново учить уже русский язык.

– Это неплохо, – Елена Васильевна кивнула. – Но знать язык, к сожалению, это еще не все… Давайте проведем с вами маленький экзамен на «шпионскую» сообразительность, – Елена Васильевна разложила на столе несколько десятков листков. – Выбирайте любой.

– А что это? – Галя смотрела на листки на столе.

– Обычные экзаменационные билеты из необычного курса для симпатичных девушек.

Галя нерешительно взяла крайний билет… Она прочитала вопрос и почти тут же пожала плечами.

– Я не знаю…

– А что за вопрос? – Елена Васильевна вытянула шею, пытаясь заглянуть в листок.

– «Что больше всего меняет облик женщины?»

– Прическа! Господи, это же очень просто и это знает любая женщина. Хорошо, Галочка, берите другой билет.

Но Галя не знала ответа ни на второй, ни на третий, ни даже на шестой вопрос…

13.

– Ну, что у тебя, Лена?

Генерал Кошкин набивал трубку табаком.

– Николай Александрович, только не курите при мне, пожалуйста, – Елена Васильевна с опаской смотрела на генеральскую трубку. – Хорошо?..

– Раньше ты не боялась дыма.

– А вы не так давно собирались бросать курить.

– Бросишь с такой работой! – отмахнулся генерал.

– Понимаю. Но вчера муж сказал мне, что от моей кофточки за версту пахнет трубочным табаком. Потом он прочитал мне отрывок из «Отелло» по-французски.

– Намек понял, – генерал Кошкин отложил на стол трубку. – Потерплю, пока ты здесь. Теперь говори о результатах.

– Ноль, Николай Александрович! – с явным сожалением сказала Елена Васильевна. – Правда, Галя те так плохо знает немецкий язык. За неделю, при современной технике обучения, это знание можно было бы сделать практически полным.

– А зачем? Если все так плохо, посылать ее за границу с заданием – самоубийство.

Прежде чем ответить, Елена Васильевна долго рассматривала свою руку с длинными, ухоженными ногтями.

– Знаете, Николай Александрович, мы с Галей недавно с Вильямом Картрайтом немного побеседовали. Когда он упомянул о своем обмене, у меня что-то… – Елена Васильевна сделала неопределенный жест рукой возле лица. – Как прокрутилось что-то перед глазами. Как кадры кино… Помните, в фильме «Мертвый сезон», во время обмена, двое шпионов идут по мосту навстречу друг другу. На секунду они останавливаются, и внимательно смотрят на лица друг друга… Оператор сделал очень близкий ракурс: глаза в глаза. Потом…

Елена Васильевна замолчала.

– Потом те двое идут дальше, – подсказал генерал Кошкин. – Машины разворачиваются и уезжают.

Пальцы Елены Васильевны нервно забарабанили по столу.

– Николай Александрович, помните, когда вы читали нам лекции по теории разведки, вы называли такие ситуации задачами с нулевым решением?

– А ты видишь какое-то еще? Обмен агентами совершается по нерушимым правилам.

– Я не о том!..

Елена Васильевна выдержала большую паузу. Генерал взял со стола незажженную трубку и принялся посасывать ее.

– Николай Александрович, а если «развести» Галю и ее мужа по разные стороны моста?

– Как это?! – удивился генерал. – А потом менять их друг на друга, что ли?!

– Пока не знаю…

– Тогда «нулевое решение» остается нулевым. Тебя беспокоят странные гипотезы, причем довольно мутного свойства.

– Туманного, Николай Александрович, – поправила Елена Васильевна. – Я считаю, что нам пора действовать по обстановке.

В генеральских глазах вдруг сверкнул веселый огонек.

– Опять, значит, как раньше? – спросил он и невольно улыбнулся.

– Опять, – согласилась Елена Васильевна. – Я думаю, у нас просто нет другого выхода.

– «Все смешалось в доме Облонских…» – процитировал Толстого Кошкин. —Ладно, я согласен!

14.

Пол-второго ночи Галя открыла тайник Мишки.